Во всем виновата текила (ЛП) - Коул Фиона

Четыре. Три.

К черту. Я рванулась вперед, сокращая расстояние между нами.

Два.

С другой стороны сцены появляется рыжеволосая девушка и бросается в его объятия.

Один.

Он крепко обнимает её, когда она прижимается своими губами к его.

― С Новым годом.

Толпа заликовала, через динамики зазвучала новогодняя песня, но все были сосредоточены на поцелуе Сони и Паркера, и первые мгновения нового года, начала которого я с нетерпением ждала, потрясли до глубины души.

Я ошибалась. Думала, что хорошо знаю Паркера ― даже спустя столько лет, не могла представить, что он откровенный лжец. Но, наблюдая за тем, как он поймал Соню, «ни с кем не встречаюсь» ― последнее, чем можно было описать происходящее.

Я стояла под яркими огнями, тысячи людей праздновали вокруг меня, не обращая внимания на совершенную мною ошибку.

Все кроме одного человека.

― Сверхнова! ― позвал Орен.

Повернув голову, я увидела его, выходящего из-за барабанной установки, затем снова посмотрела на Паркера.

Он резко повернул голову, глаза расширились, рот был измазан красной помадой.

Я начала отступать, когда он вырвался из объятий Сони.

― Нова.

Я видела, как его губы произносят мое имя, но ничего не слышала из-за звона в ушах. Не теряя ни секунды, я развернулась и побежала.

ДЕВЯТЬ

ПАРКЕР

Она стояла там, словно видение... и была всем, о чем я мог только мечтать.

В абсолютно неподходящее время.

На мгновение я замер, не зная, была ли она настоящей, или я так сильно хотел ее присутствия, что она стала плодом моего воображения.

― Нова, ― прошептал я.

Я много раз видел ее в Facetime, но экран не отражал истинного облика женщины, стоявшей передо мной. Экран не передавал заостренных линий ее полных губ и ямочку в центре под нижней губой. Не передавал насыщенности ее зеленых глаз и идеального рыжего оттенка ее волос. Мне так и не удалось оценить во всей красе ее длинные, стройные конечности.

У меня перехватило дыхание, когда я увидел ее в живую... потрясающую женщину, в которую она превратилась.

Но так же быстро, как появилась, она повернулась и растворилась в толпе. Как только она исчезла из поля зрения, на меня обрушился окружающим мир.

Ослепительное количество конфетти, шумная толпа, ликующая и танцующая под «Нью-Йорк» Фрэнка Синатры. Руки Сони обвились вокруг меня, словно паукообразная обезьяна.

― Бл*дь.

Не заботясь об окружающих, схватил Соню за руки, отрывая их и отталкивая ее от себя, отправился вслед за Новой. Мне нужно было добраться до нее и все объяснить. Черт, я даже не был уверен, что произошло, потому что Соня появилась так же быстро, как и Нова. Я пошатнулся и был вынужден сосредоточиться на том, чтобы не упасть от столкновения, и с трудом осознал, что, черт возьми, происходит.

Хотя мне следовало подготовиться к чему-то подобному, когда она появилась перед нашим выходом на сцену и пожелала удачи.

Когда я пробирался сквозь толпу, все хлопали меня по плечу, желая счастливого Нового года. Я кивал в ответ и в то же время отпихивал людей со своего пути, понимая, что впустую трачу драгоценное время, но слишком отчаялся, чтобы беспокоиться. Преодоление баррикады заняло у меня около пяти минут. Я почувствовал, как меня обхватывают руки, и крик заставил обратить внимание на окружение. Я моргнул, глядя на толпу женщин, хватающих меня за руки и пытающихся дотронуться до любого сантиметра моего тела. Некоторые держали в руках телефоны, и вспышки мерцали у моего лица, затрудняя мышление. А мне было просто необходимо подумать.

Все кончено. Ты все испортил.

Она ушла навсегда.

Она не ответит. Она не выслушает.

Я никогда больше не увижу Нову.

Один взгляд ― и все.

Осознание этого словно удар причиняло боль и вернуло с небес на землю. Мне нужно убираться отсюда, пока они не сорвали с меня одежду. Я все равно не мог ничего решить посреди Таймс-сквер.

Осторожно отцепляя от себя множество рук, и благодарный за то, что охрана наконец-то заметила мой безумный импульс, я улыбнулся и слепо поблагодарив всех, повернулся обратно к сцене. Забавно, насколько легче было вернуться на сцену, чем сойти с нее. Судя по всему, у Новы не было подобных проблем.

― Куда, черт возьми, ты ломанулся? ― первой обратилась ко мне Аспен, при этом звучала раздраженно. ― Мы должны сделать фотографии.

Аспен.

Ее появление расставило все на свои места.

― Ты, ― ухмыльнулся я. ― Ты все это подстроила.

Она скрестила руки на груди и подняла подбородок.

― Что ж, да, Паркер. Все это организовала я. Мне пришлось надрывать задницу, чтобы вы выступили на этой площадке, потому что в этом заключается моя работа, и мы не пренебрегаем своей работой, когда возникают трудности или нужно делать то, что мы не хотим.

― Не надо. Не начинай нести это дерьмо. Я надрываю задницу ради этой работы... ради этого лейбла. Я сказал нет насчет Сони.

― А я сказала, что это полная хрень.

― Ты не имела права.

― У меня было полное право. Ты подписал контракт, заключив с ней сделку, и это ― ее часть. Я не собираюсь с тобой спорить. Я сказала, что это произойдет, нравится тебе это или нет, потому что это твоя работа.

Зная, что с ней бесполезно спорить, я прошел мимо и, обогнув заднюю часть сцены, спустился по другим ступенькам, ведущим к нашему оборудованию и ребятам.

― Чувак, это была гребаная Нова, ― воскликнул Орен, подпрыгивая, словно ребенок, переевший сладкого. ― Я понятия не имел, что она придет.

― Как и я, ― пробормотал я.

― Нова была здесь? ― спросил Броган. ― Где?

― Она рванула со всех ног, ― ответил Орен. ― Пьюф, ― сказал он, изображая рукой, как она испарилась.

― Почему? ― спросил Эш, вклиниваясь.

Я расстроено провел рукой по волосам, вспоминая наш последний разговор и то, как она игриво спросила, не начал ли я с кем-нибудь встречаться.

― Почему ты не сказал нам? ― спросил Эш.

― Он лобызался с Соней.

Я стиснул челюсть при этом напоминании.

― Я, бл*дь, не знал, что она придет, ― пробормотал я, словно это имело значение. ― И я, бл*дь, точно был не в курсе насчет Сони.

Вспышка рыжих волос сбоку заставила мое сердце учащенно забиться, но затем я рассмотрел слишком блестящие локоны и неестественно рыжий цвет. Не Нова. Я сдулся, словно шарик, и возненавидел все вокруг.

После наступления Нового года прошло всего пять минут, а я был в полном беспорядке, в котором мог винить только себя.

Это произошло не по моей вине.

Я не планировал этого.

Сжав кулаки и расправив плечи, я, миновав парней, бросился ко второй виновнице сложившейся ситуации. Мы с Соней были достаточно знакомы, чтобы она понимала, насколько мне претило быть цирковым пони. Ей было известно, что я больше не хочу фальшивых отношений. Я просил ее подумать о других способах выполнения нашего контракта, по-прежнему приносящих пользу. Она, бл*дь, знала, что с меня достаточно этого дерьма, и должна была отказать Аспен.

― Что ты, черт возьми, вытворила там? ― зарычал я.

Соня повернулась в мою сторону с широко раскрытыми глазами, но мгновение спустя, будучи превосходной актрисой, расплылась в игривой улыбке.

― Поцеловала тебя в полночь. Как очевидно.

― Я не соглашался на это.

― Ой, да ладно тебе, Паркер. Ты же знаешь, я никогда не упускаю шанса попиариться. Мы одиноки. И я предположила, что ты прикидывался недотрогой, когда сказал, что больше не хочешь в этом участвовать.

― Мне плевать на твои предположения, Соня.

― Паркер. ― С ее лица не сходила улыбка, но глаза метались из стороны в сторону, пытаясь определить, заметил ли кто-нибудь наши разногласия. ― Ты устраиваешь сцену.

― Нет, это ты устроила сцену с чертовым поцелуем. И ты испортила мои гребные планы. Ты не пуп земли, Соня. Заканчивай с этим дерьмом.