Линда Уиздом - Незваный гость

Кали фыркнула.

– Мой отец пришел бы от вас в восторг.

«Сомнительный комплимент», – подумал Тревис.

– Он любил выражаться в таком духе.

– Вас что-то точит и не дает покоя. Кали. Может быть, сегодня годовщина вашего развода?

Она с горечью рассмеялась.

– Ошибаетесь, в этот день я плясала бы от радости и благодарила Бога, что осталась жива и здорова, да к тому же перебралась сюда. Лучше ответьте мне, почему вы еще не наметили план вашей книги? Покажите мне, что вы хотите сделать, и тогда мы все обсудим, – проворковала она. Обычно таким тоном что-то обещают капризному ребенку.

– Вы постоянно переводили разговор на другую тему, и я понял, что вам это неприятно.

– Ну и как, ваша тактика сработала?

– Нет. Неужели вы боитесь, что я узнаю правду?

Он попал в самое больное место. Кали чуть было не вскрикнула. Она наклонила голову, распущенные волосы упали ей на лицо и закрыли его.

– Обещаю, что отнесусь к вашим идеям со всей серьезностью, – тихо произнесла она. – В конце концов, вы приехали сюда, чтобы уговорить меня вам позировать. Так что мне придется вас выслушать.

– Вы уверены, что сейчас сказали мне правду, или просто хотите от меня поскорее отвязаться? – Тревис решил вызвать ее на откровенность.

Кали вскинула голову и ее глаза зажглись злобным пламенем.

– Я могла проявить слабость в пункте А, но не подталкивайте меня к пункту Б, если не хотите все потерять, – мрачно предостерегла она Тревиса и, резко повернувшись, покинула гостиную.

Он растянулся на диване, глядя, как догорает огонь в камине. Тревис не мог понять резкую смену настроений Кали. Ему никак не удавалось докопаться до причины ее душевной неуравновешенности. Эти перепады казались ему бессмысленными. Вряд ли он сказал что-то бестактное или обидное. Обычно это ему не свойственно. Неужели он ляпнул что-то сгоряча и сам того не заметил?

Тревис лежал и думал, удалось ли ему хоть немного повлиять на Кали за последние дни. Конечно, теперь она стала мягче, терпимее и почти не боялась говорить с ним о себе. Но он не мог не признать, что и Кали затронула его за живое. Ее красота, ее ранимость, одиночество… Продолжая размышлять о ней, Тревис невольно закрыл глаза и представил ее себе обнаженной, сгорающей от страсти, с разомлевшим после его ласк лицом с мечтательным взглядом. «Стоп, – оборвал он себя, – эти мысли до добра не доведут. Зачем распалять воображение, если секс для нее по-прежнему запретная зона?»

Он выпрямился, поднялся с дивана, приблизился к камину и сгреб в кучу золу, а потом отправился к себе наверх. Там, в мансарде, его ждала лишь одинокая холодная постель. Если он еще не сошел с ума, ему надо срочно собрать вещи, попрощаться утром с Кали и вернуться в Лос-Анджелес. В студии он сразу погрузится в работу. Скучать ему не придется: Дек пристанет к нему с ножом к горлу, начнутся перепалки, споры, кутерьма, звонки знакомых женщин…

Тревис негромко выругался, снял ботинки и носки и расстегнул джинсы. Нет, ничто не заставит его забыть Кали. Но и торопить события нельзя – если он сейчас ляжет с ней в постель, то усугубит ее болезнь и подтолкнет к безумию.

Глава 6

Тревис долго не мог уснуть и размышлял, почему у Кали так испортилось настроение. Он вспомнил тени у нее под глазами и мрачное выражение лица, не покидавшее ее весь день. С ней явно творилось что-то неладное, но что именно, он так и не понял. Вскоре он задремал, но через несколько минут проснулся и вновь подумал о Кали. Беспокойно поворочавшись с боку на бок, Тревис наконец забылся чутким сном.

Среди ночи его разбудил шум в гостиной. Он забеспокоился, вскочил, выбежал на лестницу и поглядел вниз. Кали сидела на ковре перед камином, вокруг нее были раскиданы фотоальбомы. Слезы градом катились у нее по щекам. Тревис, не тратя времени, натянул джинсы и бросился вниз по лестнице. Она была так погружена в себя, что даже, казалось, не заметила его появления.

Кали скрестила ноги, на коленях у нее примостился лопоухий плюшевый медвежонок. Она просматривала фотографии и по-прежнему не обращала внимания на Тревиса. Он подошел и сел с ней рядом. В комнате сквозило, но Кали даже не накинула халат и оставалась в легкой ночной рубашке.

– Кали? – ласково произнес он и дотронулся до ее плеча.

Она никак не отреагировала на его обращение.

– Какая ты у меня была хорошенькая, – прошептала Кали, взяв в руки фотографию новорожденной дочки. – Большинство детей рождаются красными и сморщенными, а ты нет. И всегда улыбалась, а особенно мне…

Тревис взял у нее фотографию и поглядел на крошечного ребенка. Затем перевернул снимок и тихонько выругался, прочитав на обороте дату, выведенную аккуратным женским почерком. Да, этой фотографии уже четыре года. Неудивительно, что Кали так расстроилась. Вчера был день рождения ее дочери, а девочку прячут неизвестно где. С кем она провела этот день, вспомнила ли свою маму, получила ли что-нибудь в подарок? Теперь Кали может лишь мечтать и надеяться, что в следующий день рождения она поможет дочке задуть свечи на именинном торте.

– Это медвежонок Бу. – Она приподняла игрушку. – Черил повсюду брала его с собой. Наверное, ей без него очень тоскливо. – Кали вытерла слезы. – Если бы я знала, где она сейчас, то непременно отправила игрушку ей. – Она перелистала страницы альбома и показала самые дорогие ей снимки. – Вот видите, тут Черил только начала ходить. Мы дразнили ее, она переваливалась как утка, но ни на что не опиралась. А вот здесь ей год. Ее первый день рождения. Он прошел для нее не очень весело. Пятилетний сын нашего агента швырнул в нее кусок торта, а потом вымазал ей лицо мороженым. Мне пришлось ее долго отмывать… Вот, видите, – Черил впервые села на пони и ни капельки не испугалась. Она всегда была независимой. Блейн считал, что она унаследовала это от меня. Уж он-то храбростью не отличался. – Кали с презрением усмехнулась. – Я потеряла ребенка, Тревис. Боже мой, как я могла это допустить? За что я наказана судьбой? Я никому не сделала зла. Почему у меня украли дочь и почему ее не могут найти? Я так хочу видеть ее здесь, со мной.

Тревис крепко обнял Кали, прижал к себе.

– Вас не за что наказывать, Кали. Вашему бывшему мужу хотелось, чтобы вы страдали, и он нашел прекрасный способ. Обещаю, что она к вам вернется.

Кали вздохнула и уткнулась мокрым лицом в его обнаженную грудь.

– Детективы в агентстве говорят то же самое, когда я посылаю им чек, но результатов до сих пор нет, – с горькой усмешкой откликнулась она. По ее щекам вновь полились горячие слезы и упали ему на грудь.

Тревис ощутил, как дрожит Кали. «Еще не хватает, чтобы она простудилась», – подумал он, встал и, не выпуская ее из объятий, подвел к двери в спальню.