Заброшенная тропа - Девни Перри

в гостиную и бросила на спинку кремового дивана. Зайдя внутрь было ощущение, что мы попали в другой мир. Прозрачные белые занавески закрывали темные окна. Повсюду были растения самых разных оттенков зеленого, но некоторые были с цветами. Обеденный стол украшали красные и розовые пуансеттии. На кухонном столе красовался букет желтых роз. Светлые стены и мебель нейтральных оттенков создавали впечатление бунгало, спрятанного на тихом острове.

Безмятежное. По-другому это было не описать. Она создала себе убежище.

И я собирался умолять ее бросить все это.

— Хочешь воды? — спросила она.

— Пожалуйста.

— Располагайся поудобнее. — Она махнула рукой в сторону гостиной, затем скрылась на кухне и открыла кран.

Я расхаживал перед диваном, не в силах усидеть на месте. Перелет в Орегон был достаточно тяжелым, я был зажат в кресле, и мне не терпелось выбраться. Даже пятнадцатичасовой перелет в Австралию не казался мне таким долгим.

Клара весь день присылала мне смс. В кармане у меня зазвонил телефон, но я не обращал на него внимания. Я не сказал ей, куда направляюсь, когда выбежал из офиса. Когда Ария позвонила, мы были в самом разгаре еженедельного совещания. Клара редко отвечала на личные звонки в течение нашего рабочего дня, если только они не поступали из школы Августа или от ее сестры.

Когда Клара передала мне телефон, я подумал, что Ария наконец-то решила сказать мне, какой я придурок, что уехал после нашей ночи, проведенной вместе. Я ждал этого несколько месяцев. Я заслуживал этого уже несколько месяцев.

Но беременна? Нет. Мы пользовались презервативами. Несколькими презервами.

Я прокручивал в голове нашу совместную ночь в течение двух месяцев. Мне и в голову не приходило, что один из них мог порваться. Никогда. Или, может быть, я был слишком поглощен этой женщиной, чтобы заметить.

— Держи. — Ария подошла ко мне и сунула в руку стакан с водой.

Я взял его и осушил до дна.

— Спасибо.

Она села на диван, втянув голову в плечи.

— Мы использовали презервативы.

— Я только что думал о том же. — Я вздохнул, садясь на стул напротив нее. — Я не знал, что один из них порвался.

— Это слишком.

— Да.

— Не совсем то, чего ты ожидал от секса на одну ночь, да?

У меня были отношения на одну ночь. Моя ночь с Арией даже близко не была похожа на них.

— Прости. За то, что уехал после свадьбы.

— За что ты извиняешься? Это была просто интрижка.

Так ли это? Потому что, черт возьми, это было совсем не похоже на интрижку. И уж точно не с ребенком на подходе.

Я поступил как трус, уйдя, не сказав ни слова. Она была бы права, если бы сказала мне об этом. Но я был напуган. Ни одна женщина в моей жизни, даже Хезер, не действовала на меня так, как Ария. Одна ночь, проведенная с ней, и я захотел большего.

Но сейчас было не время для романтических отношений. И уж точно не для отношений на расстоянии. Компании нужно было мое внимание, если я собирался уберечь ее от потопления корабля под названием бабушка.

Итак, я сел в самолет на следующее утро после того, как Ария выскользнула из моей постели — я проснулся взбешенный тем, что она уже ушла, — и полетел обратно в Вегас, где провел две недели, живя в отеле и работая от рассвета до заката.

— Зачем ты проделал весь этот путь сюда? — спросила она.

— У меня есть самолет. И я просто… не мог оставаться в Аризоне. Я не мог сделать это по телефону.

Она напряглась, изучая мое лицо.

— Я оставлю этого ребенка.

— Неужели ты думала, что я приду сюда и попрошу тебя сделать аборт?

— Да.

Я вздрогнул. С таким же успехом она могла дать мне пощечину.

— Я бы никогда этого не сделал.

— Я не знаю тебя, Броуди, — голос Арии смягчился. — Совсем. Я не знаю, чего от тебя ожидать. Но я не хочу ссориться. У меня нет на это сил. Поэтому, пожалуйста, не обижайся. Я, честно говоря, не понимаю, почему ты здесь.

В этом была особенность Арии, и именно поэтому ее общество было таким освежающим. Ей ничего от меня не было нужно. Ее не волновали мои деньги. Ее не волновал мой бизнес. Она была просто честной. А честность иногда бывает очень жестокой.

Честно говоря, я мог бы помочь.

— Я здесь, потому что хочу быть вовлечен. С этим — нашим, моим — ребенком. Я не брошу своего ребенка.

Ария моргнула, ее брови сошлись на переносице.

— Серьезно?

— Неужели в это так трудно поверить? — Она действительно думала, что я такой холодный монстр? Возможно. И я не мог винить ее за это.

— Я не знаю, чему верить, — прошептала она.

— Поверь, я вижу, как усердно работает Клара, чтобы вырастить Августа в одиночку. И я не хочу, чтобы мой ребенок рос без меня. Пожалуйста… не отстраняй меня от этого.

Теперь настала ее очередь вздрогнуть. Выражение явного раздражения добавило огня в эти усталые глаза.

— Я бы никогда так не поступила.

Напряжение спало с моих плеч.

— По дороге сюда у меня было время подумать.

— Я уже могу сказать, что мне это не понравится.

Мои губы растянулись в улыбке.

— Выслушай меня.

Она откинулась на спинку дивана, зевнула и прикрыла рот рукой.

— Я слушаю.

— Ты живешь в Орегоне.

— Правда?

— Не умничай, — пробормотал я. — Я живу в Аризоне. Никому из нас не подойдет ездить туда-сюда. И я полагаю, что ты не захочешь надолго разлучаться с ребенком.

— Нет. Не захочу.

— Тогда одному из нас придется переехать.

— Ты имеешь в виду меня. — Она выпрямилась, ее спина напряглась. — Моя жизнь здесь, Броуди. Моя работа. Мой дом. Я не собираюсь отказываться от всего этого, чтобы жить в пустыне.

То, как она выплюнула последнее слово, заставило меня задуматься.

— А что плохого в пустыне?

— Это пустыня.

Это было слишком похоже на Калифорнию.

Клара как-то сказала мне, что причина, по которой, как она подозревала, Ария сбежала из Вегаса в Орегон, заключалась не в фальшивых людях или городской жизни, а в том, что она хотела убежать от всего, что напоминало ей о жизни на свалке в Темекьюле.

— Ты переедешь сюда, — сказала она.

— Я не могу. — Я поднял руку, когда она открыла рот. — Не в этом году.

— Через год?

— Возможно.

— Почему через год?

Я встал со стула и снял пиджак. Если мы собираемся обсуждать это, то нам лучше устроиться поудобнее.

— Ты уверена, что не хочешь