Временная жена - Катарина Маура

нее, и глубоко вдыхаю. — Скажи, какой вызов ты хочешь, и я сделаю все, чтобы это случилось. Куплю тебе компанию, чтобы ты управляла ею от моего имени. Как тебе такое?

Она вздыхает.

— Нет. Я не хочу больше работать с тобой, Лука. Я не знаю, как еще объяснить.

Я смотрю в ее красивые глаза, видя, как в них переплетаются разочарование и боль. Я не понимаю. Почему, черт возьми, она уходит, когда я предлагаю ей целый мир?

Валентина улыбается и протягивает мне листок бумаги.

— Мой срок уведомления — шесть месяцев. Это время, чтобы найти мне замену и обучить ее. Вот список кандидатов, которых я отобрала. Если ты скажешь, кого предпочитаешь, я приглашу их на собеседование.

Я смотрю на документ в руках, скриплю зубами и сжимаю его в комок, прежде чем уронить на пол. Валентина ухмыляется и вытаскивает из своей сумки еще один экземпляр. На этот раз она не вручает его мне, а кладет прямо на мой стол.

— Посмотри на кандидатов, — говорит она мягким голосом. — Я ухожу, и тебе будет нужен кого-то на мое место.

Она уходит, ее длинные волосы колышутся с каждым шагом. Я позволяю ей выйти из моего кабинета, но она с ума сошла, если думает, что я позволю ей просто так выйти из моей жизни.

Глава 16

Валентина

Мои руки дрожат, когда я перечитываю статью, которую «The Herald» опубликовал о Луке и Наталье, объявивших о своей помолвке. Их запечатлели за ужином, и то, как он на нее смотрит, наполняет меня одновременно и тоской, и болью. Я знаю, что не влюблена в Луку, но между нами есть нечто, чего не было раньше. Наверное, больнее всего осознавать, что могло бы быть, и что было. Наша история начнет тускнеть с каждым днем, пока не превратится в далекое воспоминание, как и сказала моя мама.

Я резко вдыхаю, глядя на список кандидатов, который я составила. Один из них займет мое место, станет ближайшим помощником Луки. Если я все сделаю правильно, он даже не заметит моего отсутствия. Правильный человек сделает так, чтобы его отсутствие не ощущалось.

Ему не меня жалко терять. Он переживает за рабочий процесс, который мы с ним выстроили. Это не будет легко, но шести месяцев должно хватить, чтобы обучить кого-то, кто сможет делать все, что я сейчас делаю для него. В этом мире никто не незаменим — особенно я.

Вздохнув, я раскидываю документы на полу в своей гостиной. Я могла бы провести собеседования с каждым из них, но времени на это нет. Мне нужно выбрать десятку лучших кандидатов, потому что я знаю, что Лука не сделает этого.

Я почти определилась с двадцатью кандидатами, когда вдруг раздается звонок в дверь. Я хмурюсь в недоумении и иду открывать. Сиерра или Рейвен сообщили бы мне, если бы собирались прийти, да и они всегда входят без стука. Моя мама и бабушка не приехали бы ко мне, они просто попросили бы меня поехать к ним.

Мои глаза расширяются, когда я вижу Луку на экране видеонаблюдения. Его щеки пылают, и он выглядит пьяным.

— Валентина? — он спрашивает через домофон.

Что он здесь делает? Сегодня его обычный вечер покера с братьями, и он никогда не пропускает его. Его семья — это все для него. Не один раз он завершал деловые поездки раньше срока, чтобы успеть вернуться вовремя для этого, так почему он здесь сегодня?

Я нервничаю, впуская его, не понимая, что все это значит, и поражаюсь тому, как бешено бьется мое сердце.

— Валентина, — говорит он, наклоняясь в дверной проем. Он улыбается, и мое сердце замирает. Он выглядит таким открытым. Я не думаю, что когда-либо видела его улыбающимся мне так.

— Ты пьян, — шепчу я, когда он спотыкается и заходит в мою квартиру.

Лука оглядывается, его любопытство очевидно.

— Тут лучше, чем я помню.

— Что лучше? Мой дом?

Он кивает, и я хмурюсь.

— Но ты никогда не был здесь раньше.

Он поворачивается ко мне и тянется, чтобы коснуться меня. Его указательный палец на мгновение касается моей щеки, затем он отодвигает мои волосы.

— Конечно, был, — говорит он. — Ты хоть представляешь, сколько квартир я посмотрел, прежде чем купить тебе эту?

Я моргаю в недоумении.

— Что?

Он опускает руку и вздыхает.

— Нет, конечно, ты не знаешь, — шепчет он. — Ты так много не знаешь.

— Лука, — говорю я, немного теряясь. — Что ты здесь делаешь?

Он смотрит на меня, как на мираж, как будто я могу исчезнуть в любой момент.

— Я не знаю, — признается он. Он поднимает руку и берет прядь моих волос. — Я всегда хотел узнать, какие на ощупь твои волосы, и вот я узнал. И теперь я начал думать, как они будут смотреться, раскинувшись по моим подушкам. Меня убивает, что я никогда не узнаю.

Он отпускает мои волосы и проводит пальцами по моему подбородку, затем опускает руку ниже, не отрывая взгляда от моих глаз, пока его рука не обвивает мою шею. Лука поднимает мое лицо к себе, и мое дыхание замирает.

— Лука, ты пьян. Ты не думаешь ясно. Я вызову тебе водителя, хорошо?

Он качает головой.

— Мои мысли никогда не были яснее, чем сегодня ночью. Скажи мне, Валентина. Ты уходишь от меня к другому мужчине?

Мои глаза расширяются.

— Я… что?

Он делает шаг ближе, пока его тело не прижимается к моему.

— Кто он?

Я качаю головой.

— Лука, у меня никого нет, но даже если бы и был, какое тебе дело? Ты же помолвлен.

Его руки обвивают мою талию, и прежде чем я успеваю понять, что происходит, он поднимает меня на руки и прижимает к стене. Мои ноги инстинктивно обвивают его бедра, чтобы удержаться, и он стонет, его лоб касается моего. Мы в той же позе, что и той ночью, и я начинаю задумываться, осознает ли он это.

— Я даже не помню ее имя, — говорит он. — Я не могу, потому что все мои мысли наполнены тобой.

Я стиснула зубы и запустила руку в его волосы, решив не сдерживаться.

— Это чушь, — резко отвечаю я. — Я видела помаду на твоем лице. Я — та, кто организовал твой ужин, та, кто отправила ей розы. В какую игру ты играешь, Лука? Не смей играть с моими чувствами, потому что ты больше не можешь меня контролировать.

Он смотрит мне в глаза, его взгляд на мгновение падает на мои губы.