Стелла Камерон - Бездыханная

– Мне так жарко, что я решила поймать ветерок, – беспечно улыбнулась Лорейн.

– Я оставила конверт.

– Да-да. Его сдуло ветром, когда я хотела положить его на подоконник. Вот он.

– Спасибо. – Анжелика взяла теплый конверт. Видимо, Лорейн держала его за спиной. – Я принесу вам чай со льдом.

– Не стоит, мне уже расхотелось. Честно говоря, я и так знала, что вы явились писать биографию Синджуна.

– Тогда зачем все эти вопросы? – Анжелика села в плетеное кресло.

– Чтобы убедиться, не расходятся ли ваши слова с тем, что мне сказал Чак.

– А почему они должны расходиться?

– Потому что он не впервые играет для Синджуна роль сводника.

– Какое ужасное предположение! – вспыхнула Анжелика.

– Мы же с вами большие девочки.

– В таком случае должна сказать, что ваше предположение оскорбительно и абсолютно неверно.

– Частично – да.

– Что это значит?

– А то, что биография всего лишь предлог, под которым вы сюда явились.

Девушка почувствовала леденящий ужас. Не может быть, у Лорейн не хватило бы времени открыть конверт и хотя бы пробежать глазами письмо.

– Я не понимаю, о чем вы.

– В самом деле? Конечно, Синджун достаточно интересная личность, чтобы стать героем вашей книги, но вы еще и надеетесь подцепить этого богатого холостяка. Разве нет? – Анжелика расхохоталась, а Лорейн понимающе улыбнулась. – Вы не единственная женщина, которая смехом пытается скрыть нервозность. Вы не находите Синджуна неотразимым? И не только в качестве героя биографии?

– Да, Синджун Брейкер очень привлекателен как мужчина, – подтвердила Анжелика.

– И к тому же опасный человек. Советую немедленно собирать вещи. Пусть ваша рыжая приятельница тоже пакует чемоданы. А я уговорю Чака отправить вас обратно.

– Нет.

– Если Син потребует объяснений, Чак скажет, что у вас неожиданно появилось срочное дело и не было времени на прощание с ним.

– Нет.

– Вы, кажется, меня слышали, – удивленно сказала Лорейн. – Думаю, вы явились сюда не за скандальными фактами для какой-то там книжонки. Вы хотите на месте определить, чем ловить Сина и что по максимуму можно от него получить. Я права?

– Нет. Прошу вас, уходите.

Лорейн склонилась над Анжеликой, упершись руками в подлокотники ее кресла.

– Уйти придется вам. Я здесь живу, а вы, дорогая, еще не поняли, с каким огнем вздумали играть. Синджун не для вас. И вы не из тех женщин, которых он предпочитает!

Господи, да Лорейн Харт просто ревнует. Возможно, она и любовница Чака Гилла, но очень хотела бы стать любовницей Синджуна.

– Благодарю за предупреждение. Приму его к сведению.

Прекрасное лицо собеседницы мгновенно превратилось в злобную маску.

– Слушай меня и слушай внимательно. Если бы ты в самом деле была журналисткой, то знала бы, что Синджун Брейкер никогда и никому не позволяет вставать у него на пути. Особенно женщинам.

– А почему вы уверены, что я не пойду к Синджуну и не расскажу о нашем разговоре?

– Потому что мы с ним как два пальца на руке. Он тебе не поверит.

– Вы, кажется, подруга Чака.

– Даю тебе последний шанс спастись. Воспользуйся им, другого уже не будет.

У Анжелики по спине пробежали мурашки.

– Может, тогда стоит поговорить с Чаком?

Лорейн громко и совершенно искренне расхохоталась, отчего ее большие груди подпрыгивали, словно резиновые.

– Чаку? Да он всю жизнь был другом Сина и в беде, и в радости. Чак воспринимает его проблемы как собственные, и наоборот. То, что имеет Син, имеет и он. Теперь ты меня понимаешь?

– Значит, они делят все, в том числе и вас? – дерзко спросила Анжелика.

– Да! И мне это нравится. Син, Чак и я отлично понимаем друг друга. Так будет всегда.

– И вы хотите убрать меня с острова, потому что боитесь конкуренции?

Лорейн грозно выпрямилась.

– Мое дело – сказать, твое дело – принимать или не принимать мои слова всерьез. Если с тобой что-то случится, пеняй на себя. Существуют люди, мужчины, которые слишком энергичны, слишком полны жизни, которых не понимают остальные. У этих мужчин есть потребности, нуждающиеся в удовлетворении, а кое-кто не хочет этого понимать и мешает им. Они – боги, живущие среди мелких людишек, поэтому вынуждены находить способы для удовлетворения своего голода.

– Боже правый, – пробормотала Анжелика.

– Не смейся надо мной, тупоголовая дрянь. Синджуну Брейкеру нужна власть. Он заслуживает ее. Потому что намного сильнее других. Он сам это знает. Если он хочет женщину – значит, хочет ее. И получает. Если он собирается что-то делать, то делает. Если кто-то встает на его пути, он поступает так, как и следует поступить.

– И как? – Анжелика встала, чувствуя дрожь в ногах. – Бросает непокорного на растерзание диким зверям? Или просто… избивает до… полусмерти… и…

– И ничего. Кажется, до тебя наконец дошло. Я живу в Пуа-Кали. Это в северной части компаунда. За стенами. Когда будешь готова, дай знать. А пока советую запомнить: если Син тебя захочет, то он непременно удовлетворит свое желание, а потом отпустит на все четыре стороны.

– Полагаю, вы судите по личному опыту.

– О нет! – покачала головой Лорейн. – Я другая. Мы с Сином в чем-то похожи, я знаю, как с ним ладить. А вот ты – как все остальные.

– Остальные?

– Те, кому вообще ничего не светит.

Глава 8

– Ты хотел меня видеть?

– Входи, Чак, – повернулся к другу Синджун, заправлявший бумагу в факс.

Пилот налил себе газированной воды из открытой бутылки, затем поднял стакан и шутливо салютовал:

– Я здесь.

– Уже заметил.

– Готовишься отправить ее?

– Ты о чем?

– О твоем прелестном биографе. О мисс Анжелике Дин, которая вынуждает тебя к столь неординарному поведению.

– А, это. Почему ты решил, что я собираюсь отправить ее назад?

– По твоему неординарному поведению, – хмыкнул Чак, вытирая рот ладонью. – Синджун Брейкер, орущий на виду у целого света.

– Чушь.

– А сегодня утром? На тропе? Кто стоял перед хорошенькой писакой с таким видом, будто собирался голыми руками свернуть ей нежную шейку?

– Я считал, что ты нездоров. Как ты узнал? Поставил на крыше телескоп?

– Зачем, есть Кэмпбелл Миджли, – ухмыльнулся Чак, отправляя в рот горсть соленого арахиса.

– Этот парень заставит меня нарушить собственное правило.

– Что за правило?

– Не терять самообладания.

Несколько орешков упали на пол, и Свифти быстро подобрал их языком.

– Ты и ему свернешь шею? – съехидничал Чак.

– Где был Кэмпбелл?

– В твоем вертолете.

– Какого черта он там делал?

– Парень обожает вертолеты. Я взял его с собой на прогулку, он и сообщил мне, как ты разъярился на девицу.