Муж понарошку (СИ) - Князева Мари

Алёша нахмурился и тяжело вздохнул. Надя окончательно пришла в себя и вспомнила, что на самом деле они не муж и жена, а самые что ни на есть чужие люди. Кто-то так решил, не спросив их. Ну, или, по крайней мере, не спросив Надю. Алёша с этим жестоким кем-то почему-то вполне согласен.

– Ну или вообще, – добавила она, пересаживаясь с колен мужа на соседний стул, – не бередить мне душу.

Алёша попытался удержать ее:

– Надя…

– Я знаю. Отпусти.

Муж опять вздохнул. Но промолчал. Дома будет опять извиняться…

Так и случилось. Не постеснялся даже прийти к ней в комнату.

– Надя, выслушай меня, пожалуйста. Я… повел себя неправильно сегодня. Нужно было просто отказаться, а я поддался на провокацию. Но ты же понимаешь, что… этого бы не случилось, если бы твоей отец не настоял…

– Да я не против того, что это случилось! – со злостью перебила его Надя. – Я бы только хотела, чтобы это случалось почаще. И лучше, конечно, не на людях. Я просто… в первый раз сегодня целовалась… и мне понравилось. А это все… я понимаю, да. Теперь, можно, я поплачу одна?

– Ты целовалась в первый раз?! – изумленно переспросил Алёша, проигнорировав все остальные ее фразы.

– Ну не совсем, но вот так… да.

Он взъерошил рукой отросшие волосы, потерянно огляделся.

– Надя, я чувствую себя просто скотиной… ну прости меня… я не знаю, что делать… только не плачь, пожалуйста, из-за меня…

– Что, мне и поплакать нельзя? – возмутилась Надя, чувствуя, как запретная соленая влага уже собирается в предательские капли в уголках глаз.

– Можно, – забрал свои слова назад Алёша. – Просто я не хочу тебя расстраивать…

– Тогда поцелуй меня еще раз!

Он шарахнулся назад и опустил голову. Сжал кулаки.

– Больше тут ничем нельзя помочь, – покачала головой Надя, и первая слезинка скатилась по ее щеке. – Уходи.

И он ушел. А она легла и заплакала. Но легче от этого не становилось. Тяжелый комок лег на грудь и на голову. Как же все-таки странно устроен мир!

С Таней они подружились: созванивались, ходили вместе гулять и по магазинам. Новая приятельница довольно скупо отреагировала на сообщение о Надином замужестве. Мол, кто во сколько и за кого замуж выходит – то их личное дело. На третью встречу Наде удалось затащить новую подругу к себе домой.

Когда они уединились в Надиной комнате, Таня вдруг сказала:

– Ты очень красивая. Не зря Васька Шехонин сразу на тебя запал. По нему все девчонки сохнут, с пятого класса... Знаешь, он сын майора полиции, начальника какого-то отдела.

– Да ты что! – удивилась Надя. В таком случае, очень странно, что он не слушается отца...

– Да, но... его родители в разводе, и Вася живет с мамой.

Аа, тогда уже понятнее...

– Он спортсмен, борьбой занимается, – продолжала Таня делиться информацией, – учится на юриста и работает в администрации. В общем, мечта, а не парень...

– Он тебе тоже нравится? – с хитрой улыбкой поинтересовалась Надя.

– Да ну, что ты... я стараюсь не иметь несбыточных желаний.

– А что тут такого? Ты симпатичная, и фигура у тебя хорошая... просто немного лоска не хватает.

– Так откуда ему взяться-то, лоску? Я изгой общества. Всегда им была и всегда буду.

– Не говори так. А ты не думала о том, чтобы поехать в город? Там легче работу найти и можно начать учиться…

– Думала, да мама против. Боится меня отпускать.

– Ты ведь взрослая… не можешь всю жизнь возле неё провести… а даже если и так, можно вместе поехать!

Но Таня только махнула рукой:

– Это уж совсем несбыточная мечта!

Наде не нравилось, что Таня так негативно мыслит, но она понимала, что это результат ее жизненных обстоятельств, и решила непременно подумать, как бы помочь подруге приобрести побольше уверенности в себе. Когда они наболтались и напились чаю с пирогами, Надя спросила Алёшу:

– Подвезем мою подругу до дома?

– Конечно! – с готовностью кивнул он, но Таня принялась протестовать:

– Нет-нет, не нужно! Мне тут очень близко! Я сама дойду!

Алёша пожал плечами, а Надя расстроилась:

– Да ладно, чего ты? Заодно узнаю, где ты живешь, чтобы могла навестить в случае чего...

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Не надо, – решительно замотала головой Таня. – Если очень нужно будет, я тебе адрес по телефону скажу.

Надя поняла, что она стесняется своего скромного жилища и не стала настаивать. Вечером после ужина, вымыв посуду, она вышла во двор – немного подышать свежим воздухом и обнаружила мужа на скамеечке за домом.

– Садись, – сказал он приветливо. – Расскажи, как там Коксинская молодежь поживает.

– Хорошо. Только вот я не понимаю… почему одни люди обижают других?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Тебя обижают? – он сразу весь подобрался и нахмурился.

– Нет, не меня. Таню. Просто так, без всякого повода. Чтобы сделать больно...

– Ну вот, ты сама и ответила.

– Но зачем?

– Чтобы почувствовать себя лучше.

– А я наоборот, хуже себя чувствую, если кто-то из-за меня страдает...

– Это эмпатия. Ты постоянно пытаешься поставить себя на место другого человека и переживаешь из-за того, что бы ты чувствовала на его месте. Это не у всех бывает. Некоторые любят унижать других, чтобы почувствовать себя на коне. Почувствовать власть. Возможно, их так же унижал кто-то значимый.

– А тебе приходилось унижать людей по долгу службы?

Алёша нахмурился:

– Нет. Такого я себе не позволял, хотелось бы надеяться. Наказывать за нарушения – да, но удовольствия я при этом не испытывал.

– А почему ты решил уволиться?

– Устал. Служба в армии – серьезное испытание, во многих аспектах. А еще я вдруг понял, что трачу на нее всю свою жизнь. У меня ничего не осталось, кроме этой работы... родителей много лет толком не видел, а потом появилось такое чувство, что еще немного – и жизнь закончится, а я не успел ничего...

– А почему ты не женился?

Алёша бросил на Надю быстрый взгляд и шумно засопел.

– Не женился – да и все. Без причин. Но быть женой военнослужащего – это, я тебе скажу, удовольствие на любителя. Ненормированный график, постоянные командировки... А уж если моряк, то вообще беда...

– Да, я знаю, – вздохнула Надя. – Это непросто. Но мама всегда гордилась, что ее муж военный.

– Твоему папе повезло с женой...

А вот тебе – нет, – сумрачно подумала Надя. Ведь, если бы повезло, он был бы счастлив и открыто любил ее, а не отталкивал… Алёша посмотрел на неё испытующе и вдруг спросил:

– А... парень этот... Вася, кажется – не пристает?

Надя усмехнулась:

– Зря ты так, он совсем не страшный – обычный парень... Правда, я сегодня узнала, что он сын какого-то начальника полиции...

– В самом деле? – удивленно приподнял брови Алёша. – А как фамилия?

– Шехонин.

– Мм, Шехонин, ну да, ну да... Теперь понятно...

– Что понятно?

– Почему он такой смелый. Как-то я не привык, чтобы сопляк мне перечил, обычно и люди постарше слушаются... ну, на службе... А этот... теперь ясно, откуда столько гонору...

– А в чем он тебе перечил?

– Да так, не беспокойся об этом. – Алёша немного помолчал, а потом сказал смущенно: – Ты не думай, что я… просто тираню тебя, пользуясь своей властью и официальным статусом мужа, и на этом основании запрещаю общаться с мальчиками.

– Просто они все не подходят в друзья для принцессы на горошине, да?

– Хм... оригинальная формулировка... Я не думал так тебя называть...

– А как бы ты меня назвал?

Он, кажется, всерьез задумался.

– У меня плохо с образностью речи, поэтому трудно выразить это двумя-тремя словами... Но если не экономить... Внешне ты очень похожа на взрослого человека. Женщину... то есть, девушку... но внутри – настоящий ребенок: нежный, ранимый, непосредственный. И так хочется защитить этого ребенка от всего на свете, что страшно даже смотреть, как кто-то к тебе приближается с грязными лапами и глупой башкой. Такого ребенка обидеть ничего не стоит. А он потом будет долго и глубоко страдать, и у меня сердце кровью обливается, стоит мне только это представить. Девчонки – они что? Обидеть могут, конечно, но только по поверхности, а вот мужичье...

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})