Обещания, которые мы собирались сдержать - Моника Мерфи

— Как всегда такая пренебрежительная, все еще наша Сил. — Его улыбка неприятна, и я задаюсь вопросом, ненавидит ли он меня.

Скорее всего, да.

— Почему ты последовал за мной сюда, Спенс? — Я говорю тихо, но он услышал меня. На этот раз он даже делает шаг ближе ко мне.

— Я никогда не мог сопротивляться твоему зову, даже когда знал, что должен. Даже когда я так зол на тебя, что не могу думать ясно. — Он говорит все это так буднично, как будто всю жизнь жил с этим жалким чувством.

Возможно, так оно и есть. Мне кажется, что я знаю Спенсера Донато целую вечность, но знаю ли я его на самом деле?

Нет. Уже нет.

— Помнишь ночь Хэллоуина? Когда тебе было шестнадцать? — спрашивает он. — Ты нарядилась темным ангелом.

Конечно, я помню. Эта ночь навсегда запечатлелась в моем мозгу, засела глубоко в памяти. Наслаждение. Унижение. Мы зашли так далеко. Почти до точки невозврата.

Пока я не оттолкнула его, и он был так зол на меня. Сексуально разочарован. Мы поссорились. После этого мы не разговаривали несколько недель. Потом я чуть не умерла.

Хотя в этом не было его вины, в том, что я чуть не умерла. В этом я могу полностью обвинить свою мать.

— Я все еще думаю о той ночи, — говорит он, его голос отдален, как и его взгляд. — Как ты выглядела. Такая великолепная в этом костюме. Какой беззаботной ты была и пьяной. Ты всегда была скрытной большую часть времени, когда мы были вдвоем. Ты открывала мне частички себя то здесь то там, как крошки, которые я не мог не проглотить.

— Мне было страшно, — признаюсь я.

Он переводит взгляд на меня, на его лице написано удивление. — Чего боялась? Меня?

Я качаю головой. — Тебя — никогда. Только последствий от тебя. — Ничто хорошее не длится долго. Я слишком рано это поняла.

Мы не смотрим друг на друга. Как будто не можем.

— Я отдал тебе все, когда была младше. — Он вынимает руки из карманов и делает еще один шаг ко мне. Пока не оказывается так близко, что я чувствую тепло его тела, тянущееся ко мне, притягивающее меня. — И все же ты каждый раз отталкивала меня.

— Я была идиоткой.

Спенс качает головой, его лицо мрачнеет. — Нет. Это я был идиотом. Всегда был рядом с тобой. Никогда не отталкивал тебя, хотя ты постоянно отвергала меня. Я позволил тебе использовать меня.

Он протягивает руку, его пальцы ложатся на мое лицо. Медленно прослеживает линию моей челюсти. Так медленно, что я закрываю глаза, мои губы расходятся. Боже, я все еще наслаждаюсь его прикосновениями. Его близостью. Самой его сущностью.

— Я была молода и глупа, — шепчу я, распахивая глаза. Я вдыхаю, когда он осмеливается коснуться уголка моего рта. Все мое тело дрожит от осознания, ожидая, что он сделает шаг, но ничего не происходит.

К моему большому разочарованию.

— Я тоже. — Его голос резок, он врезается в мои шаткие эмоции, разрывая их на ленточки. — Я уже не тот, кем был тогда. Я сильнее. Подлее.

Мои брови сходятся вместе. Подлее? Я не могу представить, чтобы Спенсер когда — либо был подлым.

Особенно по отношению ко мне.

Его пальцы скользят вниз, пока не обхватывают мое горло, его большой палец вдавливается в мою кожу. — Ты не знаешь, что я пережил за последние пару лет. Как сильно я изменился.

Он тоже не знает, через что я прошла, и как я изменилась. Может быть, мы стали слишком разными. У нас больше нет ничего общего, и осознание этого…

заставляет меня грустить.

— Хорошенькая маленькая принцесса — фея с розами в золотых волосах. — Его слова приятны, но его прикосновения сокрушительны. Его пальцы сжимаются, заставляя воздух застрять в моем горле, и я открываю глаза, чтобы увидеть, что он наблюдает за мной, его глаза сверкают в темноте.

В нем есть тьма. Я вижу ее сейчас. Я чувствую, как она окружает меня, держит в своих объятиях, как его пальцы на моей шее.

— Ты выглядишь как чистая невинность, Сил. В этом бело — голубом платье и с цветами в волосах. Но я знаю правду. Ты добровольно вышла замуж за этого человека, а он оказался свиньей. — Он дергает меня вперед, притягивая за шею, и мое тело сталкивается с его телом, мою кожу покалывает. — Какого это было, трахаться со стариком? Тебе понравилось? У него вообще встал?

Я смотрю на него, пытаясь что-нибудь сказать. Он не знает. Он думает, что я позволила Эрлу прикоснуться ко мне, но мой муж не интересовался мной. Не так.

И я никогда не понимала почему. Никогда не задавалась этим вопросом.

Мне было так лучше. Я не хотела, чтобы он прикасался ко мне. Единственный человек, который был внутри меня, это тот самый мужчина, чьи пальцы сейчас на моей шее.

— Ты была запятнана, ты знаешь это? — Он прижимается к нижней части моего подбородка, откидывая мою голову назад, наклоняясь ко мне, его рот нависает над моим. Соблазняя меня приподняться и прижать наши губы друг к другу. — Блядь, ты испорчена на всю жизнь, Сильви. Надеюсь, тебе понравилось время, проведенное с этим засранцем, каким бы коротким оно ни было. Теперь ты никому не нужна. Особенно мне.

Он отталкивает меня от себя, прежде чем я успеваю сказать хоть слово, оставляя меня задыхаться. Наклонившись вперед, я упираюсь руками в колени, тяжело сглатывая, пытаясь отдышаться. Цветы выпадают из моих волос, один за другим, падая на землю с тихим звуком. Но он не говорит больше ни слова.

Просто уходит и оставляет меня одну, наедине с собой.

— Ты врёшь, Спенсер! Я знаю, ты все еще хочешь меня! — Я окликаю его, но он не оглядывается. Конечно, он этого не делает.

Я смотрю, как он уходит, гнев и боль пронзают меня, как двойной удар в сердце. Впервые в своей жизни я чувствую себя совершенно покинутой Спенсером Донато.

И это ранит гораздо сильнее, чем я когда — либо думала.

Глава 8

Спенсер

Прошлое

Сегодня Хэллоуин, и я встревожен.

Не то чтобы я позволял кому — то это увидеть. Я прикидываюсь спокойным, ожидая перед старым, полусгоревшим зданием, где сегодня будет проходить вечеринка. Мой лучший друг Уит все спланировал, и мы прогуляли занятия, чтобы подготовиться к празднику, ожидая, что придут почти все, кого он пригласил. Учитывая, что он разослал