Развод. За полчаса до весны - Галина Колоскова

class="p1">– Мужскую дружбу не отменить. У нас уговор не ставить друг другу палки, – уверял он. – В Ялту лететь одному незачем. Утром заявилась Илона. Велел её выставить. Орала, что испортит тебе жизнь, сообщив Ларисе, что муж содержит любовницу.

Тимур говорил, глядя в глаза. Лина верила каждому слову.

– Пытался вас предупредить. Звонил, не переставая. Ты не брала трубку. Егор, не думал, что жена отслеживает платежи. Пришлось ехать в отель. Не смог оставить в беде «занозу» сердца…

Лина собиралась в ресторан. Волосы после душа болтались прядями. На лице маска. Она не сомневалась, что Егор с женой непременно там будут. И не смогла побороть желание, утереть нос высокомерной особе.

Стук в дверь заставил накинуть халатик. Она приоткрыла створку, не узнав, кто стоит по ту сторону и только потом спросила:

– Кто?

– Я! – Тимур подставил ногу, предвидя её реакцию. – Принёс гвоздь в крышку гроба самомнению Ларисы, – он протянул коробку.– Взял на свой вкус в бутике по дороге. Не было времени выбирать. Летел на помощь.

Лина крепко держалась за ручку, переживая, чтобы босс не увидел её в статусе «чучело». Спорить из-за подарка не стала.

Она забрала большой картонный прямоугольник нежно-розового цвета и щёлкнула замком перед носом решившего заглянуть в гости красавца.

– А спасибо? – ворчал он через дверь.

– В ресторане отдам!– Лина не удержалась от смеха, представив недовольное лицо «жениха».

– Вот так всегда…

Она слушала бормотание и тяжёлые шаги в сторону лифта, прислонившись спиной к пластиковой преграде. Улыбка держалась на губах.

Хватило пары часов, чтоб перестать злиться на Егора. Лучшее подтверждение, что битое сердце им не задето.

Лина открыла коробку и замерла. Ярко-красное атласное платье без рукавов и коробка с ожерельем из белого золота с бриллиантами, сверкающими под ярким светом люстры.

Наряд для выхода в свет, но уместно ли надевать его в ресторан загородного отеля? Подходящей обуви тоже нет. Она покрутила коробку с ожерельем. Вот это принять можно только от очень близкого человека или мужа. Ни одним из них Тимур пока не был.

Удивило в мыслях «пока». Одного мужчину моментально забыла, о втором думает в будущем времени? А куда девать Славу? Что теперь будет с разводом?

«Нашла время считать мужчин!»

Лина начала ускоренно собираться.

Няня занималась собой и Тёмой.

В ресторан она заходила в нежно-розовом платье. Лёгкий тон матовой помады на пухлых губах. Стрелки чёрной подводкой на трепетных веках. Тушь на длинных ресницах.

Нежная, светлая, с огромными серыми глазами и густыми локонами, поднятыми вверх. Длинная шея, изящный изгиб плеч. Хрупкая красота без капли кичливости, в противовес боевой раскраске Ларисы в ярко-оранжевом платье.

Тимур открыл рот. Сердце кольнуло, навевая воспоминания. Он словно попал в прошлое, возвращая душе остроту давних чувств.

Выпускной вечер одиннадцатых классов, ради которого прилетел из Москвы. Тогда он так и не решился подойти к королеве бала, властительнице своего сердца. Самая красивая девушка школы танцевала с первым парнем квартала.

Он вспомнил, как щемило сердце от нежности при взгляде на стройную фигурку в розовом платье. Как сгорал от ревности и давал себе слово стать тем, за кем она побежит на край света. А пока…

Любимая Ангелина не обращала внимания на не сводящего с неё чёрных глаз тощего москвича…

Глава 18

За ужином Тимуру не пришлось играть влюблённого жениха. Он стал им, выпрыгивая из штанов, в желании угодить невесте.

Егор играл желваками, наблюдая за столиком друга.

Лариса вздёргивала брови и кривила губы, оценив умение блондинки держаться королевой.

И только Лина наслаждалась едой, с удовольствием лопая сёмгу, не обращая внимания на направленные на неё взгляды. Свою игру она вела, раздавая улыбки. Кто не знает, что ничто так сильно не радует друзей и не злит врагов?

– Ещё пару раз улыбнёшься, и Ларису хватит инфаркт, – Тимур жалел, что сел лицом к друзьям. Сложно есть, желая смеяться в голос.– Никогда не видел её настолько раздражённой. Не отрезает кусок стейка, а кромсает, наверняка представляя тебя.

– Мясо на ночь вредно, – Лина улыбнулась, наблюдая, как Тимур замер с вилкой у рта.– Женщина должна следить за такими мелочами.

Тёмка радовался новому другу, вовлекая в игры с едой. Тимур не отказывался. Стоило поучиться у него пренебрежению к мнению окружающих. Бизнесмен не боялся выглядеть идиотом, не обращая внимания на взгляды соседей.

Няня почти не говорила, наслаждаясь вкусной едой и хорошей компанией.

Они сидели вчетвером за столом, смеялись, шутили, через полчаса забыв о глазах напротив.

Лина расслабилась, Тимур на работе и вне офиса два разных человека. Никакой суровости и высокомерия. Со стороны они выглядели семейной парой на ужине. Он при любой возможности старался к ней прикоснуться. То накрывал ладонью тонкие пальцы, то убирал из уголка пухлых губ прилипшую крошку или прядку волос за ухо

Она вздрагивала, стараясь отстраниться. Внизу живота полыхал огонь.

– Могли бы сейчас все вместе гулять по набережной чёрного моря под яркими южными звёздами, – размышлял Тимур вслух, бросая взгляды на унылого друга. – Вдыхать йодистый запах набегающих с шумом волн. Пытаться перекричать их под крики надоедливых чаек.

Лина рассмеялась:

– Да ты романтик! Но кто мешает нам выйти из отеля и подышать хвойным воздухом? Мы же за городом, – она ковыряла вилкой десерт, потягивая вкусное белое вино. – Чаек с волнами нет, но совы должны ухать.

Уходить из ресторана не хотелось, хотя с каждым глотком становилось трудней себя контролировать.

Она отдыхала душой, наслаждаясь тем, от чего успела отвыкнуть. Хорошая музыка, уютный зал, вкусная еда и никаких обязательств перед сидящим напротив красивым мужчиной.

Если бы не сын с няней, могло показаться, что находиться в параллельной реальности, где не совершила глупость, влюбившись в Славу, а сделала правильный выбор. Ощущение беззаботности кружило голову, наводя на благодушные мысли.

Пора возвращаться в реальность, где всё совершенно не гладко.

– Тёмке перед сном полезно прогуляться, лучше заснёт. А потом поговорим. Она открыто смотрела в дьявольские глаза, а хотелось от стыда спрятать голову. Душу скоблили кошки. От одной зависимости она переходит в другую.

– Сам понимаешь, я в полной растерянности.

Он отмахнулся, догадываясь, что творится в душе гордячки.

– Не переживай, что не делается, всё к лучшему. На улице не останешься.

Тимур, откинувшись на спинку кресла, потягивал из широкого бокала янтарный виски. Он сделал большой глоток, наслаждаясь горькой холодной терпкостью. Чёрные глаза гипнотизировали серые.

– Давно мне не было так хорошо. Будто восемь лет назад ты обратила на меня внимание,