Да, наш тренер - Зоя Анишкина

– Как за что? Он, на секундочку, лицо, которое отвечает за нас. При должности и все такое. Ни для кого не секрет, почему случилась такая история. Вот и будет справедливо пожинать плоды.

Снова меня прошиб холодный пот. Не хватало ещё, чтобы из-за моего упрямства человека выгнали с работы! Да если он уйдёт… что тогда станет со мной?

Судорожно начала озираться по сторонам в поисках телефона. Мне нужно позвонить ему, все объяснить. И в ректорат, и ещё куда там можно! Боже, мне надо сделать хоть что-нибудь!

– Эй, ты чего, у тебя же капельница!

Маргоша подскочила ко мне, успокаивая и держа за руки. А у меня паника начиналась. Если его уволят…

– Его не могут выгнать из-за меня! Ты не понимаешь… Он же меня спас фактически. Вытащил из юридического и теперь…

– Да успокойся ты! Мы с тобой про тренера говорим. Никто его не уволит, его же боятся все, включая ректора. Просто по шапке надают. Хватит суетиться. Лечись, скоро доктор придёт на осмотр.

– Правда?

Я смотрела на подругу глазами, полными доверия. Мне действительно бы стоило успокоиться, а то, кажется, я выдала явно лишнюю информацию. Не стоит ей знать про мою прошлую жизнь там…

– Правда.

И Маргоша позвала парней, чтобы поднять мне настроение. Я дежурно улыбалась и просила их прийти позже. Потому что мыслями все равно была совершенно в другом месте.

Что же тренер сам думает об этой ситуации?

Глава 20. Тренер

– Доигрался? Твоя ненаглядная вырубилась на лестнице!

Ирма залетела в тренерскую, открыв дверь с ноги. Я уже просил ее вести себя сдержаннее. То, что она в курсе некоторых моих жизненных обстоятельств…

– В смысле вырубилась, кто?

Я даже не понял, о чем она говорит. Был заведён. Да я весь последний месяц места себе не находил из-за того разговора. Двух разговоров.

Одного – свидетелем которого я стал, прячась на лестнице в спортивном комплексе, как самый отъявленный тинейджер, и второго – того самого в парилке. Тогда, когда я запретно сжимал ее в объятьях.

Возмущённую, горячую, с этими ее проклятыми сверкающими глазами. Вот и отрывался как не в себя на тренировках, сгорая от неудовлетворенных желаний и ревности.

– Да Катерина твоя, хорошо, этот идиот Макар рядом оказался. Поймал ее. Быстро иди, мало ли что. У меня нет желания смотреть на твои разборки с ректоратом.

Встал как вкопанный. В смысле Катерина? Упала? На лестнице? Выскочил из тренерской и стремглав понёсся через спортзал туда. Да она же крутая…

А дальше все происходило как в плохих голливудских фильмах. За поворотом меня ждала жуткая картина.

Бледная как смерть бездыханная девушка лежала прямо на лестничной площадке, а под ее бёдрами были видны следы крови. Наверху в телефон что-то кричал Макар, а Солнцева держала голову Катерины.

– Что произошло?

– Н…не-е знаю!

Паника в голосе Маргариты, суетливые движения либеро мужской команды. И она. Боже, что же я наделал…

Но ныть о том, что сделано, не было времени. Подошёл и взял Катерину на руки. Она оказалась как пушинка. Солнцева только тут заметила кровь и завизжала, едва ли не падая в обморок. Я спросил Макара:

– Скорую вызвал?

Тот кивнул, бледнея с каждой секундой. Не думал, что ребята такие нежные. Раз так надо убрать их с дороги:

– Макар, дуй за ее документами, Солнцева соберёт ей вещей в больницу, а ты все привезёшь. Я напишу, куда ее увезут. А теперь свободны, быстро, быстро!

Они сорвались с места, как гончие, оставляя нас наедине. Я же пошёл с девушкой вниз встречать скорую. На ходу достал телефон и набрал другу, тот ответил на удивление быстро:

– Жор, девушка, двадцать лет. Переутомление и кровотечение, предположительно по-женски. Еду к тебе. Бледная как поганка.

– Понял, жду.

Георгий мой давний друг. Когда-то вместе хотели в медицинский, но так и не срослось. У меня впереди была спортивная карьера, а вот он довёл дело до конца, став врачом-реаниматологом. И работал в соседней больнице. На счастье.

Скорая приехала быстро. Задавали вопросы, мерили давление, забирали кровь на анализ. А она все не открывала глаз. Белее мела, такая худенькая…

Я схватился за голову. Каким же я идиотом был, когда пошёл на поводу у эмоций.

– Да не переживайте, молодой человек. Починим мы вашу девушку. Беременная, что ли?

– Нет, не беременная.

Хоть тут я мог быть уверен. Или нет? Вокруг Катерины неожиданно стали виться парни. Я опасался Миши и его мести, но внезапно осознал, что попросту не готов видеть ее вообще с кем-то.

Кажется, этот говнюк оказался прав. И я зря притащил ее в команду. Надеюсь, мои ошибки не будут стоить ей слишком дорого.

Ей ставили какие-то капельницы, на вопросы не отвечали. Без сопротивления повезли туда, куда я сказал. А там нас встретил Жора. Сосредоточенный, собранный, тут же оставивший меня в коридоре.

– Я тебе сразу все скажу, как мы ее обследуем. Если что, на вопросы ответишь.

Он уточнил, как так вышло, и вообще, что про неё знаю. Все. Мне так казалось. Когда я закончил рассказ, друг смотрел на меня странно. Но ничего не добавил, лишь ушёл за каталкой…

Я опустился на холодное железное кресло с дырочками. Вокруг сновали люди, была странная суета. А она лежала там, на каталке. Вся в крови…

– Может, вам помочь, все нормально?

Ко мне подошла молоденькая медсестра. И только тут я понял, что тоже весь в крови. А ещё, что обещал набрать Марку. Нужно будет заполнить документы и прочее. Как только Жора скажет мне, что все нормально.

Я, словно оглушенный, достал телефон и позвонил парню, потом продиктовал адрес и отключился. Если честно, в данный момент мне стало противно от самого себя.

Потому что это моя вина. Потому что мне не пятнадцать лет,и я несу за неё ответственность, а