Пунктирные линии - Девни Перри

что ему нравится. Что нравится мне. Он забыл о кофе, когда мы прижались друг к другу, сидя на скамейке в парке, и целовались так, словно были единственными людьми на свете. Только когда воздух огласился детским криком, мы оторвались друг от друга.

Мои губы снова были воспаленными и припухшими. Карсон медленно отодвинулся, сделав несколько болезненных вдохов. Я опустила подбородок, чтобы скрыть улыбку, потому что под его джинсами была заметная выпуклость.

— Тебе нужно куда-нибудь еще? — спросил Карсон, наконец вставая со скамейки.

— Нет. — Я взяла его протянутую руку и встала, позволяя ему переплести наши пальцы. Затем, держась за руки, мы направились к автомойке. — Ты думаешь, все пиво на вкус такое же, как вчера вечером?

Карсон рассмеялся.

— Наверное.

— Фу. — Я изобразила, что меня тошнит, когда мы обходили квартал. — Спасибо, я буду пить лимонад.

— То же самое. Со льдом. Много-много льда.

— И мороженое.

— С шоколадным сиропом… — Карсон замер.

— Что? — Я проследила за его взглядом, направленным на парковку автомойки.

И там была она. Его мать.

Она была в джинсах и серой рубашке на пуговицах. Она размахивала руками в воздухе, разговаривая с начальником Карсона, который стоял, скрестив руки на груди, с плотно закрытым ртом.

Но не мать Карсона и не его начальник заставили меня запаниковать.

Это был полицейский в форме, стоявший между ними, и от этого чувства у меня сердце ушло в пятки.

Офицер поднял голову и заметил нас. Он прищурился и склонил голову набок. Это движение заставило мать Карсона замолчать. Она обернулась, и ее глаза расширились. Затем она подняла руку, тряся указательным пальцем.

Карсон, крепко держа меня за руку, отступил на шаг назад.

— Бежим.

Глава 7

Клара

— Как ты думаешь, они следили за нами? — Я тяжело дышала. У меня заболела шея от того, что я постоянно оглядывалась через плечо, пока мы мчались домой.

Карсон бежал впереди. Он водил нас кругами по кварталам, окружающим автомойку. Затем мы пробежались по переулкам и срезали путь через неогороженные дворы. Наконец, спустя час, мы решили отправиться к Арии на работу и дождаться конца ее смены.

После того, как она закончила работать, мы быстро объяснили ей, что мать Карсона обратилась в полицию.

— Я так не думаю. — Щеки Арии раскраснелись, а лоб покрылся испариной, когда она бросила последний взгляд на дорогу, ведущую в город. Затем она прошла с нами через ворота и оказалась в безопасности на свалке.

— Зачем ей говорить с копами? — спросила я Карсона.

Он пнул ногой землю.

— Черт.

— Карсон, зачем?

Он не ответил мне.

Адреналин уже несколько часов бурлил в моей крови, и внезапно я почувствовала, что мои ноги стали слишком слабыми, чтобы держать меня. У меня закружилась голова. В груди что-то сжалось.

— Клара. — Моя сестра положила руку мне на плечо. — Ты в порядке?

Я покачала головой.

— Не могу дышать.

— Эй. — Карсон положил руку мне на другое плечо. — Вдох и выдох. Сделай это. Вдохни.

Я повиновалась.

— И выдохни.

Я снова выполнила его приказ, но все равно чувствовала, что теряю сознание.

— Сделай это еще раз. Вдохни и выдохни, Клара. Вдохни и выдохни.

Я закрыла глаза и прислушалась к его голосу, позволяя ему унять панику. Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз так волновалась. Это было после несчастного случая с нашими родителями.

Когда земля перестала уходить у меня из-под ног, я разлепила веки.

— Ты в порядке? — спросила Ария.

— Да. Прости.

— Не стоит. — Она взяла меня за руку, затем бросила сердитый взгляд на Карсона. — Что происходит с твоей матерью?

Он вздохнул, отпустил меня и указал подбородком на палатку.

Ария и я последовали за ним, и втроем собрались на его месте.

Карсон провел рукой по волосам.

— Она хочет, чтобы я вернулся домой.

— Но почему? — спросила я.

Он пожал плечами.

— Потому что она, блять, сумасшедшая? Я не знаю. В последний раз, когда она приходила на работу, она умоляла меня вернуться домой.

— Тебе девятнадцать. — Я махнула рукой. — Разве она не опоздала на три года?

Он усмехнулся.

— Она хочет, чтобы я вернулся домой, не для того чтобы она могла вести себя как мать. Она хочет, чтобы я вернулась домой, потому что мне девятнадцать и я могу найти приличную работу. Она хочет, чтобы я зарабатывал ей на жизнь.

— Она так и сказала? — спросила Ария.

Карсон покачал головой.

— В этом не было необходимости. Я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понять, как она действует. Это все ложь и манипуляции. Когда она заходила ко мне во второй раз, она пообещала, что бросила пить и хочет загладить свою вину. Во время следующего визита я почувствовал запах алкоголя в ее дыхании, когда она попросила у меня взаймы. Она никогда не могла удержаться на работе, и она в отчаянии. Каким-то образом она узнала, где я работаю, и решила превратить мою жизнь в ад.

— Но у нее хорошая машина, — сказала я. — Та спортивная одежда была шикарной.

— Да, так и есть. После того, как я сбежал, она нашла парня, который позаботился о ней. Рассказала ему какую-то душещипательную историю или что-то в этом роде. У нее это всегда хорошо получалось. Заставляла мужчин чувствовать, что они могут ее спасти. Он, вероятно, бросил ее, и теперь она ищет следующего гребаного идиота, чтобы присосаться к нему. Этим идиотом точно не буду я.

Это было больше, чем он когда-либо говорил нам. Слова Карсона были такими горькими. В его тоне звучали боль и гнев, и мне стало больно.

— Ты уверен? — спросила Ария.

Он пожал плечами.

— Нет, но это обоснованное предположение. Она занимается подобным дерьмом всю свою жизнь.

— Ладно, что теперь? — спросила я. — Она бежала трусцой по нашей дороге. Она должна знать, что ты живешь здесь.

— Возможно. Но если бы она знала, забор и висячий замок Лу ее бы не остановили. Я думаю, до нее дошли слухи, что я был здесь, но она не знает наверняка. А автомойка открыта для посетителей.

Она не огорожена сеткой и колючей проволокой.

— Она видела нас сегодня вместе. Она видела, как мы гуляли. Не нужно много усилий, чтобы понять, что мы вместе и живем где-то здесь.

Он опустил взгляд в пол и кивнул.

— Мы могли бы жить в любом из домов на этой дороге. Но это не имеет значения. Она ничего не сможет сделать. В конце концов, она поймет, что я не играю в ее дурацкие игры, и пойдет