Памела Робертс - Дороже всех сокровищ

Барри вздохнул, потер рукой непривычно голый подбородок и снова вздохнул. Потом поймал на себе взгляд Молли, пожал плечами и смущенно улыбнулся.

— Это просто так. Не обращай внимания.

Итак, что же ты решила?

— Н-ну, мне нравится твоя мысль… о том, чтобы сменить место…

— Рад слышать, — энергично отозвался он, борясь с охватившим его отчаянием. — Тогда доедай, и вернемся в колледж, а потом будем собираться. Позволь напомнить, что отпуск — это твоя идея.

— Угу, — нехотя согласилась Молли. — Моя.

Но… — Она заколебалась. — Разве благоразумно ехать сейчас, когда мы оба безработные?

— Ох, малышка, что-то ты мудришь, — усмехнулся Барри. — Еще утром сама предложила, а теперь… Признавайся-ка, что это на тебя нашло?

— Ничего не нашло, — покраснев, огрызнулась она. — Просто утром безработным был только ты, а через час нас станет двое!

— Значит, ты твердо решилась уйти из Вест-Гейта? — обрадовался ее собеседник.

— Да. — И еще раз, громче, чтобы убедить себя, повторила:

— Да!

— Вот и молодец. Но мы же выяснили, что денег у нас пока хватает, а в большинстве приличных учебных заведений сейчас каникулы.

Или вот-вот начнутся. Так что тебе пока некуда отправляться на собеседование. Разве я не прав?

— Прав-прав, — нехотя согласилась Молли.

Перед ее внутренним взглядом все еще стоял яркий образ Рэнди Таунсенда в летной форме с букетом под мышкой, такого, каким он предстал перед ней меньше трех часов назад. И другой, смутный, но саднящий, как давняя заноза, — Кларенса, коварного и неверного возлюбленного…

Так что ждет ее дальше? Пустая, невыразительная жизнь, полная сожалений о потерянном времени и утраченной молодости, воспоминаний о предательстве и измене? Может ли она надеяться на что-то иное? На то, что у нее еще будет любовь и семья, и счастье, и дети.

Но когда? И откуда?..

— Ну так как? — вмешался в ее невеселые мысли Барри. — Что решила? Заскочим вечером к Ларри? Или хочешь сидеть в пыльном городе и погружаться в депрессию? Упиваться жалостью к самой себе? А? — И, видя, что она молчит, продолжил:

— Впрочем, как знаешь. А я так послезавтра отправляюсь. Прихвачу удочки, сапоги болотные, бинокль, несколько банок репеллента, и только ты меня тут и видела!

— Ладно, чего взъелся? Я тоже поеду. Вот ведь брюзга, — проворчала Молли, принимая единственно возможное в настоящий момент решение: покинуть Сан-Франциско, а вместе с ним и все проблемы. Хотя бы временно.

Барри прав: ей необходимо передохнуть. И, главное, перестать думать о Кларенсе, об утраченной молодости, о своих потерях… Жизнь нельзя повернуть вспять. Но зато можно извлечь уроки и провести остаток дней так, чтобы на старости лет в рождественские праздники сидеть у камина в окружении любящей семьи — седовласого супруга, троих детей, восьми внуков и бессчетного числа кошек и собак.

Придя к этому выводу, Молли положила в рот кусок курятины, пожевала и заметила:

— Слушай, а ведь действительно отличные цыплята. У меня даже аппетит появился.

— Вот и хорошо. Силы тебе понадобятся, чтобы с этим твоим Фингером побеседовать как следует. Нам еще надо столько всего сделать. Мне придется в спортивный магазин сгонять. А то весь инвентарь дома остался…

Молли взглянула на него.

— Хочешь, я съезжу и соберу твои вещи? Ты можешь составить список, рассказать, где что лежит…

— Нет! — выкрикнул он. — Не надо! А то я буду потом расспрашивать, видела ли ты Джоша, и тебе придется отвечать… А врать ты не умеешь… Нет, заскочим лучше в «Мир приключений». Обожаю эти магазины!

— Предлагаю не тянуть, Барри. Сейчас вернемся в Вест-Гейт, потом по магазинам, вечером заглянем к твоему приятелю. Почему бы не стартовать завтра утром? Что нам мешает? Побросаем джинсы и футболки в рюкзаки, прихватим книги и домино, или шахматы, или во что ты там любишь играть, фотоаппарат, пленок побольше, и рванем. Идет?

Молли поняла, что слишком погрузилась в свои переживания и забыла о том, что ее собеседнику не легче. Может, даже тяжелее. Ведь его-то бывший друг здесь, в городе, совсем рядом, стоит только проехать пару десятков миль. Барри переживает не менее, а более мучительные времена, чем она. И ей необходимо поддержать его.

Какое счастье, что этот удивительный человек попался ей на пути в тяжелую жизненную минуту! Что бы она делала без его помощи, его сочувствия, его заботы?

Да погибла бы! — выкрикнул внутренний голос. И Молли с ним согласилась. Что бывало с ней далеко не часто.

— Идет, — в конце концов согласился Барри.

Они уехали в половине первого следующего дня, загрузив багажник под завязку припасами и инвентарем и пообещав Ларри позвонить и рассказать, в каком состоянии нашли его собственность. Молли пребывала в приятно возбужденном состоянии и от волнения даже на время забыла и о Кларенсе, и о Рэнди, и о том, что осталась без работы… Барри хохотал и рассказывал анекдоты. Начало отпуска было явно удачным.

Глава 9

Рэнди вскочил и потряс головой, прогоняя остатки кошмара. Потер ладонями виски, взглянул в окно и снова упал на подушку.

Настроение было отвратительное, состояние крайне подавленное. После того дня, когда он мельком видел Молли на территории Вест-Гейтского колледжа, прошла уже почти неделя.

Накануне он вернулся домой поздно, после полуночи, из-за небольшой задержки в Хьюстоне.

Будь прокляты эти технические службы! Никогда не могут подготовить машину в срок!

Обычно Рэнди терпеливо относился к опозданиям и проволочкам, но на сей раз…

Он застонал, вспомнив, как вчера, узнав, что вылет откладывается больше чем на час, к нему подошел Марк Козловски, по-дружески хлопнул по плечу и пригласил выпить по чашечке кофе. Рэнди с удовольствием согласился.

Штурман всегда ему нравился, а уж после того, как свел его с полицейским художником, и вовсе стал предметом чуть ли не благоговейного почитания.

Летчики отправились в турецкую кофейню рядом с аэропортом. Но невинное на первый взгляд приятельское времяпрепровождение неожиданно обернулось для Рэнди в весьма неприятное.

— Давненько мы с тобой не разговаривали, парень, — начал Марк. — Все хотел спросить, как твои дела с той девушкой? Нашел ты ее?

Рэнди было засмущался, отвел глаза, потом собрался с духом и ответил:

— И да, и нет.

— Что-то я не понимаю. — Козловски удивленно приподнял левую бровь.

— Я узнал, где она работает, — вздохнув, пояснил Рэнди.

— А что дальше? Встретился с ней?

— Н-нет. Я купил цветов и ждал, когда она придет на занятия…

— И…

— И она появилась… под руку с каким-то парнем.

— Та-а-ак. — Марк помолчал, потом спросил: