Кэндис Адамс - Притяжение противоположностей

— Ты будешь занята в пятницу вечером? — спросил он.

— Ничего особенного, — она улыбнулась. — Еще одна школьная ярмарка?

— Нет, это вечер встречи людей, которые проводили самую первую ярмарку. Мейзи устраивает его. Это будет скромный ужин, а заодно и свидание, — он нахмурил брови, сделавшись похожим на какого-то политического деятеля. — Мейзи приглашает тебя не одну. Она имеет в виду некоего высокого мужчину, который управляет каменоломней и который останется неизвестным. Его инициалы «Э.Ф.», — внезапно сказал он.

— Я… — смутилась Джасинда.

Она запнулась и прикусила губу, вспомнив о своем намерении больше не встречаться с ним. «Едва ли еще одна встреча сможет причинить боль, — возразила она себе. — Нет, это уже может причинить боль». Ее тяга к нему была почти непреодолима. Лишь одним способом она еще могла с этим справиться, и этот способ заключался в том, чтобы не видеть Эрика вообще.

Лэнн смотрел на нее с любопытством.

— Конечно, ты можешь пригласить любого, кого ты захочешь, — он обезоруживающе улыбнулся. — Я знаю, что ты встречаешься с одним преподавателем университета. Пригласи его, а я скажу Мейзи, что Эрик внезапно сломал ногу.

— Я думаю, что приглашу Филипа, — протянула она, все еще борясь с желанием пригласить Эрика. Только один раз, подталкивал внутренний голос. Но она не могла ему уступить.

— Прекрасно, — согласился Лэнн.

Он неуверенной походкой вышел из комнаты.

Джасинде не приходило в голову, что Филип может не захотеть пойти на этот вечер. Вечером, когда она позвонила ему из своей квартиры, он действительно не выразил особого энтузиазма.

— Не могли бы мы просто побыть одни в этот вечер? — спросил он.

— Я уже приняла предложение, — объяснила Джасинда. — Почему ты не хочешь туда пойти?

— Джасинда, ты же знаешь, что там будет скучно. Я не хочу показаться снобом, но что общего может быть у каждого из нас с компанией местных жителей?

Потряхивая рукой с только что накрашенными ногтями, чтобы подсушить лак, она возразила:

— Они очень милые люди.

Он вздохнул.

— Я не говорю, что нет. Я просто думаю, что мы могли бы получить большее удовольствие, проведя вечер наедине, чем с ними. Но если ты действительно хочешь пойти туда, я непременно составлю тебе компанию.

— Лучше будет, если ты не пойдешь, раз это для тебя такая уж большая жертва, — грубо ответила она.

«А Эрик не возражал бы против того, чтобы пойти. Если только…» — подумала она.

— Давай не будем спорить об этом, — сказал он устало. — Когда я должен заехать за тобой? — пытался успокоить ее Филип.

— В шесть.

По крайней мере, они едины в одном — не стоило бы затевать спор из-за таких мелочей.

После того как он повесил трубку, Джасинда не спеша еще раз покрыла ногти лаком. Филип прожил в Арканзасе уже два года, размышляла она, а еще не установил контактов с местными жителями. Он с неослабевающим нетерпением ждал возвращения в Нью-Йорк. «Будет ли она похожа на него через два года? Или она привыкнет к жизни в Арканзасе?» — думала Джасинда.

Джасинда считала, что это маловероятно. По крайней мере, куда бы она ни уезжала, она нигде не задерживалась надолго. К тому же здесь не было метро, чтобы воспользоваться им в любом месте города и доехать куда угодно не более чем за пятнадцать минут. В прошлую пятницу в полдень она пешком прошла до центральной площади и погуляла по саду. Хотя ей и нравились спокойные пешие прогулки, возможно, что через два года она устанет от подобных развлечений.

Не устанет ли она также и от Эрика? — спрашивала она себя. Не потеряют ли для нее эти карие глаза и белокурые волосы всю их привлекательность? Ведь его особенный акцент уже сейчас стал для нее привычным. А будет ли он сам всегда казаться ей таким же очаровательным? Заглянуть в будущее невозможно, но в данный момент она не отрицала, что все эти прелести Эрика очень впечатляют ее. Единственный способ, воспользовавшись которым она могла бы избежать полной зависимости от Эрика и его очарования, — это держаться подальше от него.

Джасинда была вынуждена напомнить себе об этом, когда он позвонил и предложил отобедать вместе. Звучание его голоса заставило ее сильнее сжать телефонную трубку, и у нее перехватило дыхание, когда она отказала ему. В следующий раз, когда Джасинда откажет ему, он непременно спросит ее о причине, и она совсем не будет уверена в том, что сможет сказать ему правду. Она решительно старалась не думать об этом.

В пятницу вечером Филип приехал точно в шесть часов. На нем были брюки из плотной хлопковой ткани и рубашка в светлую тонкую полоску. Она надела голубую, украшенную цветочным узором блузку и хлопковую юбку, которую купила на прошлой неделе.

Джасинда и Филип оказались в числе первых из приехавших гостей. Мейзи приветствовала их у дверей своего двухэтажного дома.

— Входи, дорогая, — улыбаясь произнесла она.

Она улыбнулась Филипу, когда Джасинда представила его.

— Рада с вами познакомиться. Проходите в гостиную.

Принимая мексиканский салат, который принесла Джасинда, она добавила:

— Я отнесу его на кухню.

В гостиной Джасинда увидела нескольких знакомых и улыбнулась им. Филип неловко осматривался вокруг.

Худощавая женщина коснулась ее руки и довольно хихикнула.

— Ты та самая девушка, которая была в будке для поцелуев?

Филип быстро повернул голову и пристально посмотрел на нее.

— Будка для поцелуев? — прошептал он недоверчиво, в то время как они направлялись в сторону Лэнна.

Даже если бы было время, чтобы ему ответить, Джасинда сомневалась, что сказала бы ему правду. Потрясение, явно проступившее у него на лице, раздражало ее.

— Филип, я хотела бы познакомить тебя с моим шефом, Лэнном Уэстоном.

Лэнн схватил его руку и энергично потряс.

— Рад видеть тебя, Фил. Я полагаю, Джасинда рассказала тебе о том, как весело мы провели ярмарку? — он заговорщически подмигнул ей. — Я слышал, что ты преподаешь в колледже?

— Да, я профессор университета, — бостонский акцент Филипа прозвучал подобно колоколу в заполненной гостиной.

— Это великолепно! — искренне восхитился Лэнн. — Откуда ты, Фил?

— Из Бостона, — он с благоговением произнес название родного города.

— Неужели? — глаза Лэнна вспыхнули. — У меня там кузен, Джесс Хэндерсон. Он портовый грузчик. Не думаю, чтобы ты его знал.

— Боюсь, что нет, — Филип слабо улыбнулся.

Вечер прогрессивно ухудшался. В течение нескольких минут Филип был занят разговором с пожилой, немного глуховатой, женщиной, и Джасинда могла слышать их возгласы через весь зал. Затем кто-то пролил на него пунш, когда он, опершись на подлокотник кресла, поедал свой ужин. В оставшуюся часть вечера он почти не разговаривал и бросал многозначительные взгляды в сторону двери, особенно во время обсуждения цен на урожай. Джасинде стало жаль его, и она наклонилась к нему.