Лабиринт Ариадны (СИ) - Хаан Ашира

А в наше-то время все вообще почти невинно.

Я просто немножко оторвалась, причем максимально безопасно.

Хороший секс полезен для здоровья!

Получила свои оргазмы и тактильное удовлетворение, напиталась мужскими гормонами — и внутрь, и наружно, и как только не…

От этих мыслей моя кровь, терпкая как вино, плеснула изнутри по коже горячей волной.

Пальцы задрожали и на мгновение захотелось прижаться к мужчине.

К любому мужчине. Только чтобы он был ласков и немного жесток, пах чем-то чуть-чуть звериным — и еще вином.

Был горяч, тверд, настойчив и…

Ник накрыл мои пальцы, сжатые на бутылке, своими, словно услышав последнюю мысль.

Сделал шаг — ближе! — и по лицу его скользнула легкая самодовольная улыбка. Едва заметная, но я успела ее увидеть, и она сработала не хуже ледяного душа.

— Нет, извини! Никакого вина, мне надо перевод доделывать! — выпалила я, отступая назад и поспешно прячась в свое необъятное кресло. — И так весь вечер с тобой проболтала, ничего не успеваю! А пьяной не поработать, и с похмельем тем более.

Бутылка осталась у Ника в руке — он ловко перехватил ее и удивленно приподнял брови. А я быстро провела ладонями по лицу, стряхивая горячечный румянец.

Развернула на экране файл с переводом, рядышком открыла глоссарий, задумалась на мгновение и с очень озабоченным видом напечатала новую строчку в окошке.

Оглянулась на Ника.

Смотри, мол, работаю!

Он еще несколько секунд задумчиво смотрел на меня, слегка склонив голову к левому плечу, но вот уже встряхнулся, как сеттер после купания и серьезно кивнул:

— Ты права. Перевод надо закончить как можно быстрее.

Отставил бутылку на стол и направился в коридор.

Я слышала, как он возится там, гремит ложкой для обуви, чертыхается, но изо всех сил делала вид, что крайне увлечена работой, пока не щелкнул замок.

— Все, я ушел!

— Пока-пока! — отозвалась, не переставая печатать.

И только когда дверь захлопнулась за Ником, обессиленно откинулась на спинку кресла и закрыла глаза, ловя за хвост быстро расползающиеся в руках воспоминания о горячей ночи. Так хотелось вернуть их еще ненадолго — но увы!

Бутылка все еще стояла на столе, и я решительно выбралась из ленивых объятий кресла, достала из застекленного шкафа массивный хрустальный кубок зеленоватого оттенка — словно море на мелководье, пронизанное солнцем, — и протерла его изнутри краем футболки.

Плеснула вина и сразу жадно потянула носом запах пьяного винограда, томленого на солнце. Сделала глоток, омывая пересохшие губы густой кровью лозы…

И вдруг расплакалась.

Сама от себя не ожидала таких внезапных и искренних, как в детстве, рыданий.

Словно случилось какое-то большое горе. Настоящее. Когда в три года забываешь на пляже любимого резинового жирафа и когда возвращаешься — его уже нигде нет. Родители сочувствуют и ругают попеременно, пытаясь успокоить истерику. И совсем, совсем не понимают, что это — первая настоящая потеря, и она болит ничуть не меньше, чем потеря живого друга…

Глава двадцать шестая. Ираида не выходит из дома

Поездка в Корею взорвала мою жизнь, словно атомная бомба, сброшенная на утренний тихий город. Огненная волна обратила в пепел все, что составляло мое существование.

От некоторых вещей осталась пыль, от некоторых — лишь тени.

От многих — вообще ничего.

Ничто и никогда уже не станет прежним.

Но даже после самого кошмарного взрыва однажды наступает тишина. Оседает пепел, стихает плач и вой, парализующий ужас сменяется необходимостью жить дальше.

По-новому. Но дальше.

Потихоньку выстраиваются новые рутины, ритуалы и привычки.

Приспособилась и я.

Просыпаться без будильника, когда выспалась — это было самым счастливым изменением.

Работать в своем темпе, где угодно, хоть лежа или в ванной.

Работать по шестнадцать часов — это было уже не так радостно.

Выходить из дома раз в неделю — просто не хватало времени на прогулки.

Встречать вечерами Ника, который забегал почти каждый день, приносил то пирожные к чаю, то пиццу, то свежие сплетни с работы.

Засыпать под шум дождя из «умной колонки». Я пристрастилась к разговорам с ней. Всю жизнь думала, что болтовня в офисе меня раздражает, а когда стала фрилансером, вдруг обнаружила, что одного Ника и кассирши в соседнем «Дикси» мне для общения маловато.

Надеяться на то, что скоро перевод нового дополнения к игре будет закончен и появится время на личные дела, было глупо. Теперь мой заработок зависел только от меня. Сколько наработаю — столько и получу. Надо было выстраивать свою жизнь с учетом новой реальности.

Но стоило мне чуть-чуть расслабиться и выдохнуть, подумав, что встряски прекратились, как жизнь снова сделала полицейский разворот.

— Перешли все, что успела перевести вот на этот адрес, — сказал однажды вечером Ник, зайдя в гости в очередной раз. — И глоссарий туда же. И вообще все, что относится к переводу.

В ответ на мой молчаливый изумленный взгляд изволил пояснить:

— Мы нашли переводчицу. Хорошая девочка, играет у нас на сервере. В теме разбирается, закончила иняз. Тебе понравится. Уже рвется в бой! Все тестовые написала отлично.

Мои пальцы замерли над клавиатурой ноутбука.

Потом я медленно выдохнула и откинулась в кресле, глядя прямо перед собой — на диалог, который только что азартно переводила, стараясь привнести в характер лавочницы, дающей квест, интересные черты. Она у меня через слово поминала своих кошек и подозревала игрока в склонности к пьянству.

— Рада за нее. Теперь мне надо искать новую работу?

Ник не ответил — он снимал в прихожей ботинки и шуршал какими-то пакетами. Возможно, просто не расслышал.

— А как? Ник? Если я выставлю свое резюме — Руслан меня моментально вычислит. А без него кто меня возьмет?

Я вдруг почувствовала, что для того, чтобы вдохнуть, мне надо сделать усилие. Как будто тело перестало делать это автоматически. Еще почему-то повеяло стылым холодом по ступням, и я подобрала ноги под себя.

Никогда в жизни мне не приходилось беспокоиться о том, что я завтра буду есть. Всегда была работа и четкое знание, что дважды в месяц у меня на карте появятся деньги.

А вот так — за несколько секунд потерять опору под ногами, было очень страшно.

— Все продумано! — Ник наконец нашел свои тапки и вошел в комнату. Он щелкнул пальцами, привычно пристраиваясь на подлокотнике кресла и потянулся к клавиатуре моего ноутбука. — Смотри!

Последние недели я подчеркнуто держала с ним физическую дистанцию и легко уступала свое место, если ему требовало поискать что-то в моих файлах. Но сейчас я осталась на месте.

Слишком тревожно мне было и хотелось уже понять, что дальше.

Он развернул ко мне ноутбук, демонстрируя яркую картинку на экране. В адресной строке красовалась длинная ссылка, которая мне ни о чем не сказала.

Зато текст…

«Уникальная игра с азиатской механикой на основе древнеславянской и современной мифологии»

«Динамичная система профессий, два десятка рас и национальностей, многоуровневое развитие персонажа в зависимости от множества факторов»

«История мира, которая не оставит вас равнодушными, увлекательный сюжет, эмоциональные квесты и личные отношения с жителями мира»

— Это… — я свела брови, чувствуя складку между ними, которая в последнее время появлялась все чаще.

— Мой проект, — с плохо скрываемой гордостью заявил Ник. — Мой и еще парочки людей, — поправился он. — Они отличные программисты. Но…

— Но?

— Видишь, какие обещания мы даем? — он постучал краем ногтя по строчке про увлекательный сюжет и эмоциональные квесты. — Технически мы способны почти на все. Но нам не хватает хорошего геймдизайнера с яркими идеями. Это и будешь ты.

— Я?..

— Зарплата хорошая, — продолжил Ник. — Полностью в черную, разумеется, но тебе это только плюс. Никаких документов — никаких следов. Делаешь то, что любишь и не попадаешься никому на глаза.