Памела Робертс - Дороже всех сокровищ

Молли сокрушенно вздохнула.

— Я не могла заставить себя как-то объяснить свое отсутствие… ну, когда попала в больницу…

— Понимаю… — задумчиво протянул Барри. Ладно, ты не расстраивайся. А знаешь, малышка, есть у меня к тебе одно предложение. Давай-ка заедем куда-нибудь, перекусим и поговорим.

Молли печально усмехнулась и согласилась.

— Ну, вези. — И когда он снова завел мотор, уныло заметила:

— Не понимаю, почему на меня сплошь одни несчастья сыплются? Что уж я такого ужасного в жизни натворила?

— Ну-ну, не впадай в беспросветный пессимизм. Попытайся взглянуть на это по-другому.

— Это как же, интересно? Сказать себе, что потеря ребенка — это благо? Или…

— Ну, не так круто, конечно, — перебил ее Барри. — Но… считай, что этим черная полоса в твоей жизни закончилась. Ты молодая, красивая, умная, свободная. Перед тобой открыт весь мир. Что же в этом плохого?

— Во-первых, я не молодая. Мне уже двадцать седьмой год. Во-вторых, уж никоим образом не умная. Была бы умной, не связалась бы с Кларенсом и уж тем более не забеременела бы. А что касается свободной… — Она усмехнулась, покачала головой. — Я не свободная, Барри, я брошенная. А это большая разница. Что еще там остается из твоего списка?.. Красивая?

Да разве это так уж важно? Я бы с удовольствием отдала свою внешность в обмен на спокойное и тихое женское счастье.

— О!.. — Барри покачал головой. — Вижу, ты в куда худшем состоянии, чем я полагал. Значит, мое предложение как нельзя более своевременно… Ага, вот и ресторан. Вылезай. Тут отличные цыплята.

— Цыплята?! Барри, я и салатный лист сейчас не смогу проглотить, не то что…

— Не спорь, женщина. Тебе надо перекусить.

Хотя бы для того, чтобы лекарство принять. И нам надо спокойно поговорить, а это прекрасное место.

— Ох, Барри, ты за мной присматриваешь какие знаю даже… как брат, наверное. Старший.

— Естественно. Ведь я же старше тебя. На целых восемь лет.

— Правда? Никогда бы не подумала.

— Это потому, что я бороду сбрил. Ладно, садись. Вот тебе меню. Изволь что-нибудь выбрать.

— Н-ну… не знаю. Может, летний салат, но только без масла, с лимонным соком…

— Отлично, я тоже закажу такой. И предлагаю все же взять цыпленка. На двоих.

— Барри!..

— Не спорь со старшим братом, — притворно-сурово сдвинув брови, оборвал ее возражения Барри. — Официант, мы готовы сделать заказ! — Покончив с этим, он снова повернулся к своей спутнице и продолжил:

— Итак, вернемся к нашим баранам. Только прошу сначала выслушать меня, потом возражать. Идет? Молли кивнула. — Я предлагаю тебе уволиться.

Сегодня же. — Увидев, что она широко раскрыла глаза, поднял руку, пресекая возможные возражения. — И уехать отдыхать. Деньги у меня есть, так что мы вполне сможем продержаться, пока я не выйду на работу.;.

— Деньги у меня тоже есть. Это не проблема, — поспешно вставила Молли.

— Подожди, ты же обещала не прерывать.

Стало быть, о чем это я? Да, уволиться. Объяснюсь. Тебя пока слишком многое в жизни связывает с этим твоим Кларенсом. Ты приходишь в колледж и неизбежно вспоминаешь о нем. Мне кажется, этому необходимо положить конец. Так ты скорее сможешь забыть и о нем, и обо всем, что с ним связано. Кроме того, я глубоко убежден, что ты со своими знаниями с легкостью найдешь лучшую работу. Намного лучшую. А теперь можешь говорить. — И он посмотрел на нее, ожидая ответной реакции.

Но Молли молчала. Она совершенно растерялась, просто понятия не имела, что сказать…

Предложение Барри поразило ее и своей неожиданностью, и решительностью, и глубокой верой в ее способности. Немного пугающее, немного обидное, немного лестное…

Он что, считает ее неспособной справиться с последствиями несчастливого романа? Слабонервной истеричкой-неудачницей, падающей в обморок от любого напоминания о бросившем ее любовнике? И ради того, чтобы разуверить его, ей теперь надо кинуться в авантюрную затею по смене работы?.. Хотя он, безусловно, прав: она заслуживает лучшего места в жизни, чем занимает сейчас. И способна занять его. Так почему бы не попытаться?

Ей хотелось так и сказать Барри, но что-то в глубине души мешало. Что же именно? Молли пока сама не была уверена, но постепенно начинала понимать. Да это ведь Рэнди, наконец-то разыскавший ее в колледже! И если она уйдет оттуда, то сможет ли и захочет ли он продолжать розыски? Не подумает ли, что она скрывается от него?

С другой стороны, она-то знает и его имя, и его адрес… И имеет таким образом возможность встретиться с ним в любой момент, когда вздумается. После того как вернется из отпуска…

Так что же тогда сдерживает ее? Неужели смутное чувство благодарности к Кларенсу, преданность ему? Вопреки всему происшедшему с тех пор, как он перевез ее сюда… Или она втайне надеется, что он вернется или позовет ее, и хочет быть в полной готовности, когда это случится?

Эта мысль настолько глубоко возмутила Молли, что она обрела наконец дар речи.

— А что, мне, пожалуй, нравится твоя идея.

Что-то мне и правда все тут опротивело. Неплохо было бы сменить обстановку. Полностью.

Да, Барри, — задумчиво продолжила она, машинально беря вилку и принимаясь за поставленный перед нею салат, — ты прав. Мне надо вырваться из этого заколдованного круга. Точно! Я сейчас же вернусь к этому надутому индюку Фингеру и заявлю, что не желаю больше терять время на его захудалом факультете. Черт возьми! Как представлю себе его рожу, даже приятно делается.

Она хихикнула от удовольствия и едва не подавилась непрожеванным куском. Потом вспомнила о предстоящем отъезде и загрустила.

Ведь это означает, что в ближайшие две-три недели она уже не встретится с Рэнди…

Так, стало быть, ей все же небезразличен этот высокий красавец блондин в летной форме? Значит, ее волнует его настойчивый интерес? Может быть, она даже не возражает против того, чтобы снова оказаться в его объятиях? И не только в объятиях, но и в постели?..

Нет-нет, остановила она себя, ощутив пугающий симптом — разливающийся по всему телу жар. Это невозможно. Я не такая. Я не привыкла кидаться на шею первому встречному… Не говоря уже о большем…

«Старший брат» молча наблюдал за выражением прекрасного лица Молли. От его внимательного взгляда не укрылось, как радость от предвкушаемой предстоящей беседы с деканом внезапно сменилась сумрачностью. Что творилось в ее голове в эти мгновения? Вспоминала ли она о Рэнди, о том, что не сможет увидеться с ним, если уедет? Или, вопреки его расчетам и ожиданиям, затосковала вдруг о Кларенсе?

Кто поймет женское сердце? Уж явно не он, который не в состоянии понять свое собственное. Потому что, если быть до конца откровенным, ему внезапно захотелось пойти на попятный, забыть об отъезде и постараться встретиться с Джошем…