Дженис Хадсон - Посланник судьбы

– Нет.

Фэйф выпрямилась на софе, не решаясь взглянуть на Далтона. Он нахмурился, видя ее попытку увильнуть от правды, но она не собиралась говорить больше, чем было необходимо для следствия.

– Он рассказал мне об… одном человеке, на которого я была очень рассержена. Я схватила первую попавшуюся под руку вещь и швырнула о стену.

– Вы всегда так поступаете с вещами? – уточнил Миллер.

От возмущения Фэйф чуть не задохнулась.

– Скажете еще слово таким тоном, и это войдет у меня в привычку.

Миллер заморгал. Ей показалось, что он давится от смеха. Это еще больше разозлило ее, но она приказала себе успокоиться.

– Это все из-за гормонов, агент Миллер.

– Прошу прощения?

– Выброс гормонов – настоящая проблема для беременной женщины. Ее настроение может резко меняться от веселья и радости до тоски и подавленности. Иногда случаются вспышки беспричинного гнева. Неустойчивая психика при беременности – научно доказанный факт. Полагаю, гормоны сыграли со мной злую шутку, я схватила посылку и швырнула ее. Дверь в фотолабораторию я оставила открытой, и бомба ударилась о нее. Наверное, взрыв не был бы таким сильным, если бы до этого я не работала с реактивами в лаборатории. Кондиционер сломался, поэтому в воздухе все еще находились пары легковоспламеняющихся химикатов. Вот, пожалуй, и все, что я помню. Очнулась я на носилках «скорой» с кислородной маской на лице.

Миллер задал еще несколько вопросов, не содержащих ничего нового. Фэйф снова и снова повторяла все детали – за исключением разговора с Далтоном, – пока ее не охватило уныние и ощущение бесполезности предпринимаемых для поимки убийцы усилий.

– Как мы поняли из слова шефа полиции Ту Оукс, недавно умер ваш отец, – сказал Миллер. – Не сомневаюсь, что вам неприятно ворошить прошлое, но мистер Маккомис, кажется, считает, что существует связь между смертью вашего отца и бомбой, посланной вам. Вы не расскажете нам об обстоятельствах смерти мистера Хиллмана, мэм?

На плечи Фэйф словно легла непосильная ноша, но она слово в слово повторила им все, что раньше говорила Далтону, все, что, как ей казалось, могло помочь в расследовании. Затем повторила рассказ еще раз с самого начала. И еще раз. Ее нервы вот-вот готовы были лопнуть от напряжения.

– Спасибо, вы нам очень помогли, – наконец произнес Миллер после потока уточняющих вопросов. – Надеюсь, вы не возражаете, если мы еще раз потревожим вас, если нам понадобятся дополнительные сведения?

– Нет проблем, – ответила Фэйф. – А что теперь?

– Мы продолжим расследование. Наш эксперт сейчас работает на месте взрыва. Предварительный отчет показал, что маленькая бомба, находившаяся в посылке, воспламенила химикаты в фотолаборатории, в результате чего взрывная сила возросла во много раз и была направлена на потолок и в глубину здания. Стены в основном поглотили взрывную волну, благодаря чему вам удалось отделаться легкими травмами. Получив окончательные результаты экспертизы, мы сможем сообщить подробности. А тем временем мы с Додсоном будем выполнять полученные инструкции.

Далтон настороженно выпрямился.

– Какие инструкции?

– Мы не вправе обсуждать ведущееся расследование. Как бывший техасский рейнджер, вы должны знать это.

Далтон стиснул зубы. Конечно, он знал все предписания и правила. Не следовало даже спрашивать. Но упоминание о дополнительных инструкциях вывело его из равновесия.

– Но, по крайней мере, в одном мы можем вас успокоить, мисс Хиллман, – обратился Миллер к Фэйф.

– Я слушаю.

– Хотя в вашей семье произошло сразу два трагических события за короткий промежуток времени, вы можете спать спокойно и не бояться за свою жизнь, так как, по всей вероятности, эти случаи не связаны между собой.

Фэйф явственно ощутила, как напрягся Далтон.

– По всей вероятности?

– Да, мэм. Как ни трагична смерть вашего отца, она не более чем несчастный случай. Ужасный и нелепый, но несчастный случай. Ничто не указывает на его связь со взрывом, в котором пострадали вы. Посылка с бомбой стоит в одном ряду с другими, рассылаемыми по всей стране уже много лет. Но, уверяю вас, этот неизвестный террорист не занимается стрельбой по окнам.

– Агент Миллер хочет сказать, – добавил Додсон, – что вам больше не угрожает опасность. Террорист никогда не выбирает дважды одну и ту же жертву.

– Вы имеете в виду Неизвестного? Вы думаете, что это сделал он?

– Это вполне возможно.

– Значит, Фэйф должна рисковать собой из-за ваших предположений? Вы пробыли в городе меньше часа и уже сделали вывод, что никакой опасности не существует?

Глаза Миллера недовольно сузились.

– Мы хорошо знаем свое дело, мистер Макшейн.

– Вы опять начинаете говорить прежним тоном, – Фэйф поднялась с софы и пошла к двери. – Если у вас возникнут еще вопросы, джентльмены, я в кабинете. Вы будете держать меня в курсе событий?

– Послушайте, мисс Хиллман, – Миллер тоже поднялся и убрал блокнот обратно в карман пиджака. – Мы просто хотим, чтобы вы не тряслись от страха за свою жизнь, когда вам угрожает не большая опасность, чем любому другому. Мне бы не хотелось, чтобы кто-то извлекал выгоду из ваших страхов.

Последнее он сказал, холодно глядя на Далтона. К удивлению Фэйф, он промолчал.

– Благодарю за беспокойство. Я буду иметь это в виду.

– Да, пожалуйста, – сказал Додсон. – Ради вашей пользы.

Закрыв дверь за фэбээровцами, Фэйф повернулась к Далтону.

– Почему вы позволили им так говорить о вас?

Далтон лишь пожал плечами.

– С их точки зрения, опасения вполне оправданы.

Фэйф сквозь зубы пробормотала ругательство.

– Держу пари, в своей газете вы не печатаете таких выражений, – усмехнулся Далтон.

– Значит, вы поверили, что между смертью моего отца и покушением на меня нет связи?

– А вы верите этому?

Фэйф прислонилась к двери. Ее силы таяли с каждой минутой.

– Нет, не верю, как, впрочем, и вы. Это дело рук не Неизвестного.

– Не знаю, – сказал Далтон. – Кажется, выбор его жертв всегда каким-то образом связан с деревьями, помните?

Фэйф подняла брови.

– Да, одна из жертв жила на Осиновой аллее. Фамилия другого была Вуд.[3] Потом от бомбы пострадал лесник из Сакраменто. Какое это имеет отношение… – Она запнулась и побледнела. Затем отрицательно покачала головой. – Нет, где тут смысл? Он послал мне бомбу, потому что в названии моей газеты фигурируют деревья? Если его выбор пал на Ту Оукс, почему тогда он не послал бомбу в мэрию, полицейский участок или в любое другое место, имеющее в названии Ту Оукс?

Она выглядела такой хрупкой, прислонясь к двери, с поникшими плечами. Под глазами залегли темные круги, выдавая утомление.