Джейн Фэллон - Ты свободен, милый!

— Я мать Мэтью.

Ну конечно! Она могла быть старой, но не настолько. Вряд ли Мэтью был бы способен жениться на женщине, разменявшей девятый десяток.

— Очень рада. Приятно с вами познакомиться, — неуверенно сказала Хелен. — Приготовить чаю?

— Вы поступили совершенно непростительно. Вы разбили семью, оставили двух девочек без отца. Надеюсь, вам сейчас стыдно.

— Вам с молоком? С сахаром? — Хелен рванулась на кухню, чтобы прийти в себя.

Но не тут-то было — Шила отправилась за ней.

— Полагаю, дело в деньгах, разве не так? Хелен глубоко вздохнула.

— Я не знаю. У него есть деньги? Шила проигнорировала вопрос.

— Даю голову на отсечение, вы его уже не отпустите, верно?

Хелен так и подмывало возразить: «Так поступила и Софи, когда отбила его у первой жены». Но вместо этого она сказала:

— Я говорила ему, что он должен вернуться к ним, если сам того хочет.

— Однако теперь уже слишком поздно, не так ли? Софи ни за что не примет его обратно.

— Тогда зачем вы здесь? — спросила Хелен, бросив притворяться, будто она заваривает чай.

— Я и мои дочери весьма озабочены тем нежелательным влиянием, какое его поступок может оказать на девочек.

— Вы, о каких дочерях говорите? Одна вроде бы приставала к мужу другой дочери на Рождество, а другая замужем за алкоголиком? А может, я что-то путаю? — Хелен решила отбросить всякую вежливость.

Шила опять пропустила ее слова мимо ушей.

— Если вы твердо намерены войти в нашу семью — а я не вижу, что бы я могла сделать, чтобы это предотвратить, — мы должны убедиться в том, что вы относитесь к обязанностям мачехи со всей серьезностью.

— А если нет? — Хелен постепенно возвращалась в четырнадцатилетний возраст.

— А если нет, я попросила бы вас не пытаться обхаживать девочек и втираться к ним в доверие. Они очень расстроенны после визита сюда на прошлой неделе.

О, черт бы вас всех побрал, подумала Хелен, а вслух спросила:

— Вас проводить?

— Тупая старая перечница, которая сует нос не в свои дела! — кричала Хелен на Мэтью немного позже.

— Она моя мать.

— Твоя мать — тупая старая перечница, которая лезет не в свое дело! Кстати, скажи ей, чтобы больше носа сюда не казала.

Вечер воскресенья угрожающе приближался. Хелен казалось, что у нее совершенно нет сил. Тем не менее, она неожиданно приняла приглашение лучшей подруги, которой не терпелось познакомиться с загадочным любовником Хелен. С тех пор прошла неделя, и Хелен казалось, будто все изменилось безвозвратно. Пришлось идти на крайние меры. Она позвонила Рейчел.

— В общем, я скажу ему, что все отменяется. У тебя много работы.

— Ни в коем случае! Ты мне все уши прожужжала своим Мэтью. Целых четыре года сохла по нему. Я не собираюсь упускать шанс посмотреть на него.

— Я скажу, что я больна, — тогда мы сможем остаться дома. Сиди в пабе хоть всю ночь — мы не придем!

— Если вы не появитесь, я заявлюсь прямо к вам в квартиру, — рассмеялась Рейчел. — Тебе от этого не отвертеться.

Мэтью вдруг ужасно засуетился, когда они собирались на выход. Он никак не мог решить, что надеть — костюм или рубашку и джинсы. К ужасу Хелен, джинсы победили. Теперь он вертелся перед зеркалом, словно девушка-подросток. В последние дни он как-то потускнел и стал казаться старше. Похоже, он терял прежнюю самоуверенность, ощущение хозяина жизни — сбрасывал их вместе с костюмом и превращался в пожилого папика. Даже его походка стала другой — не такой пружинистой и властной. Хелен едва удержалась от того, чтобы не посоветовать ему выдернуть волоски из носа и прополоскать рот освежителем. Но когда они сели в такси, его нервозность передалась ей, пробудив к жизни все самые худшие ее качества.

— Постарайся говорить поменьше, чтобы не смущать меня, — сказала она заботливо.

Рейчел уже ждала их; она весело поздоровалась с Мэтью и представила его Нилу, но Хелен видела по лицу подруги, что той так и хочется воскликнуть: «Господи, какой старый!» Они провели несколько минут, вешая одежду и заказывая напитки, и все пытались начать разговор. Рейчел была первой:

— Итак, Мэтью, признавайтесь. Сколько у вас было жен, кроме тех двух, о которых мы знаем?

Мэтью принялся было, заикаясь, отвечать. Хелен остановила его:

— Мэтью, она шутит. — Она смерила подругу угрожающим взглядом. — У Рейчел своеобразное чувство юмора.

— Я понял, — довольно изящно заявил он.

— В самом деле, мне просто любопытно, — настаивала Рейчел. — Вы были женаты, когда начался ваш роман с Софи? То есть все развивалось как сейчас?

— Рейчел! — На этот раз Нил пришел Мэтью на помощь.

— Все нормально, Рейчел. Я могу понять вашу заботу о Хелен. Вы не были бы хорошим другом, если бы не были уверены, что она делает правильный выбор. Да, боюсь, я все еще был женат на Ханне, когда встретил Софи, но вряд ли этим можно гордиться. Но я хочу убедить вас, что люблю Хелен и намерен сделать ее по-настоящему счастливой до конца ее жизни.

Он старался изо всех сил, но голос его звучал словно у викария, читающего проповедь. Хелен почувствовала себя униженной.

— Может, сменим тему?

Но Рейчел не собиралась сдаваться.

— У вас ведь дети, разве не так? Должно быть, вы ужасно по ним скучаете.

— Да, — сказал Мэтью, пытаясь понять, откуда полетит следующая отравленная стрела.

— В самом деле, потерять отца в таком юном возрасте — просто ужасно. Вы знаете, каким может быть психологический эффект…

Нил встал, перебив ее:

— Сыграем в пул, Мэтью? Я не мастак, но все лучше, чем сидеть здесь, как на допросе.

Хелен тронула его за руку:

— Отличная мысль. Пойди поиграй. Нам с Рейчел много есть о чем поговорить.

— Что, черт побери, ты делаешь? — прошипела Хелен Рейчел, когда Мэтью и Нил оказались вне пределов слышимости.

— Пытаюсь помочь тебе. Пусть думает, что хочет тебя, но твоя лучшая подруга должна вызвать у него отвращение.

— Ну, остановись. Он любит меня. В его присутствии я чувствую себя неотразимой.

— Он — старик, Хелен. Он находит неотразимым тот факт, что ты сохранила все свои зубы.

— Мы собираемся жить вместе, — сказала Хелен, правда не слишком убедительно, — так что привыкай.

— Как к факту, потому что он не намерен тебя оставить — во всяком случае, не раньше, чем найдет себе кого-то еще. Я все про него поняла. У него все повторяется как по нотам. Он — эстафетчик. Не рвет одних отношений, пока не найдет себе другую жертву. Он просто боится остаться один.

Рейчел делила всех мужчин, в том числе героев собственных недолговечных романов, на многочисленные категории, среди которых были: