Белинда Джонс - Летим в Лас-Вегас!

Иззи смеется в ответ. Тут только я замечаю, что она с немалой скоростью тащит меня прочь от отеля.

– Куда это мы? – интересуюсь я.

– Пока ты ворковала со своим Маугли, я немножко побродила вокруг, – отвечает она с видом скромницы, но глаза горят интригующим огоньком. – И теперь хочу кое-что тебе показать!

Мы выходим на Стрип, и Иззи требует, чтобы я не поднимала глаз. Смотреть в землю – пожалуйста, а вот ходить по земле… От счастья я раздулась, словно воздушный шарик: так и тянет взмыть в небеса. «Неужели чудеса все-таки бывают? – думаю я. – Едва успели оглядеться на новом месте – и вдруг, как по мановению волшебной палочки, одна за другой начинают исполняться мечты».

– Не смотри вперед! – требует Иззи, когда мы выходим на перекресток.

– Да в чем дело? – недоумеваю я.

По тротуару разбросаны листы, судя по всему, вырванные из какого-то порножурнала. Я с изумлением вижу, как на одной фотографии плотный низкорослый мужичок обрабатывает девушку, как две капли воды похожую на меня. Вид у моего двойника не слишком радостный. Обернувшись, вижу другое фото: тот же мужик домогается немолодой и вполне приличной на вид супружеской пары: На лицах у пары тоска и омерзение. Я успеваю подумать, что не худо бы мужичку провести маркетинговое исследование клиентов… и в этот миг Иззи останавливается.

– А теперь смотри! – объявляет она.

На фасаде напротив огромная афиша: «Сегодня вечером – новая программа «Золотых Парней»!» Шестеро стриптизеров в одних набедренных повязках – мускулистые, загорелые, сияющие, словно доспехи из полированной меди, мужские тела. Иззи сияет, словно собственноручно их отполировала. Она обожает такие штучки.

– Я эту афишу увидела, когда поднималась на эскалаторе в «Мираж», – объясняет она. – Они выступают в «Стардасте» – совсем рядом с нами! Так здорово – даже не верится! Контактные линзы я с собой не захватила, но, кажется, вот тот, здоровенный, с блондинистым «ежиком» – как раз на мой вкус!

– На здоровье, – отвечаю я. – Ты же знаешь, я кладу глаз только на тех, у кого волосы похожи на водоросли. Из этих, пожалуй, мне больше всех нравится… – Я разглядываю «Золотых Парней» одного за другим. – О нет!!!

– Что такое?

– А вот и плохая новость! – жалобно блею я.

– Да что стряслось?

– Второй слева…

Иззи вглядывается и восклицает:

– Не может быть!

– Как видишь, может! Это Зейн! – кричу я, закрывая лицо руками. – Боже мой, он стриптизер!

Иззи внимательно смотрит на меня и говорит:

– Объясни мне, будь добра, что в этом плохого?

– Да он на меня и смотреть не захочет!

– Джейми! – прерывает меня Иззи.

– Что?

– Он уже на тебя смотрел. И, кажется, с интересом.

– Просто вел себя по-дружески. Ты же знаешь, что такое Стрелец – душа нараспашку.

– А две минуты назад ты уверяла, что ему понравилась…

– Тогда я не знала, что он стриптизер! – страдаю я.

– Но он-то знал, когда с тобой заговорил! – резонно замечает Иззи. – Это ты даешь задний ход, а не он.

Я не нахожу достойного ответа.

– Знаешь, в чем твоя проблема? Ты ищешь человека, который полюбит тебя такой, как есть – с целлюлитом и всем прочим; но при этом сама себя не любишь. Стоит тебе встретить по-настоящему горячего парня – и ты тут же сникаешь.

– Если бы встретить!

– Ты воображаешь, что ты его недостойна. Внушаешь себе, что, раз ты не писаная красавица, тебе с ним рядом делать нечего. Что за чушь! Вот я, например, в десять раз красивее всех своих парней – и ничего, они не комплексуют!

Ей все-таки удалось рассмешить меня.

– Ты ведешь себя как… как расистка – делишь людей по внешности! – убежденно продолжает Иззи. – А ему, может, вообще на это наплевать. Если парень похож на Адониса, это еще не значит, что он ищет себе Афродиту, или Кэтрин Зета-Джонс – или кто у нас там сейчас на должности богини красоты?

– О боже мой! Я только что вспомнила! Его бывшая подружка – спасательница в бассейне! У меня нет ни единого шанса!

Иззи закатывает глаза и издает жалобный стон.

– Что случилось с той Джейми, которая накануне премьеры соблазнила ведущего актера в Норткотском театре? С той Джейми, которая говорит, что каждый человек прекрасен по-своему? С моей подругой Джейми, которая всегда нравилась сама себе?

– Не знаю, мы с ней давно не встречались, – уныло отвечаю я.

– Что ж, пора бы ей вернуться на сцену. Меня уже тошнит от нытья самозванки, занявшей ее место!

– Знаю, – отвечаю я. – Меня тоже.

– Тебе Зейн нравится. Это не вопрос, а утверждение.

– Д-да…

– И ты ему тоже. Конечно, нравишься! Это же очевидно! – подбадривает она меня.

– Но он такой красивый! – напоминает о себе «самозванка».

Иззи закатывает глаза.

– Прости, не припомню, когда это ты говорила, что интересуешься только уродами?

Я молча трясу головой.

– Ладно, подождем до вечера.

– Почему до вечера?

– Делая покупку, не забудь осмотреть товар!

– Я уже одним глазком видела его живот – черт возьми, это что-то! Какие мускулы! Словно плоды киви под толстым-толстым слоем карамели!.

– И ты еще жалуешься?

– Но он не приглашал нас на шоу!

– Четырнадцать долларов девяносто пять центов с носа – и мы дорогие гости.

– Как-то это глупо – платить за то, чтобы его увидеть! – замечаю я, опасаясь, что он примет меня за чокнутую фанатку.

– Тогда позвони ему и попроси лишний билетик!

– Ни за что! Лучше выпей галлон лака для ногтей!

– Джейми, успокойся и послушай меня, – твердо говорит Иззи. – Ты хочешь еще раз его увидеть?

– Спрашиваешь!

– Хочешь посмотреть на киви под слоем карамели?

– Еще как!

– Так чего же мы ждем? Вперед, за билетами!

Паломничество во «Дворец Цезаря» отложено на потом. У нас срочное дело в кассе «Стардаста».

– Привет! – здоровается, войдя, Иззи. – У вас есть билеты на сегодняшнее шоу «Золотых Парней»?

– Разумеется, леди. Какие места предпочитаете?

– Как можно ближе к сцене! – развязно ухмыляется Иззи.

Мэри-Сью (если верить нагрудной табличке), немного подумав, садится за компьютер. Ногти у нее длинные, как наждачные шкурки, и каждый раскрашен в цвета какого-нибудь национального флага. Разноцветные пальцы ее порхают по клавиатуре, и мне невольно приходит на память фасад здания ООН в ветреный день.

– Есть два места в первом ряду, но справа, у самой стенки, – говорит она, указывая на экран японским флагом. – Если вы предпочитаете середину, могу предложить места К-3 и К-4, вот здесь. – В ход идет флаг Италии.

Но Иззи знает, чего хочет.

– Первый ряд, пожалуйста.

Сжимая в потных ручонках свежеотпечатанные билеты, мы мчимся назад в «Цирк». В головах одна мысль: что надеть?