Джоанна Троллоп - Разум и чувства

— Не говорите ни слова. Слышите? Никто, ни слова.

— О да, он очень симпатичный, — без особенного воодушевления кивнула Мэри Мидлтон.

Она стояла посреди своей модерновой кухни и кормила из ложечки фруктовым пюре младшего ребенка, мальчика, с физиономией такой же круглой и румяной, как у его отца. Малыш сидел в большом и явно дорогом детском стуле.

— Потрясающий, — сказала Белл. Она пила кофе из ультрасовременной кофемашины. — В жизни не видела мужчины красивей.

Мэри наклонилась к сыну и промурлыкала тоненьким голоском:

— Если не считать моего очаровашку!

Белл вздохнула. Ей никогда особо не нравились младенцы, хотя собственных она просто обожала — особенно после того, как они, подрастая, начинали говорить.

— Он часто бывает у вас?

Мэри выпрямилась и зачерпнула следующую ложку пюре, изображая ею самолетик, подлетающий к открытому рту.

— Достаточно, чтобы его место не успело остыть — ну, вы меня понимаете. Посмотрите только на это личико! Открой-ка ротик пошире, котеночек мой, широко-широко для своей мамочки! Джейн Смит прелесть и она обожает этого мальчишку. Но, по-моему, он страшно избалованный.

Белл посмотрела на кофе у себя в чашке. Он был покрыт плотной молочной пенкой и выглядел, надо признать, идеально.

— Нам он показался очень обаятельным.

— О да, этого у него не отнимешь.

— А что о нем думает Джон?

— Джонно? — переспросила Мэри, ложкой соскребая пюре с подбородка малыша. — Ну, для него Уиллз хорошая компания. Сами понимаете. Отличный стрелок, лучший кавалер на вечеринках и все такое. Умеет правильно себя вести в любых ситуациях, это надо признать. Ну и к тому же, хорош собой. Хотя, конечно, — засюсюкала она, снова обращаясь к младенцу, — и вполовину не так хорош, как мой красавчик.

Малыш одобрительно надул щеки и стал пускать пузыри.

— И что, — продолжила Белл, по-прежнему глядя в чашку, — он и правда наследник Алленема?

Мэри поцеловала сына в макушку и начала развязывать слюнявчик у него на шее. Белл не могла не отметить, что для женщины, которая родила четырех детей подряд, та находится в исключительно хорошей форме, не говоря уже о ее нарядах и прическах, больше подходивших для Бонд-стрит, нежели для Бартона.

— Да, насколько нам известно, — ответила Мэри. — Собственных детей у Джейн нет, а он — единственный сын ее сестры, младшей. Она — я имею в виду мать Уиллза — умерла давным-давно, кажется, от опухоли мозга, бедняжка, а отец не принимал никакого участия в его воспитании. Он живет за границей. Знаете, этакий престарелый плейбой. Иди-ка ко мне на ручки, котенок! До чего ты у меня тяжеленький! Так что, похоже, все достанется нашему счастливчику Уиллзу. Тетка его просто обожает. Но не думайте, что ему все сходит с рук. В некоторых вещах она очень строга. — Она поцеловала младенца в шейку. — Точно как твоя мамочка.

Белл медленно произнесла:

— Он заезжал к нам сегодня утром…

— О! — воскликнула Мэри, присаживаясь на барный стул рядом с Белл и устраивая малыша у себя на коленях. — Нельзя трогать чашку! Горячо, горячо! Мы уже все знаем про утро. Бедный старина Билл. Несколько часов бродил по розарию, отбирая лучшие цветы для Марианны, но тут появился Уиллз с охапкой каких-то сорняков из ближайшей канавы, и она даже не поглядела на розы! — Она перевела взгляд на сына и улыбнулась. — Вот злючка, да, дорогой? Злая, сердитая девчонка. Билл вернулся совсем поникший, сказал, ему надо скорей в Делафорд, и сорвался с места чуть ли не со скоростью света. Все бордюры нам гравием засыпал. А на них только что подстригли траву!

— Вы же понимаете, — вставила Белл, — они с Марианной ближе по возрасту.

— Это вы про Уиллза? О да, я понимаю. Но Билл такой славный. И так замечательно обращается с моими крошками. Как жаль, что у него до сих пор нет своих. Я имею в виду, законнорожденных.

Малыш тем временем схватил чайную ложку с блюдечка Белл и с веселыми криками стал стучать ею по столу. Мэри не делала никаких попыток его утихомирить.

Невольно вздрагивая, Белл произнесла:

— Конечно, он очень симпатичный. Билл Брэндон, я имею в виду.

— О, какой шум! Столько шума от одного маленького, совсем маленького малыша! Какой же ты у меня пупсик! Только представьте — его никто ни разу даже не шлепнул! Никогда! Насколько я знаю, у него был один серьезный роман, но девушка то ли его бросила, то ли с кем-то сбежала… Видите ли, он ужасно сдержанный, и почти ничего не рассказывает о себе. Нет, только не маме по руке. Бедная мамина ручка! А еще у него где-то есть дочь…

— Дочь?!

Мэри забрала у сына ложку и отложила в сторону. Он тут же схватил ее снова и продолжил колотить по столу.

— Доподлинно нам неизвестно. Он никогда о ней не рассказывал, так что это просто слухи. Хотя, если они достоверны, очень жаль, что он не участвовал в ее воспитании: Билл так здорово умеет ладить с детьми! Не так сильно, птенчик мой, хорошо? Он был бы потрясающим мужем. И очень верным. Лично мне кажется, что он и сам не против снова влюбиться.

Белл допила свой кофе.

— Тогда у него совсем другое отношение к любви, чем у моей Марианны. И у меня, кстати, тоже. Мы верим в одну любовь, на всю жизнь.

Мэри поцеловала сына.

— О, у меня такая есть, даже целых четыре!

Мгновение Белл ждала. Потом сказала:

— Я, вообще-то, имела в виду мужчину.

В ответ Мэри лишь улыбнулась.

— Билл сказал, что Марианна очень молода. Ему нравится общаться с молодыми. Вот почему он так обожает наших детей.

Белл поставила чашку на стол.

— Ну, — заметила она, натянуто улыбнувшись, — у каждого свои представления о молодости. По-моему, молодой человек, который привез Марианну домой, и которому мы все от души благодарны, опасно близок к совершенству.

— А что думает она?

— О ком?

— О Джоне Уиллоби. Марианна тоже считает его близким к совершенству?

Белл соскочила с барного табурета — чуть менее ловко, чем хотела, — потом протянула младенцу палец, но он, только взглянув на него, сразу отвернулся.

— Я уверена, — отчеканила Белл тоном, не допускающим возражений, — что чувства между Марианной и Джоном Уиллоби взаимны.

— Спустя всего два дня! — вскричала Мэри.

Белл отступила от барной стойки.

— Иногда, — веско сказала она, — людям достаточно просто посмотреть друг на друга. Время ничего не решает. Абсолютно ничего.

6

Питер Остин сказал:

— Мы знакомы с Биллом Брэндоном уже лет сто.

У него была аккуратная седая бородка; одет он был в такую же аккуратную джинсовую рубашку с расстегнутым воротничком.