Зора Слоун - Сети для леди

— Они обзывают меня подлизой, зубрилой и умником, я не обращаю внимания, как ты и советовала, но это злит их еще больше.

— Они тебя били?

— Иногда. Скорее, шпыняли. И кнопки подкладывали. На обеде, когда миссис Клинч отвернулась.

— Ронни, мы должны об этом рассказать!

— Я и сам пытался, мам, но они тут же принялись орать, что это я их бью, и влетело мне.

Господи, что же делать? Шерил была в растерянности. Излишняя поспешность могла лишь ухудшить ситуацию, но и бросать все на произвол судьбы не годилось.

— Я должна поговорить с учительницей, дорогой. Я знаю, тебе эта идея не по вкусу, но надо же что-то делать!

— Дик говорит, все будет хорошо.

— Он говорил не об этом, а о том, что их должен кто-то остановить. Иначе все будет продолжаться.

Ронни даже осунулся от волнения.

— Мам, прошу тебя, не ходи туда! Через пару недель каникулы, а потом многих переведут в другую школу…

Шерил вздохнула. Ей и самой не слишком нравилась идея защищать сына от одноклассников.

— Мам, пожалуйста!

Серые глаза смотрели на нее умоляюще. Как же хорошо знаком ей был этот взгляд! Столько лет Шерил не желала признавать этого, но теперь…

— Ладно. Я подумаю, но учти — я ничего не обещаю!

— Спасибо, мам! Ты — лучшая в мире мать!

Если б знать, как все обернется…

7

Неделя прошла без происшествий. Даже Ронни с удивлением отметил, что его почти не задирали в школе. Это было слишком хорошо, чтобы в это можно было поверить.

Шерил всей душой хотела верить, потому и не стала ничего предпринимать, как обещала Ронни. К тому же у нее была масса других проблем. Наконец-то нашлась подходящая квартира в городе, однако для внесения залога нужно было выпросить у клиентов аванс. Ронни она решила ничего пока не говорить.

А что же Дик? Думала она о нем постоянно, но на горизонте он не появлялся. Видимо, все еще был в отъезде.

Все выяснилось, когда Ронни неожиданно исчез. Шерил сначала поволновалась, а затем отправилась его искать. Инстинкт привел ее во двор усадьбы, где она и нашла Ронни, который увлеченно играл с Диком в теннис. Оба и в ус не дули. А она-то с ума сходила!

Первой реакцией Шерил было облегчение оттого, что Ронни нашелся, второй — злость на сына, а третьей — горечь. Дик и Ронни играли самозабвенно и весело.

Отец и сын, не знающие об этом.

Судил игру незнакомый Шерил человек, невысокий, чуть лысеющий, с немного удивленным и потому забавным выражением лица. Так обычно выглядят близорукие люди.

Шерил взглянула на него лишь мельком, потому что мысли ее текли совершенно в другом направлении.

Когда она последний раз играла с Ронни в теннис? Когда он так заразительно смеялся?

Стоп! Хватит. Так можно довести себя до того состояния, в котором обычно говорят необдуманные слова и совершают идиотские поступки. Ронни играет с Диком, потому что на дворе воскресенье и Дику нечем заняться. Ничего мистического в этом нет. Нечего приплетать сюда пресловутый голос крови и прочую ерунду.

Интересно, а как отреагировал бы Ронни, скажи она ему сейчас, что Дик — его отец? Шок? Обида? Радость?

А Дик? Мужчина тридцати с лишним лет внезапно узнает, что у него взрослый сын. Здесь без шока точно не обойдется.

Мрачная и несчастная, Шерил потихоньку отправилась в коттедж, чтобы на кухне предаться мрачным раздумьям в одиночестве, которое вскоре нарушил Ронни.

— Мам, прости, я опоздал.

Радость на разрумянившемся личике мальчика была столь заразительна, что у нее не хватило духу испортить ему настроение.

— Ничего, все в порядке.

— Я просто забежал посмотреть, закончили рабочие укладывать дорожку к воротам или нет.

— Ну и как?

— Закончили. Мистер Блейз был во дворе, вот я и остался. Он из Японии прилетел.

Шерил отвернулась и изо всех сил постаралась, чтобы ее голос звучал бесстрастно.

— В самом деле?

— С ним приехал его друг Сэм, у него есть сын, мой ровесник. Представляешь, он никогда не играл в теннис!

— Но я…

Шерил вовремя прикусила язык и не сказала, что не видела никакого мальчика. Еще не хватало, чтобы Ронни заподозрил ее в шпионаже!

— Ты ведь не против, мам?

— Нет, конечно.

Она против, очень даже против, но у нее не хватит духу сказать об этом.

— Отлично! Потому что Дик… мистер Блейз сказал, что я могу приходить к Элиоту — так зовут сына Сэма, — когда пожелаю, если только ты позволишь.

Надо отдать Дику должное, он поступил абсолютно правильно.

— Я совсем не против, дорогой, раз тебе этого хочется.

— Клево!!!

С этим радостным воплем сын испарился с кухни, прежде чем Шерил успела предложить ему хоть стакан сока.

Сидеть и жалеть себя можно было бесконечно, но она взяла себя в руки и занялась работой. Спальня для Алой и Белой Розы была готова, и Шерил могла по праву ею гордиться. После приятной работы настала очередь неизбежной. Шерил нахмурила брови и принялась считать, высчитывать, рассчитывать и подсчитывать. Переезд грозил обернуться настоящим финансовым крахом для их маленькой семьи.

Ронни возник за плечом ближе к вечеру и с любопытством заглянул в ее бумаги.

— Что это, мам?

— Это? Да так, расчеты по хозяйству…

— Это насчет переезда, да?

— Ну… в общем-то, да. И насчет него тоже.

Ронни помрачнел, но ненадолго. День изобиловал событиями, и мальчик горел желанием все рассказать матери. Конечно, ему понравился Элиот, но Дик Блейз в его рассказах занимал первое место.

— Он еще не совсем переехал, потому что большая часть комнат стоят пустые, там даже мебели нет. Ему нужен дизайнер по интерьерам, а дядя Сэм сказал, что лучше ему сперва найти жену, уж она всем и займется… Я предложил тебя!

— Надеюсь, в качестве дизайнера?

— Ну, а как еще-то?

— Не обращай внимания, это я так.

— А, ты насчет жены? А почему бы и нет… Ты ведь совсем не старая, мам, и выглядишь иногда очень даже ничего. Если бы ты понравилась Дику…

— Большое спасибо! Если ты не против, этим я хотела бы заняться сама.

Мальчик вздохнул.

— Я просто хотел помочь. Он ведь очень богатый, ты знаешь?

— Тогда другое дело! Надо хватать его, да побыстрее, а не то явится другая соискательница сокровищ.

— Очень смешно! Дик лучше Генри!

— Ронни! Не вздумай обсуждать это с Ди… с мистером Блейзом!

— Вот еще! Пойду делать уроки.

Шерил с тревогой проводила мальчика взглядом. Что он успел наболтать Дику? Господи, какое счастье, что Ронни не знает имени своего отца. Как пить дать, проговорился бы, а что тогда?