На этот раз — это точно конец (СИ) - Поздно Джулия

— Я так понимаю, отказываться бесполезно? — шутливо произнес Иван.

— Я бы сказал, бессмысленно…— с улыбкой ответил Амир. —  Желаю вам приятного вечера и вынужден вас покинуть, так как мне нужно отдать еще некоторые распоряжения…

Мы вышли на улицу.

— Маша, тебе не холодно?

— Нет, я чувствую себя великолепно.

— А может, сбежим с этого званного праздника? Я думаю, среди такого множества гостей Амир даже не успеет увидеть наше отсутствие.

— Почему бы нет.

— Сейчас вызову машину и отвезу тебя в удивительное место, тебе понравится.

— Очень хочется верить, Иван, — сказала я и поймала себя на мысли, что впервые не добавила «дурак».

Машина пришла быстро, и мы тайком, словно два беглеца, покинули замок гостеприимного хозяина. Приближалась ночь. Но город не спал…

— Морская набережная, — сказал водителю Иван.

Мы сидели рядом и молчали. Иван слегка приобнял меня, но мне совсем не хотелось этому сопротивляться.

Свежий соленый воздух и запах цветов моментально вскружили мне голову, как только мы вышли из машины.

— Знаешь, чем знаменита эта набережная? Именно здесь был снят эпизод известной комедии Гайдая «Бриллиантовая рука».

— К моему стыду, я ни разу не смотрела этот фильм, но точно знаю, что это самая любимая комедия моих бабули и мамы.

— Ничего страшного, значит, посмотрим вместе. А вот и скульптуры, напоминание о фильме.

— Смотри, как блестят у них руки от бесконечных рукопожатий, — сказала я и засмеялась.

Мы шли по набережной, как самые настоящие влюбленные… И целого мира нам было мало.

 Бескрайнее море, отражающее в себе тысячи огней, клумбы с ароматными цветами и необычным освещением, сувенирные лавки, кафе и рестораны — как длинная кинолента ночного фильма.

Мы оказались у беседки. Этот участок набережной был практически сейчас безлюдный. Иван остановился.

— Ты даже не представляешь, как я давно об этом мечтал…с тех самых пор…

Я только хотела спросить, с каких «тех самых пор», как Иван наклонился ко мне и начал целовать…Мысли лихорадочно бились в моей голове, но точного приказа я не успела получить и не знала, что делать. А он вдруг почувствовал, что я не сопротивляюсь, не бью по щекам, не кричу и не зову на помощь, осмелел…Мое дыхание участилось, ноги стали ватными, во мне смешались блаженство и смятение…Наконец он отпустил мои губы и, осторожно отодвину прядь моих волос, шепнул:

— Я люблю тебя, Метелкина…

В этот момент зазвонил мобильник.

— Светелкина, ну ты где! — орала в трубку Лариска. — За целый день не позвонить ни разу! Я и спать-то не смогу, если не услышу тебя.

— Ларис, все хорошо, просто был трудный день, — слабым голосом произнесла я.

— А что у тебя с голосом, подруга? У тебя кто-то рядом? — продолжала орать она.

— Да.

— Так я и знала, нельзя тебя оставлять одну ни на минуту, обязательно попадешь в приключения. Докладывай, кто с тобой?

Я поняла, что этот поток не остановить, и аккуратно сбросила вызов. Но магия вечера уже растаяла, и мне захотелось вернуться в отель.

— Иван, я устала и очень хочу спать.

 —Твоя подруга как медведь на балу, не к месту!

— Не смей ее называть медведем, — с негодованием произнесла я.

— Эх, Метелкина…

Глава 26

Оказавшись за дверью номера, я выдохнула.

«Хорошо, что позвонила Лариска, очень даже вовремя! Как я, ярая мужененавистница, так поддалась искушению?!»

Всю дорогу до отеля Иван нежно держал мою руку и был задумчив, и только у дверей номера тихо спросил:

— Разрешишь зайти?

«Ну уж дудки! Надо найти благовидный предлог для отказа!» — лихорадочно думала я, понимая, что на самом деле мне очень хочется, чтобы он зашел и остался…

— Извини, устала за целый день, очень хочется спать.

— Я понял, напрашиваться не буду. И вот еще что: ты завтра отдыхай, я утром съезжу к Амиру подпишу договор, а потом заеду за тобой.

— Зачем?

— Как, ты уже забыла? Амир пригласил нас на прогулку в открытом море.

— Точно. «Я пойду?» — с виноватой улыбкой спросила я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Он наклонился ко мне и поцеловал.  Столько нежности и страсти было в его поцелуе, что  сознание начало покидать меня… Еще немного, я схвачу его за руку и просто затащу в номер сама… Собрав всю  волю в кулак, я аккуратно уперлась ладонями в его грудь и слегка отодвинула.

— До завтра, — прошептала я.

— Спокойной ночи.

Я быстро скрылась за дверью и, прижавшись ухом к ней, слушала его удаляющиеся шаги.  Выдохнув и сбросив туфли, на ватных ногах, я прошла к кровати и в буквальном смысле рухнула на нее.

«Что со мной?  Я словно джинн, вылетевший из бутылки, не могла насладиться свободой! Как сказала бы бабуля, так и до греха недолго докатиться. Ну уж нет, надо немедленно взять себя в руки — и никаких служебных романов!»

В сумочке во все горло орал мобильник. Лениво потянувшись к краю кровати, я в темноте пошарила рукой по полу и нащупала сумку, а затем достала телефон. На экране мигала фамилия Богуславского.

Доброй ночи, Феликс Александрович!

— Здравствуй, Маша!

У меня всегда бежали мурашки от голоса Богуславского, вот и сейчас…

— Как дела? Надеюсь, вам удалось убедить клиента в долгосрочном сотрудничестве?

Я коротко рассказала Феликсу о встрече с Амиром, умолчав о том, что он мой бывший одноклассник, а заодно и о его приглашении совершить выход на яхте в море.

— Молодцы! — задумчиво произнес Феликс и продолжил: — Как Иван? Не обижает?

— Спасибо, все хорошо.

— Маш, я соскучился, возвращайся скорее.

Я промолчала, потому что не знала, что сказать. Только чувствовала себя самой настоящей свиньей. Феликс ждет, скучает, а я тут…

— Ладно, Маш, поздно уже, отдыхай.

— Спокойной ночи, Феликс, — произнесла я с нежностью в голосе.

Так вот в чем крылась разгадка сна, приснившегося накануне командировки. Двое мужчин, очень близких мне, и я между ними. Во сне я просто сбежала, неужели и в реальной жизни мне придется сделать тоже самое?

Мои размышления были прерваны фразой с соседнего балкона.

— Да, Метелкина, когда ты только все успеваешь? «Спокойной ночи, Феликс!» Сколько нежности и любви прозвучало в твоем голосе!

Я выскочила на балкон, испытывая сильное негодование.

—  Ты стоял и все это время слушал наш разговор?

— Да мне, собственно, и дела нет да ваших бесед. Просто ты достаточно громко говорила. И странно, Богуславский не позвонил мне, своему заместителю, чтобы узнать о результате встречи…

Я стояла, как провинившийся ребенок, и не знала, что ответить, ведь Дудин был абсолютно прав.

— Спать пора, — сказал Иван и ушел с балкона.

«Дура, какая же я дура!» — обругала я себя.

Зайдя в комнату, я сняла одежду и отправилась в душ.

Прохладные капельки воды остудили мое пылающее лицо, тоненькими ручейками сбегали по линиям тела и превращались в маленькое озеро под ногами.

«Не буду сегодня ни о чем больше думать, подумаю обо всем завтра!»

Проснулась от того, что в номер кто-то постучал. Накинув на себя шелковый халат леопардовой расцветки, я направилась к двери.

— Кто?

— Доброе утро, завтрак в номер.

— Я ничего не заказывала.

— Ваш сосед сделал заказ и оплатил его рано утром.

Я открыла дверь.

Молодой человек приятной наружности вкатил в номер сервировочный столик, в центре которого стояли ваза с ромашками и васильками, спелая клубника, свежеиспеченные круассаны с персиковым джемом,  маленькие чайники с черным и зеленым чаем на выбор, блюдо с фруктами, сырное ассорти,  несколько экзотических  десертов, бутылка розового вина и маленький конверт.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

—  Приятного аппетита!

—  Благодарю.

Официант бесшумно исчез за дверью.

Я взяла конверт и открыла его — внутри лежал исписанный знакомым почерком листок. «Доброе утро, Метелкина! Я был неправ, надеюсь, цветы и завтрак в постель помогут загладить мою вспыльчивость».