Рина Поллади - Праздник любви

– Не надо. Оно будет продолжать снижаться. Я знаю.

– А насчет детей моих, так от кого же они будут, если никто не хочет на мне не только жениться, но даже просто заняться со мной сексом?

– Захочет. Не надо вам размениваться на такие дешевые отношения, как просто заняться сексом. У вас еще будет человек, с кем вы сможете создать семью, кто полюбит вас и кого полюбите вы. Все равно вы материально не сможете обеспечить своих детей одна. Не надо рожать без мужа, без прочной защиты и опоры. Одна вы даже единственного ребенка не потянете. А муж у вас будет. Вы знаете, сколько у моей бабушки было ухажеров в молодости? Да и в зрелые годы поклонники были. А вы на нее так похожи! А раз такой типаж нравится мужчинам, то и вы понравитесь, – уверенно заключила Маргарет.

Стефани подошла к зеркалу и попыталась изобразить подобие прически леди с портретика.

– Ну неужели я на нее похожа? Нет, ничего такого. Вот разве что разрез глаз… Но такой разрез глаз может быть у многих людей. И к тому же я толще ее. Впрочем, это несущественно.

– Конечно, несущественно. Кстати, вы не правы, что никто вами не интересуется. Стоило вам только выйти из дома, как вы сразу привлекли внимание молодого человека, преподобного Стоука. Так там просто больше мужчин не было, а представьте, что вы появились бы в обществе, где полно мужчин. Какой был бы успех! Главное, будьте уверены в себе. Вам очень идет новый имидж. Вы чрезвычайно эффектно выглядите, я вам говорила… – Маргарет перебирала содержимое шкатулки. – Вот, можете посмотреть. Это – письмо к моей бабушке ее брата. Какой красивый почерк! Сейчас так уже не пишут.

– Да, все буквы с завитушками. Сейчас на это ни у кого нет времени. Пишут практически печатными буквами. Но чаще вообще используют компьютер. – Стефани пробежала глазами текст. – А я хотела бы, чтобы мне писали таким почерком. Когда человек так пишет, он вкладывает душу. А отпечатанные на компьютере электронные письма далеко не так сердечны. Они как отписки какие-то, просто передают самую необходимую информацию. Например, встретимся там-то и тогда-то. А по почерку ведь можно судить и о характере, и о настроении человека. Стоп, почерк… Маргарет, сегодня, наверное, какой-то странный день… Мне вот опять кажется, что такое письмо, ну в смысле написанное таким почерком, я уже видела. И опять же у нас дома! Мама мне часто показывала старые фотографии, и среди них было письмо. Вроде бы таким же почерком написанное. Мама сказала, что оно сохранилось еще от ее прабабушки. Якобы какой-то поклонник ей написал. И вот совпадение! Подписано было, как и это письмо: твой Джей. Я запомнила, потому что Джей – это ведь уменьшительное имя. Может быть, автора звали Джейсон, или Джексон, или Джером… А раз он подписывался Джей, то, значит, у него с маминой прабабушкой были близкие отношения. Я тогда так подумала и запомнила этого Джея.

– Какое любопытное совпадение. Дело в том, что Джей – это было домашнее имя лорда Стайвери, брата моей бабушки. А так он был, конечно, Джейсон. Джей – это действительно для близких. Так вы говорите, тот же почерк?

– Во всяком случае, очень похожий.

– Конечно, в те времена все образованные люди могли писать схожим почерком с завитушками. Но все-таки любопытно было бы взглянуть на то письмо. Тем более что та же подпись… Не исключено ведь, что у лорда Стайвери мог быть роман с вашей прапрабабушкой. А какие у меня еще могут быть приключения на старости лет в этих четырех стенах? Вот только и остается, что исследовать старые письма.

– Мне самой было бы любопытно сравнить.

– А можете вы попросить вашу маму прислать вам это письмо?

– Попробую.

10

– Почему ты такой мрачный, папа? – поинтересовалась Нора, развалившись на диване в родительской гостиной и грызя шоколадное печенье.

– Да ничего особенного. Просто я старый дурак, которому уже пора уходить из бизнеса. Вот был бы у меня сын – передал бы все ему. А ты, Нора, не управишься с банком. Хотя… вот ведь какое совпадение, ты как раз на днях проявляла интерес к акциям различных предприятий. И я же тебя еще предостерег, чтобы ты не вздумала рисковать и играть на бирже. А если уж и покупать акции, то надежные – пшеницу лучше всего. А ты еще спрашивала, какие фирмы на грани разорения. И я тебе назвал несколько, в том числе «Хронос». Я точно помню. И что же?

– Что?

– Представь себе, я сам купил эти акции! Звонит мне недавно Тилди, ну ты его знаешь, они с Хентли недавно занялись компьютерным бизнесом. Так вот он и говорит, что хочет со мной как со своим банкиром проконсультироваться относительно покупки акций «Хроноса». Якобы из супердостоверного источника ему стало известно, что эти акции пойдут вверх, якобы планируется какой-то госзаказ. И вот их с Хентли фирма хочет расшириться за счет «Хроноса». Ну я на всякий случай сказал, что ничего ни о каком повышении не слышал. А после разговора подумал, что, может быть, до меня просто не дошла эта информация. А вот Хентли, он гораздо больше меня общается с премьер-министром, они чуть ли не дружат, и Хентли мог что-то узнать и поручить Тилди как младшему партнеру курировать покупку акций. Ну я и решил, что это может быть выгодное дело: никто ничего не знает, Тилди с моей подачи сомневается, а я быстренько эти акции и куплю. Так ведь обычно и делаются состояния на бирже. Но увы! Не в этот раз! Я потерял кучу денег, Нора! Запомни, я еще раз тебе говорю: никогда не играй на бирже! Если уж я так попался, то что уж говорить о тебе, неопытной девушке.

Не знал мистер Кликхауз, что эта «неопытная девушка» совсем недавно специально завела роман с мистером Тилди, чтобы дезинформировать его по поводу курса каких-нибудь убыточных акций. В надежде на то, что Тилди, близкий друг и партнер Хентли, склонит того к запланированной Норой неудачной сделке. Норе действительно достаточно было завести разговор на деловую тему и удачно ввернуть, что папа, мол, недавно говорил, что «Хронос» получит госзаказ и его акции пойдут вверх, чтобы Тилди заинтересовался. Однако он решил подстраховаться и уточнить информацию у Кликхауза: все-таки Нора, далекая от бизнеса и не обремененная интеллектом, могла что-нибудь и перепутать. Чтобы не афишировать своей связи с Норой и ее, может быть, излишней с точки зрения отца болтливости, Тилди не назвал источник информации. Получив отрицательный ответ от банкира, он решил, что Нора как человек, в делах некомпетентный, все перепутала, и выбросил мысли об акциях «Хроноса» из головы, даже не рассказав о них Хентли.

– Мама, ну пожалуйста, вышли мне это письмо.

– Больше мне делать нечего!

– Но если это письмо принадлежало предку леди Нортриджгемптон, она заплатит тебе за него существенную сумму.