Джонелл Лоусон - Розы для богатых

Отэм достала из шкафа три чашки, налила кофе и, поставив их на стол, присела напротив Эллы.

– Ты собираешься продолжать работать или возьмешь длинный отпуск до открытия закусочной?

– Я бы с удовольствием, но у меня не осталось ни цента. Буду работать как бешеная, чтобы сколотить денег на открытие. И нужно еще что-то иметь в загашнике, если дело пойдет не очень хорошо из-за того, что закрыли шахту.

Молли повернулась от мойки:

– А что у вас за работа? Мне, кажется, еще никто не говорил.

Элла вопросительно посмотрела на Отэм. Отэм кивнула и пожала плечами.

– Я шлюха, – сказала Элла.

Выражение лица у Молли совершенно не изменилось.

– Слышала, это дело прибыльное. – Тетушка вытерла руки полотенцем, подошла к столу и взяла чашку. – Пожалуй, возьму-ка я свой кофе к Лонни в кабинет и немножко посмотрю телевизор. Там сейчас будет мыльная опера, которую я стараюсь не пропускать. Пристрастилась к этой дурацкой штуке, когда работала в домах в Тэтл-Ридже. – И она пошла в другой конец дома, ворча себе под нос: – У этих ребят в телевизоре ну столько жутких проблем, что я чувствую себя прямо в инкубаторе каком-то, потому что у меня есть крыша над головой и фасоль в кастрюле.

Отэм усмехнулась и проводила тетю взглядом, а потом повернулась к Элле:

– Что ты знаешь об Осборнах?

– Не очень много, – ответила Элла. – Мне известно только то, что о них говорят в городе. – Она вытащила из сумки сигарету, спички и закурила. – Шахтой совместно владеют четыре брата: Дуглас, Хомер, Джордж и Дэйл. Все остальное в городе принадлежит Дугласу. Я слышала, что он начал крутить дела сразу после окончания колледжа. Он прожженный деляга и очень крутой. Винокуренный завод раньше принадлежал Веллингтонам. Но он и его как-то прибрал к рукам. То же самое и со всем остальным, чем он владеет. – Элла затянулась дымом и улыбнулась с каким-то оттенком удовлетворения. – Если шахту закроют, то это коснется не только меня одной. Дуглас вряд ли почувствует, а вот по братьям ударит больно. Шахта для них – единственный источник дохода. Кроме притонов, конечно.

– Притонов? Да ты шутишь! Зачем Осборнам головная боль с контрабандным виски, когда у них и так денег до чертиков?

– Потому что они зашибают на этом колоссальные барыши. Виски, игральные автоматы, женщины – и все без уплаты налогов. И чертовски маленькие капиталовложения. Все, что им нужно, – это старый домишко на тихой проселочной дороге. Несколько стульев и столов, музыкальный автомат, кое-как сколоченная стойка, сзади несколько комнатушек для женщин. – Она раздавила сигарету в пепельнице. – Знают об этом немногие, и доказать ничего не докажешь, но все это делается с согласия Дугласа.

– А что же полиция? – спросила Отэм.

– В прошлом году Дуглас провел в мэры Хомера. Время от времени проводятся рейды, но об этом кого надо оповещают заранее, и к приезду полиции там все чисто. Всем этим делом для Осборнов заправляет Амос Паттерсон, менеджер продуктового магазина Осборнов. Он-то и выступает прикрытием. Если это дело даже вдруг кого-нибудь заинтересует, то посчитают, что за всем стоит именно он.

– Откуда ты знаешь?

– Я была там однажды рано утром, когда Амос Паттерсон зашел поговорить с Рексом. Рекс Картер держит один из притонов, тот, в котором я работаю. Дверь в его кабинет была приоткрыта, и я подслушала, как Амос говорил по телефону с Дугласом. По тону разговора я поняла, что они беседуют не о продуктовом магазине, поэтому прислушалась. Амос получал приказы от Дугласа.

Отэм тихонько засмеялась:

– Даже со всеми их большими белыми домами Осборны не более чем грязные, невежественные, писающие в кустах людишки.

Элла непонимающе посмотрела на нее, но усмехнулась:

– Давай сходим в закусочную и съедим по гамбургеру. Хочу делать вид, будто все чудесно. Может, ты подскажешь какие-нибудь идеи, чтобы это заведение стало стильным.

Женщины вышли из дома в хорошем настроении, но едва они доехали до города, как вся их веселость улетучилась. События последних двух дней как бы висели в воздухе. Люди были какие-то тихие, заторможенные, с вытянутыми лицами, будто их мучили угрызения совести. Отэм почувствовала, как на нее накатывает уныние, вязкое, словно грязь.

– Господи! Когда же это кончится?

– Знаешь, я была с половиной шахтеров «Черного алмаза». Некоторые из них женаты. Я знаю, как зовут их жен, детей, что они больше всего любят на ужин… От этого с человеком что-то происходит. – Элла остановила машину напротив закусочной и выключила двигатель. – С ума сойти можно, что лезет в голову вот в такие времена. У меня перед глазами мелькают их петушки и смешные хвостики. У одних петушки маленькие, у других большие, у одних короткие и толстые, а у других длинные и морщинистые. Впрочем, все они обращались со мной хорошо. Я буду обслуживать бесплатно каждого мужика, который этого захочет.

Отэм усмехнулась про себя.

– Ты такая добрая, Элла.

Элла поглядела на Отэм глазами, полными удивления.

– Я сама себе не верю. Неужели я сейчас сказала то, что сказала? Н-да, с такими разговорчиками лучше уж открывать бордель. – Она распахнула дверцу и выпрыгнула на улицу. – Все, хватит. Сегодня у меня большой день. Я никому не позволю его испортить!

Закусочная представляла собой длинную комнату с прилавком в одном конце и восемью столами, на которых стояли вазочки с пыльными пластмассовыми цветами. На трех маленьких окошках криво висели пожелтевшие занавески. Комната была пуста, если не считать продавца, здоровенного детину с животом, нависшим над замызганным белым фартуком. Карман на его серой рубашке был порван. Он поглядел на женщин крохотными глазками, которые совершенно терялись в складках жирного, одутловатого лица. Выражения этого лица было достаточно, чтобы нагнать тоску на всю оставшуюся жизнь.

– Ты хотела стиль, – промолвила Отэм, быстро повернувшись к Элле. – Я тебе скажу, что нужно сделать. Начнем, пожалуй, с пола. Сюда, я считаю, следует положить что-нибудь из Персии. А на окна предлагаю что-нибудь в красных тонах – бархат, может быть. – Она прошла по комнате, провела пальцем по исцарапанным столам. – Это нужно выкинуть. Мы подберем несколько штук в духе чиппендейла. Понадобятся расшитые полотняные скатерти на столы, красные цветы и красивые вазы – подойдет династия Минь.

– Что такое «чиппендейл»?

– Такая мебель, по имени английского мастера.

– Я думала, это собака.

Отэм улыбнулась:

– К чиппендейлу необходимы хрустальные канделябры.

– Естественно, – отозвалась Элла. – Ни одна закусочная не может обойтись без чиппендейла и канделябров.

Официант стоял уткнув короткие руки в толстые бока.