Софи Андрески - Мой гарем

— Вы слепой?

Он улыбнулся и сказал:

— Меня так просто не возьмешь. Главное — это победа.

Потом он спросил, как меня зовут.

— Амели, — соврала я.

— Амели, — повторил он.

Мы сидели на лавочке, а парк вокруг нас медленно исчезал в сумерках. Паоло рассказывал о своем родном городе Турине и о том, что его семья год назад переехала в Германию.

— Год назад? — изумленно спросила я. — Но вы великолепно говорите по-немецки.

Он улыбнулся.

— Я каждый день утром и вечером ходил на курсы, И все остальное время говорил с немцами, чтобы тренироваться. Я слушал кассеты и не разговаривал со своей семьей по-итальянски. Это непросто.

Я была поражена. Паоло рассказал, что его семья сейчас организовала маленькую прачечную, а он хочет добиться в жизни большего. Он мечтает о баре, самом эксклюзивном баре в городе.

— Я работаю целый день, а вечером учусь. Учиться никогда не поздно.

Стало прохладно. Он протянул ко мне руку, коснулся плеча, набросил на меня свой пиджак и оставил ладонь на спинке лавочки. Я не сопротивлялась. Кончиками пальцев он провел по моей шее, и соски у меня затвердели. Так все началось.

Однажды у меня был недолгий роман с одним слепым. Но и без этого я понимала, что Паоло лжет.

Он по привычке включил свет, когда мы вошли в квартиру, и хотя у него было чисто, в квартире не было того педантичного порядка, который помогает слепым легко ориентироваться. Сперва я прикидывала, чего же он не хочет видеть, но потом мне стало ясно, что речь идет о другом. Это я чего-то не должна была увидеть. Очки были на нем, чтобы держать мир на расстоянии и давать ему какое-то преимущество, потому что он видел и знал то, о чем я, как он считал, понятия не имела. Чем-то эта ситуация напоминала мне испытание. Он старался казаться беззащитным, чтобы проверить, как я воспользуюсь его слабостью.

Кроме того, что мне было интересно, насколько далеко он зайдет в этой игре, и сама инсценировка начинала мне нравиться. Это немного напоминало сексуальные игры, когда двое играют в школьный урок, больницу или допрос. А мы с ним играли в слепого и женщину, которая думает, что ее никто не видит. Он положил пиджак и палку на кресло, склонил голову набок, глядя мимо меня, и предложил мне выпить. Я решила извести его ожиданием и начала расспрашивать, что у него есть, нет ли льда в морозилке, какой марки у него вино. Делая вид, что бесстыдно рассматриваю комнату, я приподняла свое полупальто и юбку и, осторожно стянув трусики, спрятала их в сумочку. Паоло держался молодцом. Он незаметно сглотнул, но продолжил свой рассказ о тех местах, где выращивают граппу. Граппа у него будет особенная, такую он будет подавать у себя в баре, а там все будет самым лучшим.

Я перешла в нападение. Совершенно уверенная в том, что он за мной наблюдает, я как можно тише открыла ящик его стола и начала в нем рыться. Хотя лицо у Паоло осталось спокойным, я заметила, что он попытался закончить разговор о напитках, чтобы получить возможность подойти ко мне поближе. Громко вздохнув, я села на кресло, где лежал его пиджак, устроилась поудобнее на приятной ткани, бесстыдно запустила руку себе в вырез и начала ласкать грудь. Я закинула ногу на подлокотник кресла, и когда он протянул мне бокал граппы, застенчивым голосом спросила, можно ли мне снять пальто. При этом я быстро расстегнула блузку, И когда Паоло протянул руку за пальто, одним движением расстегнула застежку бюстгальтера, которая из практических соображений находилась впереди. Я.сидела напротив него с обнаженной грудью и говорила о всяких мелочах: о парке, погоде, его квартире. Паоло отвечал быстро и также банально. Иногда, когда я нежно нажимала кончиками пальцев на соски или двигалась в кресте, чтобы грудь начала раскачиваться, его ответы не всегда соответствовали вопросам, но я делала вид, что этого не замечаю. Наконец Паоло не выдержал.

— Могу поспорить, что у тебя очень нежная кожа, — просто сказал он.

— О да, — ответила я, думая о том, как всегда изумлялись мои мужчины, обнаружив, что кожа у меня по всему телу была такой же мягкой и безупречной, как на лице. Только на локтях и на ягодицах она иногда немного грубее, но крем с морской солью и пять мужчин, которые его втирают, творят чудеса.

— Ты явно чувствуешь больше, чем зрячие, — сказала я, — говорят, что у слепых вместо глаз — кончики пальцев.

Я потянулась к нему и взяла за руку. Он соскользнул с кресла и встал передо мной на колени. Я прижала его ладонь прямо к своей груди. Когда я немного наклонилась вперед, они приятной тяжестью опустились на его ладони. Он прикоснулся к ним, ощупывая мои формы.

— У тебя красивая грудь, — сказал он.

Я встала.

— Посмотрим, понравится ли тебе все остальное. Выскользнув из юбки, я встала прямо перед ним.

Почти трогательным жестом он прижался головой к моим бедрам, вдохнул запах влагалища и обнял меня обеими руками.

— Я тебе помогу, — сказала я, но он оттолкнул меня и прошептал, что может сделать это и сам. Вскоре он стоял передо мной полностью голым. Он взял меня за руку и повел к кровати.

— Ляг, — сказал он, — подтяни колени к груди, а ноги при этом не разводи. Руки сложи за головой.

Да, он точно знает, чего хочет, подумала я и повиновалась. Было так странно лежать в такой позе перед мужчиной. Я знала, что между приподнятых ягодиц он видит мои половые губы, а я не видела его из-за поднятых ног. Он приблизился ко мне, коснулся ног и провел копчиками пальцев от пяток до ягодиц. Я слегка вздрогнули.

На бедрах прямо под ягодицами и под коленками было щекотно, но Паоло шлепнул меня по икрам.

— Не дергайся!

Он снова провел по моим ногам. Я сосредоточилась на ощущениях и попыталась лежать как можно тише. Паоло встал передо мной на колени и слегка надавил верхней частью тела на мои ноги. Я в душе обрадовалась, что долгие годы ходила на йогу. Паоло начал целовать мои стопы, щиколотки и поставил засос над пяткой, там, где летом мне всегда трут босоножки. Потом он сантиметр за сантиметром начал облизывать мои ноги под коленом он опять поставил засос, а я почувствовала, что уже начинаю течь, и напрягла попку. Он опять меня шлепнул.

— Не дергайся!

Он хотел, чтобы я была совершенно пассивна. Это было для меня в новинку, но мне подумалось, что он точно знает, что делает и чего хочет. Он так сосредоточенно и самоотверженно целовал меня под коленом, что мне стало любопытно, что же будет дальше. Он еще сильнее прижал мои ноги к груди и склонился над моими половыми губами, которые были видны между бедер. Он коснулся их дыханием, и я почувствовала холод его очков на своих бедрах. Кончиком языка он касался покрытой волосами щелки между половыми губами, но не запускал язык глубже, а просто проводил вдоль них языком от верха — куда он дотягивался — вниз, до попки. Там он тоже меня облизал, и мне так хотелось раздвинуть ноги и почувствовать его язык в своей влажной щелке, которая к тому времени, казалось, уже раскалилась. Мне так хотелось посмотреть, встал ли у него член, хотелось коснуться его, взять в рот, но Паоло сжимал меня, как туго перевязанный сверток.