Елена Веснина - Преодоление преград

— Не сердись, Саныч. Но сам посуди: стоило Маше от них уйти, как все у нее стало налаживаться!

— Не думаю, что это прям уж так связано, — засомневался Сан Саныч.

— Конечно, связано! Из нее эта семейка соки пила, унижала, обижала. Да что там говорить, им было очень удобно, что есть такая девочка Маша, которая никогда не откажет, всегда поможет, а отдачи от них Маше — никакой! Разве это нормально? А посмотри, какая Машка стала! Такая симпатичная, деньги зарабатывает, машины за ней присылают — значит, уважают.

— Не знаю, не знаю, мне лично это все не нравится, — пробурчал Сан Саныч.

— Почему? — удивилась Зинаида.

— Потому что не к добру эти перемены, Зина. Печенкой чую.

Беседа была завершена, но каждый остался при своем мнении.

Ирина вызвала «скорую помощь», понимая всю бесполезность этого звонка, но зная, что надо все сделать по правилам. Она плакала навзрыд, бригада «скорой» отпаивала ее валерьянкой. Тело Якова накрыли покрывалом.

— Как это случилось? — спросил врач.

— У него, оказывается, закончилось лекарство. Боже… Такая нелепая смерть! Ему стало плохо, я бросилась искать его лекарство, насилу нашла — а пузырек пустой. Потом хотела побежать в аптеку — смотрю, а он уже затих. Проверила — пульса нет! Я сразу вас вызвала… Яшенька… Боже, какое горе, — Ирина снова заплакала, довольно искренне.

— Примите наши соболезнования. Нам очень жаль.

Тело Якова унесли из квартиры. Когда дверь закрылась, Ирина перестала плакать, умылась холодной водой и привела себя в порядок. Она подошла к зеркалу и посмотрела на себя, как на другого человека. Этот человек победил в неравной борьбе.

— Лед тронулся, господа присяжные заседатели! Лед тронулся… — сказала она своему отражению.

Полина сидела в неопределенном ожидании в коридоре больницы и крутила в руках шар, который ей вручила медсестра. Алешин, как ей сказали, шар. Она долго его вертела, и вдруг шар раскрылся, из него посыпались необычные украшения. Полина даже оторопела, она не сразу поняла, что произошло. Пожалуй, впервые эти украшения оказались в руках специалиста. Она стала рассматривать их с удивлением и восхищением. За этим занятием ее и застал врач, вышедший из палаты.

— Я могу вас обрадовать, — сказал он. — Состояние стабилизировалось. Неизвестно, правда, надолго ли…

— Можно к нему? Я вас очень прошу! — Полина поспешно спрятала украшения обратно в шар и встала.

— Хорошо, — согласился врач. — Только ненадолго. В палате было необычно тихо, Алеша лежал, не подавая признаков жизни.

— Леша… в коме? — спросила Полина.

— Нет. Он просто спит.

— Но… он приходил в сознание?

— Нет.

— Тогда как ему могло стать лучше?

— Ему не стало лучше.

— Но вы же сказали…

— Что его положение стабилизировалось. Это значит, что пока ему не будет хуже. И это тоже хорошо.

— Он… выживет? — спросила Полина.

— Будем надеяться. Но на один шаг от пропасти он уже отошел.

Полина вышла в коридор, снова села на стул и стала ждать, когда она снова сможет быть со своим сыном. Пришли Буравин с Катей.

— Ну что? Как Леша? — почему-то шепотом спросила Катя.

— Мне позволили его увидеть, но… быть с ним постоянно и дежурить в палате нельзя.

— Я останусь здесь, подежурю. Вот, выпейте, — Катя предложила Полине кофе.

— Спасибо. — Полина машинально выпила.

— Вы очень устали, Полина Константиновна. Вам надо отдохнуть.

— Нет, нет… Я отсюда никуда не уеду… — отказалась Полина.

— Полина, Катя права, — поддержал Буравин дочь. — Ты нужна Леше сильная, отдохнувшая. Когда он придет в себя, он должен увидеть тебя уверенную, спокойную.

— Конечно! Если будут какие-то новости, я вам тут же сообщу! — пообещала Катя.

Полина сдалась:

— Может, вы и правы…

— Я на машине. Куда тебя отвезти? — спросил Буравин.

— На работу, — попросила Полина.

Только когда они сели в машину, у них появилась возможность спокойно поговорить.

— Теперь ты веришь, что я ни при чем? Что я не замешан в похищении Леши? — спросил Буравин, потому что для него это было очень важно.

— Я всегда тебе верила, — просто ответила Полина.

— Однако у тебя были сомнения, когда ты пришла ко мне в тюрьму, — напомнил Буравин.

— У меня был такой сумбур в голове, я ничего не понимала… Мне было очень тяжело, Витя.

— Я знаю. Но хочу, чтобы знала и ты: я бы никогда не причинил тебе боль! Никогда! Или ты подумала, что из-за денег я могу сделать тебя несчастной? Да я готов отказаться от всех сокровищ на свете, лишь бы ты не страдала!

— Спасибо тебе… — выдохнула Полина.

Они добрались до Полининой работы и уже в ее маленькой комнатке продолжили разговор.

— Как все переплетено в нашей жизни: такая страшная трагедия с Лешей, и при этом, как ни странно, я на пороге крупного археологического открытия, — неожиданно для Буравина сообщила Полина.

— Правда? Расскажи.

— Тебе это интересно?

— Мне интересно все, что связано с тобой, а значит, и твоя работа тоже!

— Только дай слово, что ты меня не засмеешь, — попросила Полина.

— Ну что ты, конечно, нет!

— Мне и самой до сих пор не верится, что это может быть правдой.

— Хватит меня интриговать, рассказывай!

— Понимаешь, к Леше странным образом попали старинные украшения атлантов… — начала Полина.

— Кого? Атлантов? — недоверчиво переспросил Буравин.

— Я же просила, не удивляйся, дослушай. Именно атлантов. Это доказывает все мои предположения… Вот; смотри! — Полина показала шар, открыла его и вынула украшения. — Существует версия, что знак Нептуна был на гербе Атлантиды, поскольку она была под покровительством Нептуна. Вполне может быть, что часть спасшихся от катастрофы атлантов приплывала к нашим берегам, и эти украшения подтверждают эту версию. Так что эти украшения могли принадлежать атлантам! Как ты думаешь, я не ошиблась?

— Конечно нет! Ты права, и я тобой горжусь! Ты умница!

— Надо же, ты не стал надо мной смеяться… Многие не верят.

— Только не я!

— Спасибо. Как я рада, что ты рядом в такую минуту! Спасибо, что ты приехал в больницу! Ты мне был так нужен, мне было так одиноко и страшно!

— Что ты, милая, я буду всегда рядом с тобой, — сказал Буравин и обнял Полину. — Ты по-прежнему живешь здесь?

— Да, а ты? Где живешь ты? Буравин опустил глаза.

— Что такое? Почему ты замолчал? Ты забыл, где живешь? — улыбнулась Полина.

— Не забыл. Просто… Понимаешь, Полина… Дело в том, что я вернулся жить домой.

— Ты правильно поступил, Витя. Все-таки у тебя дочь. Хотя бы ради нее ты должен был вернуться к Таисин. — Полина, как могла, скрывала свое разочарование.