Временная жена - Катарина Маура

— К-как вы… — всхлипываю я, едва выговаривая слова. — К-как вы узнали, что я… что я н-нуждаюсь в вас?

Сиерра прижимает губы к моей макушке, а Рейвен сжимает меня крепче, позволяя утонуть в ее тепле.

— Мы просто знали, — шепчет Рейвен.

Они просто сидят рядом со мной, на полу, не задавая вопросов, не читая нотаций. Просто рядом. Просто поддерживают. Я чувствую, как их тепло окутывает меня, как без слов они принимают всю мою боль, даже когда я не могу ее выразить.

Я молюсь, чтобы не потерять их, после всего, что еще предстоит.

Глава 15

Лука

Я уставился в огромные окна своего кабинета, мысленно возвращаясь к тому дню, когда Валентина впервые появилась здесь. Она была так молода, почти без опыта работы. Даже диплома не имела — бросила колледж.

Я не мог понять, зачем бабушка вообще ее наняла, а еще больше — почему поставила рядом со мной. Решил, что это обычное кумовство, и с самого начала пытался ее уволить. Но что бы я ни делал, ее это не трогало.

Я давал ей задания, которые ей не по силам, но она выполняла их безупречно. Училась быстрее и работала усерднее, чем кто-либо в компании — даже я. Год. Всего один год — и она стала для меня незаменимой.

Я привык полагаться на нее так, как не полагался ни на кого другого. И я щедро ее за это вознаграждал. Все, что ей было нужно, я обеспечивал. Однажды она пожаловалась, что дорога до офиса занимает слишком много времени — я купил ей квартиру поблизости. В другой раз пришла на работу насквозь промокшая под дождем — на следующий день у нее уже была новая машина.

Я сделал все, чтобы она чувствовала себя комфортно. Дал понять, как высоко ценю ее труд. И все же… она уходит. Почему? Этот вопрос не давал мне покоя всю ночь, но ответа я так и не нашел.

Я постукиваю пальцем по столу, глядя на карманные часы.

Три. Два. Один.

Дверь кабинета открывается, и Валентина входит. Все по расписанию. Она всегда пунктуальна, никогда не сбивается с ритма. Но почему теперь… почему вдруг все изменилось?

При ее виде я выпрямляюсь в кресле. Взгляд сам скользит по ее фигуре, задерживаясь на алом платье. Оно вполне уместно для офиса, но то, как облегает ее формы, — чистый грех.

Сегодня она пришла сражаться. Валентина надевает красное только по особым случаям или когда ждет тяжелого дня. В тот день, когда она подала заявление об уходе, на ней тоже была красная юбка. Это должно было стать для меня тревожным звонком.

Она вежливо улыбается и кладет передо мной сегодняшнее расписание, сверху — ее неизменный розовый стикер с самыми важными пунктами. Забавно, как когда-то эти бумажки меня раздражали, а теперь вызывают странную радость.

— У нас сегодня две встречи с инвесторами, — говорит она, но я поднимаю руку, останавливая ее.

— Сначала посмотри вот это.

Я протягиваю ей документы. Она берет их, нахмурившись.

— Что это?

— Новые условия контракта. Я удваиваю твою зарплату, увеличиваю отпускные. Каждый год — один полностью оплаченный отдых, плюс новый дом и новая машина. Но мы можем обсудить любые другие пожелания. Если хочешь чего-то еще — я готов выслушать.

Она смотрит на меня и качает головой.

— Я ценю предложение, — отвечает, сжав губы в натянутой улыбке. — Но должна отказаться.

Я моргаю. Отказаться?

— Чего ты хочешь, Валентина?

Она смотрит на меня, задумчиво.

— Ничего, — тихо говорит она. — Мне от тебя ничего не нужно.

Я вглядываюсь в ее глаза, сбитый с толку.

— Я тебя не отпущу, — предупреждаю я. — У всего есть цена.

Она наклоняет голову и смеется, без тени веселья.

— А у меня ее нет, — отвечает она. — Ты не можешь меня купить, Лука. Нет ничего, что ты мог бы предложить, чтобы я осталась.

Я встаю, упираюсь ладонями в стол и наклоняюсь вперед.

— Скажи, почему ты уходишь.

Если я пойму причину, я смогу ее устранить.

Она колеблется. Я обхожу стол и замираю перед ней. Валентина поднимает на меня взгляд, но, кажется, смотрит сквозь меня, утопая в своих мыслях…

— Валентина. — Мой голос мягкий, почти робкий, как будто я боюсь сказать слишком громко, боюсь сделать что-то, что увеличит расстояние между нами.

Она встречает мой взгляд, и это сразу бьет мне в грудь.

— Ты хочешь услышать правду?

Я киваю.

— Мне только что исполнилось двадцать девять, Лука. За все годы, что мы работаем вместе, я так и не завела ни одного друга, который не был бы как-то связан с тобой. Знаешь почему?

Она не дает мне возможности ответить.

— Потому что моя работа всегда была важнее всего остального, если я хотела добиться успеха. Я работала день и ночь, через выходные и праздники, так что теперь даже не знаю, кто я. Не знаю, какие у меня мечты, или что я вообще делаю со своей жизнью. Я не хочу проснуться однажды и понять, что вся моя жизнь пуста. К тому же, как я уже сказала, я больше не могу расти в этой компании. Ту должность, которую я хочу занять, ты мне не сможешь предложить.

Я кладу руки ей на плечи, крепко прижимаю, и хочется держать ее еще ближе.

— Валентина, может, тебе просто нужен перерыв. Почему бы мне не отпустить тебя в отпуск? Я могу подготовить для тебя частный самолет за пару часов. Просто скажи, куда ты хочешь поехать, и я все устрою. Может, ты просто перегорела, я слишком много с тебя требовал. Я могу уменьшить твою нагрузку и часы. Могу нанять дополнительных сотрудников.

Она делает шаг назад, и мои руки опускаются.

— Нет, — решительно говорит она. — Отпуск не решит основную проблему, Лука, и ты это знаешь. Мне нужен перерыв, но не тот, о котором ты думаешь. Мне нужен чистый старт. Новая жизнь. Возможность найти свое собственное счастье. Я не знаю, что меня ждет, но я знаю, что это далеко отсюда, от тебя.

Паника накатывает на меня, и я делаю шаг к ней, прижимая ее спиной к столу. Это все из-за того, что я прикоснулся к ней, когда не должен был. Я изменил все между нами, и теперь этого уже не вернуть.

— Твое собственное счастье? — спрашиваю я. — Что это вообще значит? Работать на меня — это делает тебя несчастной? — Я хватаю себя за шею, чтобы не дотронуться до