К.О.В.Ш. - Хэй, сестренка! (СИ)

- Нет, - так же тихо сказал Стас, - едь к тому же дому, откуда забирал меня в прошлый раз и заскочи в круглосуточный магазин. Мне нужны живые дрожжи, какао и молоко.

- Что?! – Док настолько опешил, что чуть телефон не выронил. - Беркут, ты больной?! Два часа ночи, а ты просишь меня привезти тебе живые дрожжи через пол Москвы?!

- Не ори, - все тем же шепотом говорил Стас. - Док, вопрос жизни и смерти, за мной должок. Только привези то, что я прошу. Мне нужно захватить объект.

- В больницу тебе нужно, идиот! – буркнул парень, закрывая квартиру на ключ. - Ладно, что такое живые дрожжи?!

Flashback

Примерно за пять часов до этого…

- Может, уже отпустишь мою руку и объяснишь, что тебе от меня надо? – раздраженно спросила Оля, пытаясь вырвать свою руку из прохладной ладони сводного брата. – Стас, я серьезно, пусти меня, - возмущалась девушка. Виски бил в голову посильнее молотка, придавая храбрости и желания нарваться на неприятности.

- Сколько ты выпила? – резко спросил Стас, разворачиваясь к ней за пустым школьным двором. И хоть, мысленно парень и хотел начать разговор вовсе не с этого, его вдруг до дрожи взбесило, что его Оля напилась и танцевала с каким-то парнем, которому все еще хотелось съездить по физиономии.

- А тебе какое дело?! – взорвалась негодованием Оля. – Ты меня не особо спрашиваешь, куда идти, что пить и с кем общаться! Я больше не собираюсь тебя слушать, ясно?! – Оля все же вырвала руку из вмиг расслабившейся кисти Стаса.

На самом деле, Оле было до дрожи обидно от его непонятного для нее отношения к ней. Алкоголь лишь добавлял недосказанности и сумбурности чувствам. Бешенство на Стаса тут же улетучилось, как только, не совсем трезвая девушка упрямо посмотрела ему в глаза. Что греха таить, Стас был красивый, особенно сейчас, особенно в черной футболке с серебристо-черной тату на руке, с невероятно дурманящими, как афродизиак, духами. В этих стильных панковских штанах, белых конверах и безумной лохматой прической, которую вдруг захотелось пригладить. Оля попыталась отвести взгляд, что-то еще сказать, только забыла свой гнев. Остался только невидимый отпечаток в душе, от касания его руки, и ожог в самом сердце, куда посмотрели темно-шоколадные глаза. И что-то внутри болезненно сжалось при мысли, что парень просто играется в заботливого брата. Долбанное сердце некстати пустилось в галоп, а пьяные мозги все собирались и собирались с мыслями, чтобы сказать колко и обидно, чтобы он понял, что делает ей больно, что не просто окатил из лужи водой или засунул мыло в рот, а что пьяным поцелуем накануне разрушил мир, который уже никогда не станет прежним.

- Мне есть дело…

Слова пробиваются в затуманенное сознание постепенно, со скрипом. Сердце отчаянно пробивает грудину изнутри, вырываясь наружу, а остатки самообладания шепчут: ‘Не верь ему. Он врет.’

- Мне не просто есть дело, - Стас сделал опасный шаг вперед, сокращая расстояние между ними, отчего Оля застыла. - Ты мне нравишься, – выдохнул он, словно падая в пропасть.

- Что? – Оля от неожиданности практически протрезвела.

- А чему ты удивляешься? – искренне недоумевал Стас. – Ты мне нравишься, я убить за тебя готов всех и каждого. Я хочу быть с тобой. Я выбрал тебя.

Земля сошла с орбиты спокойствия Оли. Сердце перестало стучать совсем, прося дефибриллятора. Злость и негодование стало медленно клокотать где-то в горле.

- Во-первых, я тебе не вещь для выбора, - медленно произнесла она. - Во-вторых, я тебе не верю. В-третьих, если даже допустить такую мысль, у тебя явные проблемы с выражением чувств!

Не такого ответа ожидал Стас. Он-то думал, что как только признается, Оля все поймет, станет с ним встречаться нормально. Больше не будет удивляться, почему он так за нее беспокоится и никуда не пускает. ‘Вообще, что на ней надето!? Чертова Милена, куда лучше будет, если Оля всегда будет ходить в свитерах и штанах посвободнее. А то пялятся все на ее ноги. Когда будет со мной встречаться, будет каблуки и юбки только со мной носить. Ах, да, блять, она не хочет со мной встречаться!’

- Ты не поняла, - попытался объяснить Стас, - я серьезно. Ты мне очень нравишься. Я поцеловал тебя…

- И больше не смей так делать! – оборвала его Оля. – Повторяю, я тебе не верю, и встречаться с таким психом-диктатором не буду! И ты, кажется, забыл, мы родственники!

- Плевать, кто мы! – Стас обхватил брыкающуюся девушку за талию, притягивая к себе. – Ты была права, не надо считать меня братом, потому что… - губы парня потянулись к губам Оли, но девушка успела отвернуться, подставив щеку.

- Хорошо, – Стас зло отпустил ее и отступил на шаг назад. – Дай мне шанс.

- Что?!

- Давай заключим пари. Если после всего, что я сделаю, ты с уверенностью скажешь, что я тебе противен, - ‘я все равно не сдамся’ – а вслух продолжил, - и я тебе всего лишь брат, я отвалю от тебя, уеду жить в дом отца, сразу, как там закончится ремонт и, вообще, сокращу с тобой общение до минимума. Идет?

- У тебя двадцать четыре часа, - ехидно пропела Оля, смотря на часы. Время пошло.

Конец Flashback

***

- Что на тебе надето? – Док чуть по дверному косяку не съехал от смеха, при виде Беркута в пижамных штанах в черепушку, розовом фартуке на голое тело, с руками в муке.

- Тихо, - шикнул Стас. - Оля спит в дальней комнате, пошли на кухню.

- А если она проснется и пойдет попить водички и увидит меня? – Док хмыкнув, расставлял на усыпанном мукой столе, купленные по списку продукты. – Что происходит-то? И что ты готовишь в три часа ночи? – Док заглянул в открытый ноутбук. – Шоколадный торт?!

- Док, не ори, Оля не выйдет, она спит и я, на всякий случай, запер ее в комнате…

- Че?!

Стас вкратце рассказал ситуацию по захвату объекта.

- И вот, - подытожил он, - я подошел к делу нестандартно. Все эти цветы, кино, домино-херня, - Стас выпустил колечко сигаретного дыма в вытяжку на кухне. - Она – анимешница. Я распечатал с форума трактат на тему того, как завоевать девушку-анимешницу.

- Ты больной?! – Док тоже закурил. – Лучше цветы и кино.

- У меня двадцать четыре часа, уже меньше. Она будет моей!

- Ладно, торт тут причем, пикап-мастер?!

Стас протянул распечатанный листок с кучей пунктов. Быстро, пробежав глазами по нему, Док не выдержал и заржал, даваясь дымом и смехом, отчего получил по лбу.

- Тихо, ты. Да, знаю я, что тут хуйня написана. Эти анимешники меня напрягают, ебанько. Но если я сделаю такое для Оли, в лучших традициях Японии, мать ее, то она не устоит.

- Нет, подожди. Тут написано, что японские школьницы дарят шоколад, тем, кто им нравится на 14 февраля. Ты – не японская школьница, сегодня 23 сентября, и ты – мужик!