Дженни Фелл - Дьявол в раю

— Вот это будет в самый раз.

Белое платье сверкало сдержанным, со вкусом выполненным на корсаже шитьем, напомнившим Лори изящных птиц, которыми туземки украшали свои шали, но оно было не местного производства: ярлык извещал, что платье сшито в Париже и стоит очень дорого.

— Примерьте, — настаивала продавщица, мягко направляя ее к кабинке.

Еще не застегивая платье, Лори видела, что оно сшито словно на нее.

Отделанный шитьем корсаж мягко облегал ее фигуру, а к ногам ниспадал водопад белых складок, подчеркивая ее легкий свежий загар.

— Я возьму его.

Бог с ними, с деньгами. Она всегда ценила красивую одежду и сейчас могла себе это позволить.

— И туфли, мисс?

Через мгновение продавщица нашла замечательную пару серебряных сандалий на шнуровке в тон платью, и Лори едва не рассмеялась, вспомнив, как она мерзла в очередях на зимних распродажах из-за модных туфелек от Гуччи, чтобы произвести впечатление на Джеймса. Здесь продавались и всевозможные украшения, и после долгих раздумий Лори выбрала серебряную вечернюю сумочку на тонкой золотой цепочке и золотую заколку для волос. Она предъявила кредитку и расписалась, стараясь не глядеть на сумму счета.

Легкий стук в дверь раздался как раз вовремя. После долгих мучений Лори наконец удалось соорудить, как ей казалось, подобающую случаю прическу. Собранные на макушке в пучок и перехваченные золотой заколкой волосы придали ее облику требуемые солидность и утонченность. Непокорные локоны, вившиеся по бокам, подчеркивали овал ее лица, и она сотворила чудеса с помощью ограниченного набора косметики, который остался у нее в сумке и не успел расплавиться от жары.

— Входите. Декстер, — крикнула она через плечо и выпрямилась перед зеркалом, расправив на стройной фигуре белый материал. Она не слышала, как дверь открылась. Она полюбовалась на свое отражение, одобрительно улыбнулась себе в зеркало и только тогда взглянула на отражение, возникшее рядом. Улыбка замерла у нее на устах — это был Джил Мастерсон. В вечернем костюме, состоявшем из темно-коричневого бархатного пиджака, кремовой рубашки и темных брюк, он выглядел выше и еще более зловеще, чем обычно, и под его стальным взглядом Лори охватила легкая дрожь.

— Значит, ты готова, — угрожающе тихо сказал он, приближаясь.

Она вызывающе вздернула подбородок.

— Да, я готова.

— Просто красавица, — прошептал он. — Молодец, тебе к лицу белый цвет. — Развернув ее к себе, он мягко поцеловал ее в губы, затем взял за руку и вывел из комнаты.

В противоположность щегольски элегантному Джилу Декстер явно чувствовал себя не в своей тарелке, когда они быстро ехали в такси вдоль пляжа по направлению к Дому Правительства. Он то и дело одергивал рукава и оттягивал пальцем слишком тесный воротничок.

— Вот не думал, что я так раздобрел, — уныло заметил он. — По-моему, я толще, чем Бебе, когда она беременна. Она же меня загоняет в спортзале до смерти, пока я вес не сброшу.

Лори, сидя между Джилом и Декстером, не могла отделаться от мысли, какие же они разные. Рубаха-парень Декстер, такой простой и незамысловатый, и Джил…

Лори не успела додумать, потому что машина въехала в резные ворота и подкатила к парадному входу Дома Правительства.

Глава девятая

Дом Правительства был залит светом, деревья в необъятных садах были украшены разноцветными огнями гирлянд, которые отражались на белом фасаде особняка.

Лори с Декстером по одну руку и Джилом, ведущим ее за локоть, по другую, вошла в здание, где в свете ламп и зеркал кружился калейдоскоп гостей.

Люди были везде. Темнокожие официанты сновали туда-сюда, разнося подносы с закусками и вином, а изысканно и дорого одетые гости не спеша расхаживали по залу и разговаривали друг с другом. Вокруг волнами поднимался и вновь ослабевал, не смолкая ни на минуту, многоголосый гул.

Вдруг раздался голос, который заглушил даже местный оркестр, игравший в углу: их приветствовал сам губернатор.

— Рад, что вам удалось зайти, Мастерсон. Фрис.

Он сердечно пожал им руки и повернулся к Лори. Взяв ее теплую ладонь в свою, он деликатно поднес ее к губам.

— Добро пожаловать в Дом Правительства, дорогая, и да будет мне позволено сказать вам, что сегодня вы просто обворожительны.

Лори почувствовала на себе взгляд Джила, исполненный неодобрения, и улыбнулась в ответ губернатору Баллантайру; тут его внимание привлек следующий гость, и, выпустив ее руку, губернатор отошел.

— Джил, Джил! — Комнату пронизал высокий женский голос, и Лори впервые увидела Луизу Баллантайр. Ей было около тридцати, не больше, и она была роскошно одета: простое, но превосходно сшитое платье с глубоким декольте оттеняло ее безупречный загар, пепельного оттенка волосы были искусно уложены, а двигалась она с такой грацией и изяществом, что, казалось, не шла, а скользила по направлению к Джилу. Ей словно не было дела ни до кого из присутствующих: обняв Джила руками за шею, она приветствовала его долгим поцелуем в губы.

— Джил, милый, я так по тебе скучала!

Джил вежливо отстранился.

— Луиза, по-моему, вы не знакомы, это Лори Хартнелл.

Губернатор уже разговаривал с другим гостем; Луиза Баллантайр одарила Лори мимолетной вежливо-безличной улыбкой и снова обратила все свое внимание на Джила. Она ловко взяла его под руку и увела на танцплощадку, оставив Лори и Декстера вдвоем.

— Вот это да! — Декстер одобрительно присвистнул. — Вот это женщина! Я не хотел вас обидеть, — поспешно добавил он, вспомнив, что рядом стоит Лори. — Потанцуем?

Танцуя с Декстером в своем прекрасном новом платье, Лори чувствовала себя совершенно несчастной. Она неотступно следила за Джилом и Луизой, грациозно кружившимися в танце. Луиза обвила руками Джила за шею, он крепко ее обнял и улыбался, глядя на нее сверху вниз. Они так явно наслаждались обществом друг друга, что Лори совсем упала духом и прильнула к Декстеру в поисках утешения. Он тут же покрепче сжал ее талию, поглаживая пальцами по спине в такт музыке. Вдруг она осознала, что повергло ее в такое уныние, и даже остановилась от неожиданности. То, что Джил и Луиза настолько очевидно принадлежат друг другу!

Оркестр заиграл быструю мелодию, и Лори бросилась в танец с таким упоением, что, когда музыка кончилась, ей было жарко, а Декстер покраснел и запыхался. Судя по всему, тренироваться ему нужно было больше, чем он думал, и когда она предложила сделать передышку, он с готовностью согласился и, утирая лоб, начал прокладывать дорогу среди танцующих. Они вышли навстречу вечерней прохладе, на огромную каменную террасу, где в вырезанных из камня урнах росли гигантские яркие растения, источавшие нежный аромат.