К.О.В.Ш. - Хэй, сестренка! (СИ)

- Нет, подожди. Тут написано, что японские школьницы дарят шоколад, тем, кто им нравится на 14 февраля. Ты – не японская школьница, сегодня 23 сентября, и ты – мужик!

- Это детали, – отмахнулся Стас, готовя опару с сигаретой в зубах. - Суть в шоколаде.

- А что такое семпай? Это ругательство? – Док все читал список. - А обязательно терять сознание, когда температура 37? Что они делают?

- Док, вот за этим ты мне и нужен, - Стас протянул другу наушники и усадил за ноут. - Ты должен за пару часов посмотреть лучшее любовное аниме для девочек, пока я готовлю. А потом рассказать мне, в чем там суть. Давай. Я буду читать на википедии, что такое Наруро или Нарута, в общем Руту.

- Беркут, бля, совсем с ума сошел? – Док нехотя уткнулся в наушники и тут же чуть не взвыл от бешенной японской песни.

- Нет, - прошептал парень, помешивая опару. - Не понимаю, что со мной. Раньше такого не было. Что она со мной делает?

***

Выпихнув друга из дома в девять утра после краткого курса, какой Стас мудак и японцы психи, парень понял то, что ничего не понял, поэтому решил действовать по обстоятельствам. Проглотив четвертую кружку кофе, Стас посмотрел на дело рук своих. Торт выглядел крайне подозрительно, а кухня была буквально взорвана после его ночной готовки. Не унывая, парень отправился в душ, чтобы не уснуть. Леденящая вода привела в чувство, и, одевшись, как интеллигентный подонок, Стас направился в комнату Оли будить ее.

Подойдя к ее кровати, парень невольно остановился, жадно рассматривая спящую звездочкой сестру. В уголке рта Оли засохли слюни, а на лице было выражение сладкой неги. Одеяло съехало с кровати на пол, показывая парню красивые худенькие ноги и черное нижнее белье, потому что свободная футболка задралась под грудь. Стасу перестало хватать воздуха при взгляде на впалый живот с красивым пупком и немного торчащими ребрами. Хотелось провести пальцами по каждой самой маленькой родинке. Хотелось зацеловать нежную бледную кожу, коснуться губами каждого изгиба и сжать в своих объятьях. Не контролируя себя, Стас приблизился вплотную к кровати, опускаясь на колени перед спящим лицом девушки. Пушистые ресницы Оли подрагивали во сне, хотелось поцеловать даже их.

Стас вдруг осознал, что стоит на коленях, склонившись к губам девушки, любуясь ее острым подбородком. ‘Отчего ты ставишь меня на колени, пускающее слюни создание?’ – подумалось ему с усмешкой и одновременно страхом. Длинные пальцы потянулись к прядке волос, осторожно убирая их со лба, а в следующее мгновение, пересилив себя, парень встал с колен и чуть грубее, чем хотел, потряс Олю за плечо.

- Подъем, спящая красавица, - ухмыльнулся он.

- Что? Что опять? – Оля сонно потянулась и тут же со стыдом натянула футболку до колен, под пристальным взглядом Стаса. – Тебя не учили стучаться?

- Нет, у меня, вообще, плохие манеры, - белозубо улыбнулся парень. - Подъем. Завтрак на столе. Время тикает, мы должны успеть в кино.

- Я не хочу в кино утром в воскресенье, - ехидно сказала Оля, осознавая, как тяжко похмелье.

Стас, словно прочитав ее мысли, протянул приготовленный стакан воды с таблеткой.

- Это поможет. Больше не пей столько. Вообще больше не пей. И…фильм тебе понравится.

Оля ворча, побрела в ванную мыться.

Собравшись и специально нацепив обычные джинсы и джемпер, девушка с еще влажными волосами хотела зайти на кухню, но Стас, хватив ее за руку, повел в гостиную.

На журнальном столике стояла тарелка с гренками и яичницей и кофе. Тут же Стас ушел на кухню, а когда вернулся с тортом в руках, Оля задумчиво глядела в окно.

- Это тебе, – Стас горделиво поставил шоколадный торт на стол.

- Торт? Серьезно? С утра? Нет, спасибо. Кстати, вкусные гренки.

‘Я готовил этот ебаный торт полночи, а ты восхищаешься пятиминутной гренкой?! Это же японское признание в любви!’ – Стас украдкой заглянул в список, ничего не понимая. Торт – беспроигрышный вариант.

- Я сам его испек, тебе, – ‘Ну же, долбаные японцы!’

- Спасибо, я попозже съем, – Оля ошарашенно смотрела на злого Стаса, не догоняя, что на него нашло. Конечно, она не связала его кулинарные подвиги и так нагло перековерканную японскую традицию.

- К черту торт! Пошли в кино.

***

Стас быстро отошел после провала, думая, что уж фильм-то ее удивит.

- Так что за фильм?

- Твой любимый Микаки, - самодовольно улыбнулся Стас, стоя в очереди за попкорном. - Знаешь, я посмотрел трейлер, меня заинтересовало. И ты же хотела пойти.

- М-м-м, да, только не Микаки, а Миядзаки. И ты же не любишь аниме, – скептически ответила Оля, выбирая сладкий попкорн.

- Очень люблю, - ‘блять, ненавижу сладкий попкорн! Но если купить два ведра, то я не смогу с ней есть из одного и касаться ее руки, как в списке. Черт’. – я вот вчера пол ночи смотрел…э-э-э…’бездомного бога’.

- Фуу, оно отстой, - Оля явно издевалась над Стасом, решив доказать этому мачо, что его ужимки и вранье не сработает. - Мне нравится аниме про войну.

Проклиная всех анимешников и себя, Стас уселся на последний ряд, держа ведро со сладким попкорном.

Свет погас, Стас офигел сразу с заставки, с имен, с рисовки и со всего. Ненавистный сладкий попкорн жвачкой клеился к зубам, но сам того не ожидая, ненамеренно, он случайно коснулся руки Оли в ведре с попкорном и всего на долю секунды и чуть сжал ее пальцы своими. Оля же вдруг вспыхнула от смущения, забыв и о Миядзаки с его последней работой и обо всем на свете.

Стас перестал смотреть на экран, хотя честно хотел вникнуть в происходящее. Бессонная ночь и полумрак кинозала сделали свое дело, и смотря на красивый профиль Оли, Стас, улыбнулся, расслабился и как-то уснул.

На середине фильма, Оля с улыбкой увидела, что ее спутник спит. Сначала, ей показалось, что он прикалывается, но вдруг голова Стаса съехала с жесткой спинки и опустилась ей на плечо, заставив сердце замереть. Возмущаться не хотелось. Стас настолько тихо и мирно посапывал, утыкаясь виском в худенькое плечо Оли, что девушка до конца фильма думала о том, какой он милый. Непроизвольно она сделала то, что давно хотела. Провела легонько пальцами по татуированной цепи парня.

Когда фильм закончился, и включили свет, девушка мягко потормошила спящего сводного брата.

- Просыпайся, спящая красавица, - ехидно пропела она, вспомнив свое утреннее пробуждение.

- Что? – Стас подскочил с места, выронив пустое ведро из-под попкорна.

- Ты все проспал, – засмеялась счастливо Оля, смотря в его безумные глаза.

- Как?!

***

Стас мысленно проклинал себя в сотый раз. Список хотелось сжечь, себя тоже хотелось сжечь. Время утекало песком сквозь пальцы, а Оля и не думала в него влюбляться.