Елена Веснина - Превратности судьбы

— Может, она хотела, чтобы Алеша немного прогулялся. Это ему полезно.

— Полезно. А ты не думаешь, что Леша мог прыгнуть в воду специально? — предположил Самойлов.

— Специально? Зачем?

— За тем же, зачем он пытался выпрыгнуть из окна в больнице. Чтобы свести счеты с жизнью.

— Я об этом не подумала! Поехали быстрее! — взмолилась Полина.

— Всех уволю, к чертовой матери! — неистовствовал Самойлов.

Костя все еще обдумывал свой разговор с Буравиным, когда к нему подсел Лева.

— Что это, Буравин тебе мораль читал? — спросил он. — Из-за Катьки своей, что ли?

— Угу. Я думал, он мне прямо здесь шею свернет. Но вроде обошлось.

— Слушай, Костик. Я о твоем деле поговорить хочу, раз уж ты молчишь. Ты мне долю думаешь отдавать?

— Какую долю?! За что?!

— А кто тебя со смотрителем маяка свел? Ты что думаешь, я дурачок? Не вижу ничего?

— А смотритель-то здесь причем? — удивился Костя.

— Конечно, не при чем! То-то ты к нему на маяк зачастил!

— Ты что, следил за мной?! — возмутился Костя.

— Дружище, я в твои дела лезть не хочу, — примирительно сказал Лева. — Что, как, почем — меня это не интересует. Но я хочу получить свою долю, раз помог тебе.

— Хороша помощь! Они меня сначала на счетчик поставили, потом вообще утопить хотели…

— Но не за красивые же глаза? Сам виноват был. Короче: или долю гони, или я всерьез твоими делами начну интересоваться. Выбирай!

Как по-разному, оказывается, можно делать деньги. Но Костя даже не успел об этом подумать, потому что к нему подошел взбудораженный Яков.

— Костя, ты уже знаешь, что случилось в порту?! — тревожно спросил он.

—Что?

— Наш корабль! Человек упал за борт и, говорят, утонул. Я только что слышал на улице. Скажи, могут из-за этого задержать выход в море?

— Я ничего не слышал. Но, наверное, могут, — безразлично заметил Костя.

Яков, напротив, был очень активен.

— Очень плохо, Костя, — покачал головой он. — Очень плохо. На твоем месте я бы глаз с корабля не спускал, пока он в море не вышел.

Видя, что Костя не отвечает, Яков поинтересовался: — Ты что, болен?

— Дядя Яша, простите, у меня сейчас есть одно важное дело… — поделился Костя.

— Ты с ума сошел! Какое еще дело! — Яков считал, что сейчас можно думать об одном — о грузе!

— Меня хотят разлучить с любимой девушкой, — грустно сообщил Костя.

— Костя, проснись! Ты же за наше дело столько денег получишь, что перед тобой женщины стелиться будут. Все! Понимаешь?! — негодовал Яков.

— Мне не нужны все. Мне нужна одна-единственная.

Яков готов был разорвать Костю на части, но тут он заметил, что за ними наблюдает Лева, и сменил тон:

— Костя, но если ты провалишь операцию, то твоей единственной просто некого будет ждать.

Костя начал выходить из своего меланхолического состояния.

— Ты выяснишь, что с кораблем? — спросил Яков.

— Как скажете…

Яков махнул на него рукой и ушел.

— Костик, так что с моей долей? — не унимался Лева.

— Пока ничего.

— Ну тогда пойду у Жорки с Толиком поинтересуюсь, — пригрозил Лева.

— Я отдам тебе твою долю, — пообещал Костя. — Только подожди еще немного.

— Костя, я жду постоянно. И, честно говоря, уже устал.

— Но сейчас у меня нет денег. Заказчик расплатится только после отправки груза, — стал оправдываться Костя.

— А! Значит, все-таки контрабанда! — почему-то обрадовался Лева. — Чуяло мое сердце! Ну, Костик, растешь! Слушай, а заказчик, случаем, не дядюшка твой?

— Да нет, что ты. Он — художник.

— Ну да, он мне сам говорил… — с сомнением протянул Лева. — Ладно, ты долю давай, и я в твои дела не лезу. Я же не следователь! И, кстати, пока я с тобой рядом, следователя ты можешь не бояться!

Да, друзья иногда представляют собой страшную силу.

Маша лежала на койке в каюте Сан Саныча без сознания. Ксюха пыталась привести ее в чувство. Помог нашатырь — Маша вздрогнула и открыла глаза.

— Маш, как ты? — взволнованно спросила Ксюха.

— Я?.. Я что, потеряла сознание?

— Да, — подтвердила Ксюха.

— А Алеша? Скажи, он выплыл?

— Не знаю. Когда ты упала в обморок, я тебя подхватила и оттащила сюда. А что там дальше было, я не видела.

— Ксюша, пожалуйста, посмотри! Очень тебя прошу! Беги же! Может, там нужна твоя помощь!

Ксюша вышла, а Маша села на кровати, сжав перед собой руки в кулаки.

— Только бы он выплыл! Только бы! Алеша, ты ведь можешь, ты должен! Ты выберешься! Плыви! Плыви же!!!

— Маша, он не утонул! — вернувшись, сообщила Ксюха.

— А что с ним?! Его подняли на борт? Ему нужна помощь?

— Помогать Алеше не надо. С ним все хорошо, — успокоила подругу Ксюха.

— Но он ведь по-прежнему в воде!

— Да! Маша, он плывет! Сам, без всякой помощи! И очень уверенно.

Самойлов и Полина подбежали к Ирине, стоящей на берегу.

— Ира, он жив? Где он? — спросила Полина. Ирина молча протянула руку в направлении моря.

Обернувшись, родители увидели, что их сын плывет к берегу рядом с Женей.

На следующий день после всех треволнений Самойлов признался сыну:

— Алешка, как же ты нас вчера напугал! Мы очень волновались, мама всю ночь не спала. Ну как Маша могла потащить тебя на корабль-?

— Папа! Маша замечательно все придумала, — сказал Алеша счастливым голосом. — Ты должен сказать ей спасибо от меня!

Самойлов недоверчиво посмотрел на Лешу.

— Честно, — признался сын, — у меня впервые за последнее время появилось чувство, что я живу. Не существую, а живу! Понимаешь?

— Еще бы не чувствовать! Ты ведь едва не утонул!

— Папа! Если бы я не упал в воду, я не узнал бы, что могу плавать. Ты представляешь, что это для меня значит?! — горячился Алеша. — Ты ведь сам моряк!

— Да, Алешка, я понимаю! — поддержал сына Самойлов.

Буравин решил разобраться, что же на самом деле произошло на судне. Он вызвал Женю и устроил настоящий «разбор полетов», вернее, Алешиного плавания.

— Рассказывай, что за купание ты вчера Леше устроил? — голосом, не обещающим ничего хорошего, спросил он Женю.

— Это произошло случайно. Леша перегнулся через борт и упал… Но представляете, падение не навредило, а помогло! Лешка поплыл самостоятельно! Видели бы вы его, — Женя, казалось, не видел ничего плохого в произошедшем.

— А если бы не поплыл? Если бы он утонул? — строго спросил Буравин.

— Лешка — никогда! — запальчиво воскликнул Женя. — Он — моряк. Он потом сказал, что, когда плыл, впервые после аварии не чувствовал себя калекой.

— Считай, что вам сказочно повезло. Потому что могла произойти трагедия. А если бы от удара о воду он потерял сознание?