Елена Веснина - Преодоление преград

— Садись, Катюша, позавтракай с папой! — Таисия поставила на стол еще одну тарелку. — Ешь, Катюша. Это же ваш любимый омлет.

— Что-то аппетита нет, мамуля…

— А что говорят врачи? — спросил Буравин.

— Они не дают никаких гарантий. Но ты же помнишь, в прошлый раз они тоже ничего не обещали, а Лешка поправился. Хотя… Папа, это все равно очень страшно! Мы все сидим и ждем каких-то новостей и очень боимся, что однажды придем в больницу, а нам скажут, что Леша…

— Не надо думать о плохом, — остановил дочь Буравин.

— Я знаю, знаю. И постоянно гоню от себя эти мысли… Но все очень плохо…

— Надейся на лучшее, — сказала Таисия. — Я тебе уже говорила, что ты должна верить в лучшее! Откуда ты знаешь, может, именно твоя вера сыграет решающую роль. Так бывает. Леша может чувствовать твою любовь. И это придаст ему силы.

Катя удивленно посмотрела на мать, потому что она никогда такого не говорила.

— Да, конечно, — кивнула Катя маме.

— Будь сильной, дочка, — посоветовал Буравин. Катя встала из-за стола:

— Спасибо, было очень вкусно.

— Не за что, дорогая, — улыбнулась Таисия.

— Пойду переоденусь, соберу некоторые вещи…

— Ты в больницу?

— Да. Полина Константиновна там дежурит, и я тоже должна быть рядом. Мам, налей, пожалуйста, кофе в термос. Для Полины. Как я рада, что вы у меня снова вместе! Мы опять семья…

Когда Катя вышла, Таисия поблагодарила Буравина:

— Молодец, что не сказал Кате правду. Спасибо.

— Тася, объясни мне, зачем это вранье?!

— Кате сейчас и так тяжело, не нужно ее лишний раз травмировать! — объяснила Таисия.

— Не думаю, что известие о том, что мы разошлись, будет для нее неожиданностью.

— Да как ты не понимаешь! Пусть думает, что у нас все хорошо, в трудные минуты семья всегда должна быть поддержкой!

— Вот именно — семья, — уточнил Буравин. — А у нас ее нет.

Для тебя — нет, а для Кати — есть! — шепотом сказала Таисия. — Пусть она думает, что у нее есть тыл, ты же видел, как она обрадовалась, когда увидела, что мы вместе! Она так тебя ждала, так хотела, чтобы ты вернулся…

— Нельзя ее обманывать. Все равно долго этот обман не продержится.

— Все зависит от тебя.

— Вот именно! А я не смогу постоянно делать вид, что у нас с тобой все хорошо!

— Значит, ты хочешь сказать Кате правду? — заволновалась Таисия.

— Да, я все ей расскажу.

— Да кому сейчас нужна твоя правда? Кому она принесет пользу, счастье? Мало у твоей дочери сейчас проблем и страданий, ты хочешь ее еще и этим «добить»?

— Хорошо, — неохотно согласился Буравин. — Я не буду сейчас ничего говорить.

— И на том спасибо. Только не нужно сидеть с таким видом, будто делаешь мне одолжение! Это прежде всего ради Кати.

— Я готова, — вошла в кухню Катя. — Вроде все необходимое собрала. Халат, тапочки… Ты сделала кофе?

— Вот, держи. — Таисия протянула ей термос.

— Спасибо. Все, я пошла. Полина там одна, ей нужна поддержка.

— Подожди. Я пойду с тобой, — предложил Буравин.

— Конечно, идите, — через силу улыбнулась Таисия. Завтрак закончился. Нельзя сказать, что он задался.

Таисия ждала большего.

Маша никак не могла уснуть, несмотря на усталость. Она ворочалась, прислушиваясь к отдаленным голосам Зинаиды и Сан Саныча. Вдруг ей показалось, что она слышит далекий Алешин голос: «Марметиль…» Маша тут же откинула одеяло и села на кровати. Прислушалась. Но голос не повторился.

— Показалось… — прошептала Маша.

— Вот несчастье-то, какая-то черная полоса в жизни парня настала: в аварию попал, еле-еле от инвалидности ушел, а тут его похитили, да еще и со стены сбросили! — причитала Зинаида.

— Еще, говорят, неизвестно, останется он жив или нет, — сообщил Сан Саныч.

— А как Маша про это узнает, что с ней будет, представляешь?

— Да уж… А что поделать?

— Знаешь что, давай Маше об этом ничего не говорить! — решила Зинаида. — Ни к чему её лишний раз расстраивать.

— Да как же? Она же Лешке помогает всегда, вдруг и сейчас поможет?

— Может, и поможет, только ты ж ее сам сегодня видел — смотреть больно, истаяла вся от своей работы. А тут еще Леша этот. Нет, я против него ничего не имею, но Машеньку мне жалко.

— А мне не жалко? — вздохнул Сан Саныч. — Так она все равно узнает — шила в мешке не утаишь!

— Ну и узнает — хоть не сейчас. Пусть в себя немножко придет, отдохнет. Обещай, что ничего ей не скажешь! — попросила Зинаида Сан Саныча.

— Ну хорошо, не скажу…

Однако когда они говорили эти слова, Маша тихонько вошла в кухню.

— И что же именно вы не хотите мне говорить? — спросила она. — Что я не должна знать? О чем вы говорили? Что-то случилось?

— Нет, ничего, все нормально, — кашлянул смущенно Сан Саныч.

— Но вы что-то обсуждали? — настаивала Маша.

— Мы просто переживаем за тебя, — объяснила Зинаида.

— За меня? И что же вызвало ваше беспокойство?

Обсуждали, что ты стала зарабатывать много денег. Ты сильно устаешь. Но мы не хотели, чтобы ты это услышала. Все-таки тебе твоя работа нравится, ты деньги зарабатываешь, а наше мнение может показаться тебе обидным. Мы, конечно, за тебя рады, но ты слишком выкладываешься на работе, так нельзя, — Зинаида выворачивалась как могла.

— Я по-другому не умею. Ты же знаешь, бабуль. И потом, у нас первый раз в доме появились нормальные деньги! Я хочу, чтобы ты наконец-то пожила в нормальных условиях. Я это делаю для тебя, а не для себя. Так что совершенно зря вы волновались! Мне очень нравится, что я могу помогать людям, делать их хоть чуть-чуть счастливее, радостнее.

— Вообще-то я очень рада, что ты стала общаться с Риммой. Я считаю, это идет тебе на пользу! Ты стала так хорошо выглядеть, приоделась. Только силы свои береги, — попросила Зинаида.

— Это сложно. Я не умею работать вполсилы, — улыбнулась Маша. — Не волнуйся, бабуля. Со мной все в порядке!

За окном послышался настойчивый гудок машины.

— Ой, — сказала Маша, — это за мной.

— За тобой?

— Ну да! Личная машина с шофером. Кирилл Леонидович прислал. Это пациент, которого я лечу.

— Это что же… Тот самый Кирилл Леонидович? — ахнула Зинаида.

— Тот самый! Ладно, я побежала, мне пора. Пока.

Зинаида подошла к окну, посмотрела, как шофер галантно открыл перед Машей дверцу машины, и сказала:

— Кирилл Леонидович… Надо же! Хорошо, что Маша наконец ушла от этих Самойловых! Избавилась от этой семейки!.

— Зина, перестань уже наконец наговаривать на эту семью, семья нормальная, — стал заступаться за Самойловых Сан Саныч. — Что ты к ним прицепилась? Они приличные люди, я их давно и хорошо знаю.