Шеррилин Кеньон - Любовник из фантазий

Грейс удивленно подняла на него глаза:

– Кажется, тебе тоже довелось испытать это?

– Еще как довелось.

Она протянула руку, как будто хотела приободрить его.

– Это из-за того, что случилось с Пенелопой?

Юлиан отвел взгляд.

– Я могу где-нибудь постричь волосы? – неожиданно спросил он.

– Зачем?

– Не хочу, чтобы они напоминали мне о прошлом.

Грейс кивнула:

– В торговом центре предоставляют любые услуги.

– Тогда отведи меня туда.

Когда они вошли в парикмахерскую, Юлиан решительно сел в кресло.

– Вы уверены, что желаете короткую стрижку? – спросила женщина-парикмахер, восхищенно приглаживая длинные золотые локоны Юлиана. – У вас такие прекрасные волосы. Обычно мужчины смотрятся ужасно с длинными волосами, но вам очень идет. Какой кондиционер вы используете?

Лицо Юлиана не выразило никаких эмоций.

– Стригите.

Маленькая изящная брюнетка с завистью взглянула на Грейс.

– Если бы у меня была возможность запускать руки в это чудо каждую ночь, я ни за что не позволила бы ему постричься.

Грейс улыбнулась:

– Это его волосы, пусть сам решает.

– Ладно. – Волосы Юлиана посыпались на пол.

– Короче, – недовольно сказал Юлиан.

– Вы уверены?

– Да.

Грейс молчаливо наблюдала, как парикмахер колдует над волосами Юлиана. Длинные пряди превратились в золотые локоны, напомнив ей о «Давиде» Микеланджело.

Посмотрев на Юлиана, она улыбнулась:

– Теперь ты выглядишь вполне современно.

– А правда, – спросила Селена, когда они вышли на заполненную людьми площадь, – что ты сын Афродиты?

– Это как посмотреть. – Юлиан нахмурился. – Мать бросила меня, отец от меня отрекся, и я рос в спартанском лагере, где меня воспитывали все, кому не лень.

Его слова эхом отозвались в сердце Грейс. Так вот почему он такой сильный и… такой грубый! И вообще, знает ли Юлиан, что такое ласка и забота? Знает ли он, что такое чистая любовь, которая не требует ничего взамен? Грейс пристально посмотрела на него. Он шел, словно смертельно опасный хищник, засунув большие пальцы в передние карманы джинсов, и не обращал ни малейшего внимания на женщин, которые оглядывались ему вслед. Глядя на его уверенность и неуловимые движения, можно было предположить, что прежде он был свирепым бойцом.

– Селена, – тихо произнесла Грейс, – мне изменяет память, или мы действительно читали, что спартанцы избивали своих детей только ради того, чтобы проверить, как они терпят боль?

Неожиданно ей ответил сам Юлиан:

– Это правда. Раз в год они устраивали соревнования, чтобы посмотреть, кто выдержит самые продолжительные избиения.

– Некоторых даже забивали до смерти во время этого соревнования, – с дрожью в голосе добавила Селена.

Теперь для Грейс все встало на свои места – и то, что Юлиан говорил о своем детстве в Спарте, и его ненависть к грекам.

– Наверное, сын богини мог долго терпеть побои, – поинтересовалась Селена.

– Да, это так.

– Знаете что? – По тону Селены Грейс поняла, что она хочет поднять всем настроение. – Я, признаться, проголодалась. Может, перекусим гамбургерами в «Хард-рок-кафе»?

Юлиан удивленно свел брови:

– Почему мне все время кажется, что вы разговариваете на иностранном языке? Что такое «Хард-рок-кафе»?

Грейс улыбнулась:

– «Хард-рок-кафе» – это сеть ресторанов, и там мы можем поесть.

– Вы хотите сказать, что едите в заведении, где пища твердая, как камень?[3]

Теперь уже Грейс откровенно рассмеялась. И почему она не подумала об этом раньше?

– Поверь, там неплохо кормят. Пойдем, сам попробуешь.

Они направились в «Хард-рок-кафе», расположенное через дорогу от торгового центра, и заняли там очередь.

Вскоре женщина-администратор, взглянув на Юлиана, обратилась к ним.

– Прошу вас, следуйте за мной. – Она пошла вперед, раскачивая бедрами.

Грейс многозначительно посмотрела на Селену, и та кивнула в ответ.

– Похоже, теперь нас всегда будут проводить без очереди.

Вскоре они уже усаживались в отдельной кабинке в дальнем углу.

Как и предполагала Грейс, Юлиан сел рядом с ней, и она вежливо подала ему меню.

– Я не могу прочитать, что тут написано. – Он спокойно вернул меню, и Грейс стало стыдно, что она не подумала об этом.

– Я не знала, что солдат в Древней Греции не обучали читать.

– Обучали – на древнегреческом, на латыни и на санскрите. А еще я разбираю египетские иероглифы, как и некоторые письменности мертвых языков. Но язык этого меню для меня все равно что тарабарский. – Юлиан вздохнул и положил руки на стол.

Оторвавшись от меню, Селена бросила взгляд на его ладони и ахнула.

– Это как раз то, что я думаю? – Она протянула руку и дотронулась до кисти Юлиана.

К удивлению Грейс, Юлиан позволил ее подруге подробнее рассмотреть кольцо на пальце правой руки.

– Ну что, видела?

Грейс села поудобнее, пытаясь понять, о чем идет речь.

– Красивое кольцо, – осторожно сказала она.

– Это кольцо говорит о том, что наш друг был не простым воином, а полководцем, говоря современным языком.

Юлиан мрачно кивнул:

– Все верно.

Селена шумно выдохнула:

– Грейс, ты даже представить себе не можешь, что это значит! В те времена такие кольца просто так не раздавали. Нужно было сильно отличиться, чтобы заполучить его.

Впервые Грейс позавидовала докторской степени Селены, благодаря которой ее подруга знала все о мире, из которого пришел Юлиан. Впрочем, никакая ученая степень не нужна для того, чтобы понять, как сложно человеку, командовавшему армией, оказаться в вечном подчинении у женщин.

– Уверена, ты хорошо справлялся со своими обязанностями, – сказала она.

Юлиан кивнул:

– У меня была сильная армия.

– Ты, наверное, выиграл немало сражений.

Юлиан улыбнулся – он уже несколько веков не вспоминал о своих победах.

– О да, пару раз я задал жару римлянам.

– Кстати, – прервала их Селена, – могу я взглянуть на лук Купидона?

Юлиан осторожно достал кулон из кармана и аккуратно положил на стол.

– Берегись, – сказал он, когда Селена протянула к нему руку. – Золотой лук небезопасен. Одно неосторожно движение, и ты влюбишься в первого встречного.

Селена отдернула руку, и тогда Грейс, взяв со стола вилку, с ее помощью подвинула кулон поближе.

– Почему он такой маленький?

Юлиан улыбнулся:

– Ты никогда не слышала поговорку: «Размер не имеет значения»?

Грейс укоризненно посмотрела на него.

– И как Купидон пользуется этой вещицей? – спросила она.

Юлиан пожал плечами:

– Он может уменьшить меня до размеров кулона или увеличить кулон до размеров настоящего лука – все зависит от ситуации.