Мое главное сокровище - Юлия Николаевна Николаева

мы бойко потрусили к машине, осмотрели багажник на предмет пятен крови, и после расселись.

– Был человек, и нет человека, – вздохнул Сашка, но его слова остались без комментариев.

Глава 13

Почти всю дорогу мы ехали молча, я сменила Любку, меня сменил Сашка. Ехали с редкими остановками возле придорожных ларьков. Слава Богу, гаишники нас не тормозили, дорога была пустая, и на второй день в районе четырех часов утра мы въехали в Марьино. Обессиленные, мы ввалились в дом, изрядно напугав Сашкину бабушку.

– Где тебя носило? – принялась она отчитывать внука, правда, в голосе сквозило облегчение. – Я тебе звоню, родители звонят, а ты недоступен. Уехал, и поминай, как звали!

– Бабуля, – Сашка раздевался прямо на ходу, – я так устал, ты даже не представляешь, давай все вопросы потом. С нами все хорошо.

– Что хорошо? Что хорошо? – не могла она успокоиться. – Пропал на неделю, ни слова не сказав, и все хорошо.

Сашка снова пробормотал что-то насчет потом и закрыл дверь, а бабуля зашаркала к себе, к счастью, не обратив на нас внимания. Мы залезли на печь, я повернулась на бок, планируя заснуть, но не тут-то было.

– Вася, – позвала Люба, – ты спишь?

Я молчала, справедливо полагая, что так она от меня отстанет.

– Я же знаю, что не спишь, – продолжила подруга.

– Чего тебе? – спросила я, не поворачиваясь.

– Что-то не спится. Все про того мужика думаю, кто он такой. Что скажешь?

– Скажу, что надо идти к Грише, потому что он в курсе трупа и наших дел. Надо держать парня под присмотром, а то, не ровен час, выкинет что-нибудь. Еще скажу, что опасно разъезжать на машине Родиона, если нас поймают, мало не покажется.

Я повернулась к Любке, но она мирно сопела, положив руку под щеку. Покачав головой, я отвернулась обратно. Некоторое время полежав, поняла, что не могу заснуть, и поднялась. Потихоньку выскользнула во двор, Барон посмотрел на меня, подняв голову, и положил ее обратно на лапы.

– Хороший пес, – сказала я и прошла к машине Родиона, которую мы загнали во двор.

Очевидно, что с улицы ее видно, да и вопросов о том, откуда взялась машина, не избежать. Никаких документов у нас на нее нет, это может вызвать подозрение. Я залезла в машину и открыла бардачок, в нем лежала только карта Новгородской области, видимо, та самая, которую Любка обнаружила в сумке своего возлюбленного, когда нелегкая понесла ее проверять его вещи. Под козырьками тоже ничего не оказалось, как и на полу.

Я разочарованно направилась к багажнику и принялась осматривать его более тщательно. Удача ждала меня в углу под грязной замасленной тряпкой. Это был свернутый железнодорожный билет, выписанный на имя некоего Соломахина Михаила Юрьевича. Направлялся он из Питера до станции, располагающейся недалеко от Марьино. Я задумчиво уставилась на билет, размышляя откуда он взялся? Что, если убитый мужчина и есть этот Соломахин?

Судя по дате, приехал он за четыре дня до нас, если ехал в Марьино, конечно. Получается, Родион точно не мог его встретить у поезда и увезти в лес. Вполне вероятно, что он сам сейчас попутками добирается в деревню, проклиная угонщиков и знать не зная, что лишился эпопеи с трупом и запиской. А кто-то, ловко затянув наше путешествие и обстряпав свои делишки, уже давно в Марьино, может, наблюдает за нами.

Я тяжело вздохнула, решив отложить думы на потом. У нас есть билет, им и стоит заняться.

– Заметаешь следы? – услышала я сзади насмешливый голос и замерла.

Прежде чем обернуться, сунула руки в карманы, таким образом спрятав билет. А оглянувшись, обнаружила за спиной Гришу. Я нахмурилась, пытаясь сообразить, как он успел так быстро вернуться в Марьино, закрыв багажник, подошла к нему и задала этот вопрос вслух. Он усмехнулся и покачал головой.

– Нет бы обняла и порадовалась, что я жив— здоров.

– С чего мне тебя обнимать?

– Хотя бы с того, что с тобой тут я разговариваю, а не менты.

Я посмотрела по сторонам, потом вышла к нему за калитку.

– Ты никому не рассказал?

– Пока нет. Я так понимаю, ваше мероприятие прошло удачно?

Я взглянула на него, он смотрел насмешливо, но в глубине глаз стояла настороженность. Снова мне вспомнился тот волчий взгляд, и я встала, как вкопанная, борясь с наваждением.

– Эй, – окликнул меня Гриша, – не смотри так, становится трудно держать себя в руках.

– Прости, ты о чем? – не поняла я.

– О взгляде, – усмехнулся он и сменил тему, – куда дели труп?

– Неважно, – заявила я решительно, но тут же сменила тактику, – Гриша, ты извини нас, пожалуйста. Мы тебе очень благодарны за помощь, без тебя было не справиться. Просто все были на взводе, Любка не выдержала и вспылила.

Я развела руками, пытаясь дать понять, что мы не хотели зла.

– Понимаю, – кивнул он, – потому и молчу. Так и не скажешь, куда труп дели? Впрочем, догадаться несложно. Зарыть не получится, значит, скинули в реку. Если ума хватило, а то могли и на обочине бросить.

– За кого ты нас принимаешь? – обиделась я и тут же на себя разозлилась – нашла повод.

– Значит, ума хватило, – снова кивнул он, – течение сильное, тело может плыть долго и всплыть далеко, при чем видок уже будет неузнаваем.

Я вздохнула, не зная, что на это говорить.

– Вы его точно не знаете? – подозрительно спросил Гриша. Я рьяно замотала головой, решив молчать о Сашкиных мыслях и моей находке. – Жаль, он ваша единственная зацепка на данный момент.

– Как думаешь, – понизила я голос, – те выстрелы в лесу…

Он пожал плечами.

– Вообще, довольно сложно: убить в лесу, тащить труп до дороги… Тем более, когда мы где-то по близости. Но этот человек большой чудак.

Я кивнула:

– Или труп привезли на другой машине и перекинули к Родиону.

– А вы его сперли, чем, наверняка, сильно расстроили того, кто это придумал.

– Глупо было рассчитывать, что мы не заметим машину.

– Думаешь, послание все-таки для нас? – нахмурился Гриша. Я неопределенно пожала плечами.

– Что думаешь делать дальше? – задала я вопрос, который меня интересовал.

– Был бы умным, сидел бы в отделении, – грустно усмехнулся он.

– Был бы умным, не поплыл с двумя девицами черте куда, – ответила я на это, и мы оба посмеялись.

– Я не буду влезать, – сказал он, – предлагаю так: я забываю о трупе, а вы о том, что я его видел.

Он протянул руку, я ее пожала.

– Заметано.

Не успела я отпустить его руку, как он притянул меня к