Заброшенная тропа - Девни Перри

— Я бы поела. Как насчет пиццы?

Пицца. Не совсем то, что я часто ел. Обычно Рон готовил все мои блюда по рецепту моего личного тренера. Рон пиццу не готовил. А пицца звучала просто офигенно.

— Это было бы здорово.

Она достала свой телефон и быстро заказала доставку. Затем убрала его и обратила на меня свое внимание, когда я вернулся на свое место.

— Меньше чем через год мне исполнится тридцать пять. Компания моей семьи, «Кармайкл Комюникейшнс», станет моей.

— А сейчас нет?

— Только частично. На данный момент большая часть моих акций находится в доверительном управлении. Моя бабушка является душеприказчиком и действующим владельцем. Но условия моего доверительного управления исчезают в мой день рождения в ноябре. А до тех пор я должен играть по ее правилам. В противном случае она продаст компанию из-под моего контроля. Она продаст ее раньше, чем я успею ее продать.

— Подожди. — Ария подняла палец. — Она хочет продать твою компанию. Но ты тоже хочешь продать свою компанию. Объясни мне, Кармайкл. Я слишком устала, чтобы читать между строк.

— Это сложно. — Одно слово. — Бабушка любит контролировать. Может, она блефует, а может, и нет. Она угрожает продать компанию. Именно по этой причине она может требовать, чтобы я появился на свадьбе.

— Ааа. — Ария кивнула. — Она бы продала ее назло.

— Вот именно. И при этом почти каждый сотрудник потерял бы работу.

— Но не потеряют, если ты продашь ее?

Я покачал головой.

— Да, если найду подходящего покупателя. «Кармайкл Комюникейшнс» — небольшой игрок в сфере телекоммуникационных компаний, но это не значит, что у нас нет определенного влияния. Если я продам компанию или стану партнером более крупной компании, мы могли бы превратить ее во что-то, что могло бы изменить мир.

Были инновационные компании, которые хотели приобрести ресурсы, подобные тем, что были у нас в «Кармайкл». Наша команда исследователей и разработчиков разработала потрясающие технологии в области спутниковой связи и Интернета.

— Почему для всего этого тебе нужно жить в Аризоне?

— У нас есть небольшой офис исследований и разработок в Уэлкоме, а также хранилище данных. Я перевез своих лучших сотрудников из Вегаса в Аризону, где я могу сосредоточить наши усилия на разработках, которые позволят нам подготовиться к крупной продаже. Если я покину Уэлком, моя бабушка будет настаивать на том, чтобы мы закрыли сайт и перенесли все обратно в Вегас. Я не хочу, чтобы она знала, чем мы занимаемся. Пока что мне удается сохранять это в тайне. Это работает, потому что я рядом. Она верит, что мои стимулы направлены на то, чтобы компания процветала. В конце концов, я ее наследник. Именно поэтому мой дед изначально создал ее таким образом.

Ария нахмурилась.

— Сложно. Я не поклонница твоей бабушки.

— Мы оба. Но я должен быть вежливым. Это игра, в которую я не могу проиграть.

— Я не играю в игры.

Нет, не играет.

— Моя бабушка — самая упрямая женщина, которую ты когда-либо встречала. Ее самое большое удовольствие — контролировать. Как я уже сказал, возможно, она блефует. Но есть сотни сотрудников, включая твою сестру, которые не могут допустить, чтобы это было не так.

Ария закрыла глаза.

— Какой бардак.

— Ты даже не представляешь.

— А твой брат? Он тоже замешан в этом бардаке?

— Он никогда не работал в «Кармайкл». Вероятно, потому, что никогда не ладил с моим дедушкой.

— Но ты-то ладил?

— В некотором смысле. — Мои отношения с дедушкой не были отношениями любви и преданности. Он был таким же безжалостным, как и бабушка, возможно, поэтому их брак и продлился так долго. Ему не нравился Аластер, потому что мой брат был ленивым и заносчивым.

Ария глубоко вздохнула.

— Аризона.

— Я знаю, что прошу о многом. — Я оперся локтями о колени. Я встану на них, если понадобится. — Пожалуйста. Подумай об этом. Я не… я не хочу, чтобы мой — наш— ребенок ненавидел меня за то, что меня там не было.

В моей жизни было не так уж много случаев, когда я нуждался в родителе — я всегда был достаточно самодостаточен, и, в конце концов, за мной присматривали сотрудники. Но было несколько случаев, когда я хотел, чтобы в аудитории сидели родители, например, на выпускных в старшей школе и колледже. По сей день я возмущен их отсутствием.

Я отказывался быть таким отцом.

Взгляд Арии смягчился. Возможно, она услышала правду в моих словах. Она поняла, что это было признание в том, какой жизнью я жил. И в ее глазах было сочувствие, потому что ее родителей там тоже не было.

— Дай мне подумать, — сказала она. — Давай посмотрим, смогу ли я найти работу.

— Ты не…

Она подняла руку.

— Мне нужно работать.

— Тогда как насчет того, чтобы ты управляла моим цветочным магазином? — Слова вырвались прежде, чем я успел их расслышать. Господи, Броуди. О чем, черт возьми, я думал? Ложь вертелась у меня перед глазами, как паук, плетущий шелковую нить, его лапки двигались все быстрее и быстрее. Идея сформировалась, как паутина, готовая поймать Арию в ловушку. Для ее же блага.

— Каким цветочным магазином? — Она нахмурила брови.

— Я только что купил местный цветочный магазин, когда владельцы ушли на пенсию. — Ложь. — Я часто покупаю бизнес в Уэлкоме. — По крайней мере, это было правдой. Если она поговорит с Кларой, ее сестра подтвердит это.

Когда местный магазин готовился к закрытию или владельцы уходили на пенсию, я покупал его, пока с финансами все было в порядке. Как правило, это были не только выгодные инвестиции, но и процветание моего города, моей тихой гавани.

Я нанял бизнес-менеджера, который присматривал за ними и с удовольствием молчал. Я владел тремя ресторанами, двумя барами, страховым агентством, салоном красоты и тренажерным залом.

А теперь и «Цветочным Уэлкома».

Не то чтобы владельцы «Цветочного Уэлкома» знали об этом. Надеюсь, они согласятся продать его мне в кратчайшие сроки по смешной цене. Если не согласятся, что ж… я что-нибудь придумаю. Пока у меня была возможность заманить Арию в Уэлком, остальное не имело значения.

— Год. Дай мне год, — умолял я. — После моего дня рождения и рождения ребенка мы сможем придумать новый план.

— Этот ребенок не родится еще несколько месяцев. Думаю, семь. Я еще не была у врача. Но ребенок родится, и мы выйдем из декретного отпуска как раз к твоему дню рождения. Зачем переезжать? Почему бы просто не подождать?

— Потому что я пропущу беременность.

Она моргнула.

— Я не думала, что мужчин это волнует.

— Девану было на