Пустышка (СИ) - Павлова Дина

— Что вам в этом непонятного?

Он надо мной точно издевается. Встретив мой злой взгляд, Арсен уточняет:

— Я хотел сказать что не понимаю вашего вопроса. Мне нужно подробно объяснить задание.

Киваю.

— Я не верю что Аня рискнула бы сама провернуть такое. — останавливаюсь посреди аллеи, уставившись на тонкую березку, — Где-то она должна была сблизиться с братом, договориться… Да и забеременеть. Это не так просто как кажется. Не в смысле… Ты понял, — откашливаюсь, — он как минимум не использовал презервативы.

Арсен тоже смотрит на эту березку, потом на меня.

— Вы правы, при всей однозначности ситуация однозначной быть перестает. Если в нее вглядеться…

Слова Арсена у меня вызывают раздражение, даже бешенство. Хотя что я хочу от него услышать? Утешение? Невозможно меня утешить. И чем дальше тем будет хуже.

— Я хочу их всех убить, — вдруг выпаливаю.

— Всех — кого? — аккуратно уточняет Арсен. По его лицу я понимаю — он ждет от меня все что угодно.

— Всех кто причастен ко всему что произошло за последние годы. Я знаю что Анджела погибла не случайно. И выкидыши Лили были не просто так! И я внезапно стал бесплодным потому что меня чем-то травили!

Ну надо же, я сказал об этом вслух. Черт. Хотя, чего уже переживать?

— Почему я как начальник вашей охраны только сейчас узнаю что вас кто-то травил? — Арсен поворачивается ко мне и, скрестив руки на груди, не моргая на меня смотрит.

— Потому что я до последнего был уверен, что, во-первых, проблема в Лиле, а, во-вторых… Я не хотел верить что у меня проблемы.

— Но вы же ходили к врачу. Точнее, — откашливается, — Вы хоть раз сдавали какие-либо анализы за это время?!

— Сдавал. Мне говорили что у меня снизилось качество семени…

И я решил что это оскорбляет меня как мужчину и просто выкинул из головы. Потому что. Только сейчас до меня доходит какая это была глупость.

— Мне нужны результаты ваших анализов. Я позже скажу каких. Если вас травили, это не могло пройти бесследно.

Киваю.

— Хорошо. А еще я хочу знать кто из моих братьев осеменил Аню, и как она вообще додумалась до такого. И когда я все выясню, кто мне вредил и как, я буду беспощаден.

Глава 32. Лиля. Обещание

Вот уже третий месяц беременности, однако малыш по-прежнему у меня в животе, и более того, врачи говорят что беспокоиться не стоит. А я не верю своему счастью. Неужели я доношу его до срока? Это слишком хорошо чтобы быть правдой.

Целыми днями я сижу дома, готовлю, убираю, лишь иногда, в обед, выхожу на улицу прогуляться по заснеженной аллее. Морозный воздух приятно щекочет ноздри, и, глядя на блестящие снежинки, я чувствую огромное счастье.

Постепенно мой токсикоз сходит на нет, однако Андрей требует не менять распорядок дня. Чтобы я не нервничала, не уставала, не рисковала. Он боится что стоит меня расстроить или толкнуть, как произойдет непоправимое. Поэтому он с меня сдувает каждую пылинку. И мне это очень нравится. Я уже и забыла о том, что в моей жизни когда-то был Тигран, завистливая подруга и несколько лет, прожитых в золотой клетке. Я мечтаю пойти учиться, но, похоже, если беременность завершится хорошо, на год планы придется отложить. Но это не страшно! Главное Андрей меня во всем поддерживает.

Вечерами мы смотрим смешные и добрые фильмы, едим сладкий пирог и орешки. А с утра он уходит тихо-тихо, чтобы ни в коем случае меня не потревожить.

Скоро Новый Год, и улицы украшают гирляндами и игрушками. Еще немного, и в дом ворвется волшебство. Это будет не тот праздник что с Тиграном. Это будет настоящий Новый год с добрым Дедом Морозом.

А потом наступит весна, и волшебство оживит квартиру светом, смехом ребенка, качающемся в колыбели и моей усталой улыбкой. Я знаю что младенец — это непросто. Но я все равно жду его каждую минуту. Я только и думаю об этом, хотя чем дальше, тем страшнее от мысли, что мне придется рожать.

— Привет, дорогая, — Андрей возвращается с работы, держа в обеих руках сумки с продуктами. Я подхожу к нему и целую в губы, чувствуя свежий морозный запах, — сегодня ходила на УЗИ?

— Ходила, — киваю.

— Что сказали?

— Мальчик. — улыбаюсь. Андрей кладет сумки прямо на пол и обнимает меня. Счастлив. Да и я счастлива, хотя мне без разницы какой пол у ребенка. Важно что я доносила его до того момента, когда стало понятно. А это огромный успех в моем случае.

— Надо имя будет придумать. — Андрей заглядывает мне в лицо, — Или ты придумала?

— Еще нет. — пожимаю плечами, — Мы вместе будем думать.

— Как скажешь. И еще, — он разувается и, подхватив сумки, несет их на кухню, — ты так и не надумала выходить за меня замуж?

— Я и так замужем, — я отчаянно делаю вид что ничего не понимаю. Но на самом деле одна мысль о том что нам придется идти в ЗАГС, подписывать документ, при этом мне еще и надевать белое платье, вызывает у меня ужас. Как будто эти действия спровоцируют маховик, который вернет меня к временам, когда я жила с Тиграном. И все будет также как и раньше.

— Это не замужество, а сожительство.

— Правда? Я не знала, — иду следом за ним на кухню и начинаю разбирать сумки с продуктами.

— Лиля… — запихнув в холодильник пару бутылок молока, он поворачивается ко мне, — Что мне нужно сделать чтобы ты согласилась за меня замуж выйти? Ребенок родится — на кого он записан будет? Или ты не хочешь видеть меня отцом?

— Ты и есть отец, но давай подождем когда беременности будет месяцев шесть-семь… — мне совсем не хочется это обсуждать.

— Какая разница? Почему не сейчас? Вон, мы уже знаем что это мальчик! — Андрей не унимается, ему действительно неприятно что я как будто его отталкиваю, не верю. Но мой страх не победить. Я сажусь за стол и опускаю голову на руки. Я не знаю что ответить. Видя мою реакцию, Андрей садится рядом, — Просто я боюсь что ты меня воспринимаешь как запасной аэродром. Я же не богатый как Тигран… Я обычный парень.

— Ты что? — подобная логика меня выбивает из колеи. Уж чего-чего, а такое мне и в голову не приходило, — Ты шутишь?

— Почему шучу? У Тиграна миллионы на счетах, он богатейший человек России. Ты привыкла черной икрой завтракать. А я что? Купил сосиски и окорочка на зарплату фитнес-тренера…

— Пожалуйста перестань! — от такого несправедливого обвинения хочется заплакать. Я понимаю что очень обижаю Андрея. И я готова уже согласиться и пойти на уступки, но он сам видит как я расстроена и тут же делает шаг назад:

— Прости, я просто ревную тебя к твоему прошлому. Я уже готов к отцу идти чтобы он меня пристроил на хорошую зарплату. Лишь бы ты обратно к Тиграну не вернулась.

— Андрей, я не вернусь к нему даже если останусь одна. Я больше не люблю его, понимаешь?

— Понимаю. А раньше любила?

— Ты думаешь я вышла за него замуж ради денег? — повисает пауза. И Андрей тут же начинает мотать головой:

— Нет, просто подумал… — и, махнув рукой, снова отворачивается к холодильнику. Только сейчас я понимаю, как он издергался и как ревнует. — Прости. Просто скажи когда ты согласишься выйти за меня замуж.

— Весной. Обещаю, весной мы распишемся.

— Тогда нам через месяц надо подавать уже заявление в ЗАГС, — заметно веселеет.

— Ты неисправим, но пускай так будет. Только пожалуйста, пусть все будет без платья и свадьбы, только скромная роспись.

— Хорошо. Мы будем вдвоем. Ты и я. И все. Идет? — его глаза загораются. Кажется успокоился. Да и мне проще.

— Идет, — киваю.

Главное что пока что к этой теме мы больше возвращаться не будем.

Глава 33. Тигран. Отец ребенка

Следующие сутки я провожу в тяжелых размышлениях. Мне всегда казалось что братья — это нерушимая стена, близкие мне люди, которые никогда в жизни меня не предадут. А выясняется — предадут еще как. Точнее — один из них. И мне от боли хочется орать. Ну ладно Арминэ — эта сука всегда меня ненавидела, ладно мать… Но братья? Как так-то?