Татьяна Тронина - Реальная вечеринка

– Ну, кто первый?

– Наверное, я, – сказала Клава. – Это случилось за день до того, когда Свету, по ее словам, ударил Эл… то есть Петр Никифорович. В лаборатории, которая находится рядом с кабинетом биологии. Сначала мы там были с Зиной Хромовой, кормили хомячков…

Света Родченко презрительно хохотнула, но Клаву это не смутило.

– …к нам забегал еще Руслан Медведев, потом еще Жанна Парщикова. Нет, не так – сначала зашла Света, когда Руслан и Зина ушли, Парщиковой еще не было. Света толкнула шкаф, и на нее свалилась энциклопедия млекопитающих и краем задела ее руку. Левую руку – ту самую, на которой у нее сейчас гипс. Я увидела рану… То есть не рану, а небольшую ссадину… Света даже не обратила на нее внимания, просто натянула рукав пониже.

– Ну и что? – вдруг закричала Света. – При чем тут эта дурацкая энциклопедия?! Одно с другим не связано! Денис Балашов подтверждает, что Петр Никифорович на следующий день треснул меня указкой.

– На следующий день при разговоре Петра Никифоровича со Светой присутствовал не только Балашов, но и я, – выступила вперед Зина. – Разве никто не хочет выслушать и меня?

– Все ты врешь! – завопила Света. – Тебе Петр Никифорович пятерку поставил в году – вот ты и выслуживаешься!

– Может быть, мои знания кто-то проверит? – сказала Зина, обращаясь сразу ко всем. – Уверяю – я отвечу на все вопросы по физике…

– Ответь нам, Хромова, что такое первый закон термодинамики, – быстро спросила Стелла Власовна.

– Изменение внутренней энергии системы при переходе ее из одного состояния в другое равно сумме работы внешних сил и количества теплоты, переданного системе… – четко начала Зина.

– Стелла Власовна, это вопрос из программы десятого класса! – вмешался Электрон.

– Ладно, Хромова, что ты можешь сказать по существу дела?

– Петр Никифорович не бил Свету, – негромко произнесла Зина. – Наоборот, это Света стала угрожать Петру Никифоровичу, что добьется его выдворения из школы…

– Я тоже как-то раз слышал – Светка шантажировала Эл… то есть Петра Никифоровича! – поддержал Зину Руслан. – Честное слово!

– Петр Никифорович никого не бил! – в один голос запищали Люся Липкина и Даша Суржикова.

– А вы тут при чем? – нахмурилась Стелла Власовна.

– А мы – группа поддержки… – робко сказала Даша.

Светин отец, до того внимательно слушавший весь этот разговор, вытер вспотевший лоб платочком и заявил жестко:

– При чем тут группа поддержки? У моей дочери зафиксирована травма – вот, читайте! – он затряс листом бумаги. – Это документ, между прочим…

– Нет у нее никакой травмы! Сейчас за деньги все, что угодно, купить можно… – пробубнил презрительно Руслан.

– Медведев, выйди вон! – возмутилась Стелла Власовна.

– А чего…

– Я сказала – выйди! Постой в коридоре – если надо будет, тебя вызовут. И вы тоже, «группа поддержки»… Пусть останутся только те, кто имеют непосредственное отношение к делу.

– Нет, всех их – вон! – потребовала Света. – Убирайтесь… ну чего смотрите – убирайтесь! – и она, глядя на ребят, разгневанно взмахнула рукой. Левой.

Видимо, взмахнула так сильно, что с нее слетел гипс. Гипс сделал медленный пируэт, просвистел мимо Дениса Балашова (тот успел уклониться) и вылетел в окно. Происходящее напоминало замедленную киносъемку…

Все очнулись только тогда, когда Петр Никифорович торопливо выглянул наружу в соседнее окно и с явным облегчением произнес:

– Ничего страшного, пострадавших нет! Гипс упал на клумбу.

На руке у Светы была маленькая, практически незаметная царапина – все, что осталось от ссадины.

Света быстро спрятала руку за спину.

Повисла напряженная тишина. И тут Денис Балашов негромко произнес:

– Свет, я предупреждал. Зря ты все это затеяла…

Света с ненавистью произнесла:

– Дурак.

– Я ж говорил – врет она все! – завопил Руслан. – Сироту из себя при журналистах корчила, платье в горошек нацепила… А у самой – телефон с брильянтами! Граждане, не верьте ей!

– Что хочу – то и надеваю! – стремительно развернулась к нему Света. – Не твое дело! Тоже мне – чужие бриллианты вздумал считать…

– Тихо! – возвысила голос Стелла Власовна. – Светочка, спокойней. А ты, Медведев, – за дверь!

– Может, у дочи моей – сложный внутренний перелом! – вытирая лоб, подал голос и отец Родченко. – Снаружи ничего нет, а внутри – ни одной косточки целой!

– Пап, да молчи уж…

– Ее все в классе боятся! – дружно, в один голос, запищали Суржикова с Липкиной. – Света Родченко затерроризировала всех! Обещала Зине Хромовой отомстить, если та вздумает прийти на педсовет…

– Мы Зину в обиду не дадим! – загудел Руслан Медведев.

– Нет у нее никакого перелома, у этой Родченко! – заорал Глеб Аверин.

– Есть! Вот вам справка из медицинского центра…

– Папа, да сиди ты!

– Доча, да я ж как лучше…

– Дети, пожалуйста, тише!

Поднялся такой шум и гам, что больше ни одного слова нельзя было разобрать. Полная седая дама из комиссии пыталась успокоить всех – да куда там…

– А ты – зачем меня выдал? – верещала Света, теперь уже в лицо Денису Балашову. – Молчал бы уж совсем! Все испортил… – и она с силой толкнула его в грудь обеими руками – тот едва не упал.

«Да уж, теперь всем стало ясно, что никакого перелома у Светы нет! – мелькнуло в голове у Клавы. – Не всякий здоровый человек смог бы так драться…»

Но в этот момент Света развернулась уже в сторону Зины Хромовой.

– А ты… Ты еще пожалеешь, что пошла против меня! – грозно закричала Света. – Ты, серая мышка… В порошок тебя разотру!!!

Руслан подскочил, заслонил всем корпусом Зину.

– Только попробуй, – усмехнулся он.

Света попыталась толкнуть и его – но Руслан стоял словно скала.

– Какой кошмар… – пробормотала полная седая дама, возглавлявшая комиссию. – Стелла Власовна, нам все ясно. Вы совершенно напрасно вызвали нас сюда. По-моему, это было целиком вашей задачей – установить в школе дисциплину! Дети – неуправляемые, климат – нездоровый, какие-то интриги, угрозы, полное неуважение к учителям… К чему весь этот спектакль?..

Стелла Власовна пыталась оправдаться, но ее никто не слушал.

– Тихо! – вдруг заорал Электрон, и все вдруг замолчали – настолько неожиданным было то, что он повысил голос. – Продолжаем педсовет, – произнес он уже вполне нормально. – Стелла Власовна, какие у вас еще ко мне вопросы?

– У нас… у нас больше нет вопросов… – пробормотала она. – Безусловно, Светочка немного преувеличила… Но ее тоже можно понять… А какие будут вопросы у комиссии?