Уильям Блум - Кентерберийская сказочка

– Что это было? – прошептала Дженни.

– Не знаю. На человека не похоже. Мы бы еще что-нибудь услышали. Но вообще уже поздно. Нас вот-вот хватятся.

– А сколько времени?

– Половина одиннадцатого.

– Ничего себе!

Они уже поднялись, уже натягивали на себя одежду. И тут только я заметил. Вот дурные! Они оба были в носках! Видно, не хотели, чтобы ноги мерзли. Разделись догола, а носки не сняли. Две нимфы. Оделись они быстро – минуты за две. Сложили ложе и затолкали в угол. Тристрам достал из коробки печенье, и малые дети немного пожевали, поулыбались, загасили масляную лампу – и исчезли.

Я задышал глубоко, шумно – все равно никто не услышит. Мне бы сейчас вытянуться в кресле, расслабиться, зажечь сигару. Я встал, размял ноги. Слизистое пятно подсыхало, брюки липли к коже. Я встряхнул ногами, чтобы их освободить. Сарай был пуст… интересно, чем там сейчас пахнет? Я пролез через дыру в заборе. Не я – Эпплби прокрался на территорию Траншанов, застыл в стойке карате, вслушиваясь в тишину, потом шагнул к двери сарая. Взялся за ручку двери. Один поворот – и можно входить. Вдруг раздались шаги, хрустнул прутик – кто-то шел к сараю. Не я, кто-то еще. Только этого не хватало. Спасите! Сердце заколотилось – так мы не договаривались. Я ретировался в кусты – и из темноты появился Тристрам. Вошел в сарай и через несколько секунд вышел, держа в руке свой галстук.

Выждав немного, проник в сарай и я. Ах, этот запах, эти ощущения! Какая-то пряность, еще что-то необъяснимое. Кажется, так бы и утонул в нем. Это их запах. Ее. Такой странный и совершенно для меня новый… и все же чем-то знакомый, мои ноздри улавливают его уже много лет. Если на свете есть жизнь, то вот она – здесь. И она принадлежит – хоть чуточку – мне.

ГЛАВА 16

– Сынок, давай подброшу тебя до школы. Отцовские усы приветливо махнули мне поверх залитых молоком кукурузных хлопьев.

– Не надо, папа, спасибо. Пройдусь пешком. Погода отличная. Спасибо.

– Келвин. Ну что ты! Если отец предлагает… Что с тобой творится! Каждый вечер куда-то исчезаешь. А теперь новость – ты предпочитаешь идти в школу, а не ехать. Это совсем на тебя не похоже, правда, Джордж?

– Оставь парня в покое. Не хочет побыть с отцом – его дело.

– Папа, да неправда это. Просто я не хочу, чтобы ты из-за меня крюк делал.

– Это пустяки, сынок.

Что оставалось делать? А ведь я хотел пойти в школу вместе с Тристрамом. Хотел услышать, что он скажет. Посмотреть, изменилось ли в нем хоть что-нибудь. Но… увы.

– Спасибо, папа. С большим удовольствием поеду.

– Только не пережимай.

– Джордж! Теперь ты.

– Приготовь еще кофе, Элис. И он мне подмигнул. Господи.

Он задом выгонял свой «ягуар» из гаража, я стоял на дороге и якобы руководил его действиями, а сам поглядывал – не появится ли маленький Тристрам? Про отца и машину я вспомнил лишь когда мне в лодыжки уткнулся задний бампер.

– Ты что, лунатик? Тебя зачем сюда поставили?

– Извини, папа. Замечтался.

Садясь в машину, я все-таки увидел Тристрама.

– Погоди секунду. Может, Тристрама подбросим?

– Кого?

– Парня Холландов.

– А-а, да. Парень Холландов.

И он сдал машину назад, резко нажал на тормоз прямо возле Тристрама.

– Залезай, парень. Подбросим.

Отказаться было неудобно. Боже, какой у него усталый вид! Нужно быть смельчаком, чтобы в таком состоянии даже подумать о том, чтобы в таком состоянии идти в школу, – нужно быть смельчаком. А что Дженни?

– Как отец? Матушка? – спросил отец. Тристраму было не до светской беседы. Ему бы сейчас побыть одному, уйти в себя, предаться всяким лирическим мыслям.

– В добром здравии, – немногословно ответил он. Отец засмеялся.

– В добром здравии? Один-ноль в твою пользу. А что в школе? Как школа? Тоже в добром здравии, надо думать?

Отец. Ну как он может? У человека первое утро после той самой ночи, а он с чем пристает?

– Нормально.

Я повернулся и посмотрел на него. Спокойный, притихший, аккуратненький в своей школьной форме под темно-синим плащиком. Но я вижу тебя насквозь. От меня – никаких секретов. Все как на ладони. Можешь закрываться в душевой, сколько угодно. Я уже все видел. Ну, сладенький, красивенький Тристрамчик, что скажешь? Под моим взглядом он заерзал. Да не хочу я тебя смутить. Знаю, тебе требуется защита.

– Ну, как тебе в соборной школе? Не так уж плохо, верно? – спрашивал отец. – Да и город ничего. Согласен?

Тристрам кивнул, думая совершенно о другом.

– Сегодня мы с Келвином совершим рекордный трюк – двухчасовое родео по городу. Он учится водить, – объяснил отец Тристраму. – Выучится – сам тебя сможет в школу подвозить. Верно, Келвин?

– Точно. Обязательно.

– Вот и молодец.

Почему-то мне показалось, что Тристрам ухмыляется за моей спиной. Я пожал плечами – так, без всякой причины.

– Парнишка-то тихоня, да? Ногу со сцепления убирай плавно.

– Кто? Тристрам?

– Да. Я же говорю тебе – плавно.

– Понял, папа. Не то, что тихоня. Просто ему всего четырнадцать лет.

– Все равно, сказать-то ему особенно нечего. Вообще он не дурак?

– Не знаю. С виду парень толковый.

– Интересно, с Траншанами они подружились? Плохо себе это представляю. По-моему, они друг другу нужны, как корове седло. А миссис Траншан…

– Мне она нравится. Симпатичная тетка. Слегка шумноватая, а так – ничего.

– Слегка? Да стоит ей что-то произнести шепотом, об этом знает весь Кентербери. Когда у нас взорвался котел, я даже не успел сантехнику позвонить, а об этом уже знал весь город. Я приехал в тот день на работу, так на меня все накинулись с расспросами: что да как? Ничего себе, слегка шумноватая.

– Это ты зря, она ничего. Куда дальше – налево или направо?

Я был собой доволен – веду машину и при этом худо-бедно могу поддерживать разговор. Приятно, когда уверен в своих силах. Вж-жж! Вж-жж! Хочешь, крошка моя, я поглажу твои шелковистые бедра?

– Налево. Отлично. Привыкаешь потихоньку. Да, может, она не такая и плохая. Весь город такой, если разобраться. Что ни сделай, тут же всему городу известно – и перемывают друг другу косточки с истинным удовольствием. Поклясться могу, про твои отметки в школе все узнают раньше нас. Маленький городок – ничего не поделаешь. Нет, я был бы только рад, чтобы Траншаны и Холланды подружились. Соберутся вместе две кумушки и будут лясы точить, а? И твоя матушка вместе с ними.

Я не видел его лица, но знал – он мне подмигнул. Подмигнул-долбанул, сколько мне надо чего сделать, сколько мне чего хочется! Надо пронюхать, будут ли они вечером снова встречаться. Надо грызть науку и спихнуть эти чертовы экзамены. Надо выбраться из этого Кентербери. Надо сдать экзамен на вождение, тогда смогу ехать, когда хочу и как хочу. А хочу я посадить к себе в машину этих детишек, чем скорее тем лучше, отвезу их в лес и буду смотреть, как они будут пастись на травке, а сквозь деревья будет сочиться солнечный свет. Надо завести фотоаппарат. Надо быть дома и ждать их условного сигнала.