Людмила Леонидова - Встретимся на Багамах!

Снова показалось чистое небо, и мы воспрянули духом. Вдруг в брюхе самолета что-то неприятно чихнуло, потом мотор начал тарахтеть. Летчик больше не смотрел на нас, а, вцепившись в руль, резко пошел на снижение. Мы увидели, что прицепленный к самолету разноцветный хвост с рекламами фирм оторвался и медленно спланировал вниз.

— Держитесь, — прокричал летчик, и мы с треском, подпрыгивая на каких-то колдобинах, покатились по земле.

Небольшая пустынная площадка не напоминала экзотическую вершину, куда водили туристов и где нас должны были торжественно встречать.

При посадке у меня сломался каблук, на лбу у третьей пассажирки, Олеси, красовался синяк, Вика была бледная от испуга, а летчик не шевелился вовсе.

Поползав по самолету, мы поняли, что не сможем без американца выпустить трап, а открыть люк тем более. Ясно было: нужно что-то делать с мужчиной, иначе мы пропадем. В своих сумках мы обнаружили духи, туалетную воду и пластырь от мозолей (губная помада и тушь для ресниц в расчет не шли). У меня еще оказались запасные колготки, потому что чулки всегда спускались в самый неподходящий момент. К удивлению, сейчас они оказались целы.

Мы стали тормошить летчика. Он слабо пошевелился. Я потерла ему виски туалетной водой, а одна из девушек сунула в ноздрю горлышко узкой бутылочки с духами. Летчик открыл глаза.

Видимо, сильный удар о землю оказался для него особенно неудачным. Женщины более живучи, принято говорить: как кошки. Наверное, так оно и есть. Что у него болит, мы не смогли добиться, но, очухавшись, мужчина открыл люк самолета и спустил трап.

Мы вылезли. Вокруг было пусто и голо, ни растительности, ни обещанных встречающих, а уж тем более шампанского.

Летчик озирался, словно потерянный.

— Где это мы? — попробовала я задать ему вопрос.

Но он и сам не знал ответа.

— Сейчас свяжусь с базой и попрошу помощь, — не очень внятно проговорил он.

— Гениальное решение, — похвалила я, — но сюда только на парашюте можно будет приземлиться!

— На парашюте так на парашюте, — бросилась защищать американца Вика.

Мы с Олесей, придя в себя после шока, начали злиться.

Побродив на одном каблуке по небольшой площадке, куда удалось посадить самолет, я дошла до обрыва и поняла, что мы находимся на довольно высокой горе. Смотреть вниз совсем не хотелось, кружилась голова.

Обескураженная, я вернулась назад к самолету и подумала о маме, о везении, которое сопутствовало мне до сих пор и, вероятно, не должно покинуть и сейчас. Чтобы не показать свою растерянность, ведь я же для девчонок «Мисс Европа», нарочито весело взглянула на своих подруг по несчастью. Олеся, в легком обтягивающем платье, с нежной розочкой на плече и синяком на лбу, выглядела впечатляюще. Вика держалась молодцом. Она помогала летчику, которого звали Джек, связаться по радио с базой.

Начал накрапывать дождь. После лос-анджелесской жары нас трясло от холода.

— Джек говорит: хорошо, что мы сели не в океан, — решила подбодрить нас Вика. — На борту не оказалось спасательных жилетов. Он только сейчас обнаружил. Кто-то их «тю-тю». — Девушка показала жестом, что жилеты украли.

— Хорошо, — безучастно согласилась Олеся, — потому что я боюсь воды и не умею плавать.

Я же подумала, что ненавижу горы.

Подошедший Джек сделал неожиданное для всех заявление.

— Я не хочу вас пугать, но мы попали в неприятную историю. Мой очень надежный мотор подозрительно забарахлил и сломался. Перед полетом у меня выкрали все медикаменты из аптечки, спасательные жилеты и запас еды.

Мы тупо уставились на него, а Вика, ткнув в меня указательным пальцем, медленно произнесла:

— Этот «кто-то» хотел тебя отправить на тот свет.

— Похоже, что да, — подтвердил летчик.

— А я могла составить тебе компанию, — продолжила Вика.

— И я, как особо везучая, тоже, — бесцветным голосом поддержала Олеся.

— Конкуренция, — размышляя вслух, произнес летчик. — Кому-то перебежали дорогу?

— Сейчас не до этого, — отмахнулась я, — надо думать, как выбираться.

В это время буквально над нашими головами закружил самолет.

Мы подскочили, стали кричать и махать руками.

Но, кроме того, что у меня сломался второй каблук, ничего не произошло. Самолет улетел куда-то вдаль.

— Возможно, не дождавшись сообщений о нашем прибытии, они начали поиски, — предположил Джек.

— Разве вы не связались с ними и не сообщили, где мы? — удивилась я.

Джек промолчал. Наша подруга, помогавшая ему с рацией, тоже потупила глаза.

Мы залезли в кабину, потому что дождь пошел со страшной силой. Хотелось есть. Олеся молча дрожала в тоненьком платьице. Сгустились сумерки.

— Теперь до завтра нас не найдут, — твердо заявил Джек.

Мы это поняли и сами.

— Нужно организовать ночлег. Светает здесь рано.

— Может быть, зажжем костры, так нас быстрее увидят, — не желая мириться с судьбой, предложила я.

Летчик категорически покачал головой и посмотрел в сторону самолета. «Видимо, опасается близости горючего», — предположила я и покорилась судьбе.

Наутро есть уже не хотелось, только пить.

— Голодание — это для меня, — хмуро пошутила Олеся, показывая на бедра. Нам ничего не оставалось, как ее поддержать.

Вика, после того как мы уснули, долго разговаривала с летчиком, узнав многое о его жизни.

— Джек из богатой американской семьи, — рассказывала она. — Очень спортивный. Обожает самолеты. Этот — его собственный. Он никогда его не подводил. Недавно к Джеку в техники напросился какой-то итальянский парень. Он готовил самолет к вылету. Джек припомнил, что девушка этого итальянца тоже была участницей конкурса. Он не знает ее имени.

— Ну и что? — в два голоса спросили мы.

— Ничего, — пожала плечами Вика, — я просто подумала…

— А она тоже вышла в финал? — догадалась я о том, чего не захотела досказать Вика.

— Джек не знает, — покачала она головой. — Он вообще не интересовался этим. Просто анализировал, куда подевался комплект жилетов и прочие необходимые принадлежности, почему сломался самолет.

Мы посмотрели на летчика. Он с утра копался в моторе.

— Радио не работает тоже? — осторожно спросила я, опасаясь ответа.

— Только на прием.

— Нас ищут? — с надеждой в голосе вмешалась Олеся.

— Еще как! — с жаром подтвердила Вика, а я подумала: хорошо, что моя мама далеко и ничего не знает.

После нескольких часов бесполезного копания в моторе Джек позвал приглянувшуюся ему помощницу и они долго разговаривали.

Потом Вика пришла к нам и сообщила, что они проложили маршрут, и Джек отправится искать помощь. Иначе мы умрем с голоду.