Сандра Мэй - С первого взгляда

— Дон, всю душу вымотал!

— Кровь человека, которого сегодня подстрелил в лесу Кларк, генетически идентична крови преступника Немо, застреленного тобой семь лет назад.

— Сын?..

— Идентична, олух. Будь он сыном, имелись бы отличия. Это его младший брат.

— Вот дьявол!

— Бедный мальчик…

— Не спешите жалеть его, мисс Чэдвик. За эти семь лет нам удалось кое-что раскопать о Немо. Его настоящее имя — Аксель Рикман. Родители в разное время были членами террористических группировок Ирландии, Колумбии и Испании. Они были застрелены во время одной из акций, после чего на попечении семнадцатилетнего тогда Акселя остался годовалый брат Тиль. Чтобы ребенка не забрали в приют, Аксель переезжал из города в город, нигде надолго не останавливаясь. Сам он мечтал отомстить за родителей, этому же учил и мальчика, когда тот немного подрос. Промышляли воровством, грабежами, позднее — заказными убийствами. По некоторым сведениям, Тиль убил свою первую жертву, когда ему было всего десять лет.

— Бедный ребенок…

— Вы так думаете, Лили? Что ж, можно только пожалеть, что ему в жизни так и не встретился такой человек, как вы. Я закругляюсь. В чикагском банке мальчик был вместе с братом, тот его и выпустил. Потом он стал свидетелем того, как ты, Дик, застрелил Немо — Акселя Рикмана. Вот, собственно, и все. Дальнейшая его жизнь — подготовка и осуществление мести за обожаемого брата. Теперь вы знаете все, что знаем мы. Ваше здоровье!

В кухне наступила тишина. Лили мрачно смотрела в стол, Дик курил в приоткрытое окно. Крейг Донован медленно цедил из бокала рубиновое вино, Кларк Гейбл смирно сидел на стуле возле двери.

Дик ловким щелчком отправил окурок в заросли роз и повернулся к Доновану. Лицо у него было мрачное.

— Пойду пройдусь. Лили, ты бы легла. Все-таки рана… Не дергайся, Кларки, никуда я не денусь. Просто все это надо обдумать и переварить. Дон, ты позволишь?

— Полагаю, ты знаешь, что делать. Не уходи далеко.

— Постараюсь.

С уходом Дика тишина стала и вовсе невыносимой. Лили вскинула осунувшееся лицо и посмотрела на Донована в упор.

— Вы теперь все знаете о преступнике. Зачем вам Дик?

Донован отвел взгляд. Губы Лили Роуз презрительно скривились.

— Вы натравливаете его на этого Тиля, потому что знаете — Дик считает, что зло должно быть уничтожено. Вы и ваши агенты не можете просто взять и пристрелить этого парня, ведь он слишком хорошо готовит свои преступления и не оставляет никаких улик. Вы не можете — а Дик может, и вы, его лучший друг, знаете об этом.

— Не совсем все так, Лили…

— Но не так уж и далеко от истины, верно? АНБ в последнее время здорово скомпрометировало себя, финансирование сократили, госдеп организовывает проверку за проверкой. Вам нужен волкодав, который возьмет Второго Немо наверняка — и даже если он немного переусердствует, с него взять нечего, ведь он — отставной полицейский с личной заинтересованностью, а не ваш сотрудник. Полагаю, вы как-нибудь отмажете его — организуете тихий судебный процесс, потом вывезете в глушь, денег дадите…

— Вы безжалостны, мисс Чэдвик.

— Нет. Просто я только сейчас поняла, почему на самом деле ушла из полиции. Мне надоела ложь.

— Лили, я Дику не враг.

— Тогда остановите его. Он ведь считает это дело своим.

— В каком-то смысле он прав, разве нет?

— Он — в отставке! Он больше не полицейский!

— Он защищает вас.

— В таком случае я прошу защиты у государства. Я не хочу, чтобы меня ценой собственной жизни защищало частное лицо.

Донован неожиданно быстро кивнул.

— Хорошо. Эту просьбу легко удовлетворить. Мне даны достаточные полномочия, так что… с этой минуты вы находитесь под официальной защитой агентства. Прошу неукоснительно выполнять распоряжения наших агентов и не устраивать… самодеятельности. Агент Гейбл! Прошу вас обеспечить безопасность мисс Чэдвик до прибытия специального транспорта. — Он встал и подошел к Лили Роуз, осторожно коснулся ее плеча. — Лили, поверьте, я вовсе не враг и не подлец. Просто… Дик Хантер — лучший из лучших.

Лили это знала и без Крейга Донована.

Дик шел по дорожке и остервенело пинал камушки, попадавшиеся под ноги. Он выяснил все, что хотел, но это не принесло успокоения, напротив, только внесло больше сумятицы в мысли и чувства.

Если бы преступник был обычным психом, если бы даже сам Немо восстал из мертвых — было бы не так погано. С таким противником все ясно, ты уж знаешь, чего от него ждать. Но когда против тебя совсем молоденький парнишка, гениальный компьютерщик, ухитрившийся в одиночку ухлопать четырнадцать из шестнадцати матерых сыскных волков…

Ладно. От судьбы не уйдешь. Дик всегда знал, что это — его дело. Дело надо закончить. И даже очень хорошо, что Кларки оказался гончей Донована — теперь можно с чистой совестью оставить на его попечении Лили Роуз, а самому отправиться…

— Даже и не думай, понял?!

Дик подскочил, схватился за сердце и начал медленно и красиво валиться прямо на Лили Роуз. Она взвизгнула — и была вынуждена подхватить его. Дик Хантер немедленно обнял ее и прижал к себе.

— Стыдись! Ты чуть не довела меня до сердечного приступа. Нельзя же выскакивать из-за кустов, когда по лесу так и рыщут матерые дети-уголовники! О чем это ты верещала?

— Не придуривайся. Ты прекрасно понимаешь о чем. Я же тебя знаю, Хантер. Ты вознамерился отправиться на поимку Тиля Рикмана в гордом одиночестве.

— Что ты! Я боюсь…

— Дик… перестань.

— Ну и ты глупости не говори.

— Я не говорю глупости. Я не хочу, чтобы тебя использовали.

— Ты о Доне? Брось, он вовсе не подлюка.

— Он тебя использует! Именно поэтому все тебе и рассказал. Если они так много выяснили про Немо — что мешало им найти мальчика раньше? Проверить, установить наблюдение?

— Единственное, о чем я жалею, так это о том, что приехал к тебе в Литл-Санрайз. Надо было не вестись на рассказы Дона и предоставить им обеспечить твою защиту. Никуда бы они не делись… а этот ублюдок попался бы быстрее.

— Ты сам не веришь в то, что говоришь. Тиль Рикман действовал наверняка. Он знал, что ты не усидишь, если мне будет угрожать опасность. С тобой или без тебя в городе — мой магазин все равно бы взорвали, а в окно стреляли.

— Не знаю. Не уверен. Я не умею думать, как псих.

— Он не псих. Он его брат.

— В любом случае, хорошо, что тебя теперь будут охранять люди Дона.

— Это потому, что ты за меня переживаешь… или просто не хочешь, чтобы я путалась под ногами?

— Лил, ты не умеешь путаться под ногами. Ты профессионалка.