Это всё она (СИ) - Рыбкина Изольда

И сейчас Аня смотрела на цветы у себя на столе и понимала: он тоже знает её вкусы, знает, что её обрадует. Он тонко понимает, как вести себя с ней. Не давит, хотя она чувствует симпатию с его стороны. Но симпатия — это не любовь. Он видный мужчина, взрослый, самодостаточный. Девушки сотнями готовы претендовать на его сердце, или хотя бы на постель.

И мысли вернулись во вчерашний вечер. После её ухода он остался с Полиной наедине. У них вполне могло всё случиться. Что его могло остановить?

От этих размышлений стало очень грустно. Аня решила переключиться на работу. И только она это решила, как увидела перед собой своего начальника. Рокотов стоял напротив её стола и довольно улыбался, глядя на свою помощницу.

— Доброе утро, Сергей Александрович. Как вы себя чувствуете? — выглядел Рокотов по сравнению со вчера довольно сносно. Только бледность осталась на лице, да голос по-прежнему был охрипшим.

— Спасибо, Анна Валерьевна, значительно лучше благодаря вам, — и как-то проникновенно улыбнулся.

Аня смутилась, а потом, оглядевшись по сторонам быстро и негромко произнесла:

— Спасибо за цветы. Они прекрасны.

— Рад, что вам понравились, — снова улыбаясь ответил Сергей. — Если вы свободны сейчас, то может зайдете ко мне, нужно обсудить текущие дела?

Аня кивнула. Это что — шеф только что спросил, может ли она к нему зайти? Вот это прогресс. Так, глядишь, скоро будет спрашивать, не желает ли она кофе. Девушка усмехнулась своим мыслям, взяла рабочий блокнот и поспешила в кабинет начальника.

37.

Утренняя встреча с Рокотовым, его проникновенная улыбка, любезный тон, такое милое приглашение в кабинет… прекрасные цветы, в конце концов, — всё это напрочь вышибло из головы Ани грустные мысли о Полине. С сияющими глазами и улыбкой от уха до уха она плыла в кабинет своего начальника. В животе порхали бабочки, а в голове был какой-то туман. Совершенно не видя ничего вокруг девушка вывернула из-за угла и увидела стеклянную тонированную дверь кабинета генерального. Всего несколько шагов оставалось до встречи с тем, кто занял все её мысли в последние дни.

Что она ему скажет? Стоит ли проявлять свои чувства? или лучше дождаться, когда он проявит свои? Конечно, она давно заметила симпатию шефа… Но симпатия ведь не любовь? А вдруг она неправильно всё поняла? Сколько же сомнений, переживаний и страхов роилось в её голове!

И тут, когда от заветной двери ее отделяли всего пару шагов, мимо неё пронеслась раскрасневшаяся Алина. Вчера, пока Аня ухаживала за больным начальником, её помощница оставалась в офисе за неё. Девушки нашли общий язык с первого дня знакомства и Аня очень быстро прониклась к неё доверием. К тому же непростая ситуация в её жизни, и то, что она посвятила в неё свою новую начальницу, вызывали в Ане глубокое сочувствие и огромное желание помочь.

Сейчас же девушка пронеслась мимо Ани не только не поздоровавшись, а, казалось, даже не заметив её. Это было совершенно не свойственно тому человеку, которого в ней успела рассмотреть Аня за время их общения, поэтому она, подумав всего пару секунд, решительно развернулась и зашагала в обратную от двери шефа сторону. А именно — в уборную, за дверью которой только что скрылась рыжая шевелюра Алины.

Как только Аня открыла дверь в женский туалет, то сразу услышала потяжные вслипы. Алина стояла у зеркала и рыдала навзрыд, то глядя на свое отражение, то опуская голову.

— Алина! — Аня, минуя расспросы и предположения, кинулась обнимать девушку, успокаивающе гладить её по спине.

Вариантов, что могло случиться, у неё просто не было, но прежде чем узнать причину, нужно было успокоить плачущую.

— Алиночка… Что случилось? — когда та немного успокоилась, Аня решила начать разговор.

— Он сказал… что я… п…пу. пугалоооо… — последнее слово далось с огромным трудом, видно, что именно оно вызвало такую реакцию.

— Кто он? — Аня недоумевала, кто мог позволить себе оскроблять сотрудника в такой серьезной компании.

Алина перестала рыдать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Кто… Мачо этот недоделанный! — зло выплюнула она. — Он вчера весь день надо мной издевался. Козел! — казалось, она уже разговаривает не с Аней, а будто отвечает каким-то своим мыслям. — Я устрою тебе! Ты еще ответишь за каждое слово в мой адрес!

Она сжала кулаки, какое-то время смотрела в зеркало, но уже не с жалостью к самой себе, а полным решимостью взглядом. Затем быстро умылась, вытерла лицо бумажными полотенцами и посмотрела на свою начальницу.

— Ань, извини за то, что ты сейчас увидела, — уверенным голосом произнесла Алина. — Обещаю, это не повторится.

— Ну что ты, Алина! Я же не осуждаю. Просто если тебя кто-то обидел, я должна…

— Анечка, прошу тебя, не спрашивай сейчас ни о чем, — девушка сжала руку Ани и проникновенно посмотрела в глаза. — Я очень ценю твоё ко мне отношение, и обязательно всё тебе расскажу. Но позже, — Алина еще раз взглянула в зеркало. Глаза её сверкнули. — Я пойду на рабочее место, отчет по вчерашнему совещанию почти готов. Сейчас еще раз пробегу по правкам и принесу тебе.

Она улыбнулась и вышла. Буря, начавшаяся так внезапно, так же и закончилась. Аня растерянно смотрела на дверь уборной, которая давно закрылась за ее помощницей и пыталась понять, что это сейчас было.*

«Меня же шеф просил зайти!» — чуть не стукнула себя по лбу Аня.

Она тоже решила пользуясь случаем оглядеть себя в зеркале. Покрутившись и рассмотрев себя с разных сторон, девушка решила распустить волосы. И очки показались лишними. Вот теперь можно идти. Аня снова улыбнулась и уже дернула за ручку двери, но тут раздался звонок мобильного. Светка. Странно, только же виделись. Да и она должна быть на занятиях…

«Может, что-то случилось?» — в голову сразу полезли тревожные мысли.

— Алло, Свет, что-то случилось? — сходу выпалила Аня, приняв вызов.

— Случилось, подруга. Случилось то, что ты от меня что-то скрываешь! Или кого-то! А я, глупая, думала мы подруги.

— Свет, хватит говорить ерунду. Объясни нормально, — Ане не хотелось играть в угадай-ку и перебирать возможные варианты, что могло обидеть подругу. Тем более, этих вариантов не было совсем.

— Я говорю о вчерашнем дне. Нам-то ты сказала, что была у своего больного чудовища и, аки мать Тереза, не отходила от постели страдальца. А вот, где ты была на самом деле — это вопрос! — в тоне Светки звучала явная претензия.

— Света! — Аня уже начала рычать как её шеф. — Ты издеваешься? Что значит «где была на самом деле»?

— Что? А то! Я тут в инсту зашла и угадай, кого я увидела на фото у Костинской? Твоё чудовище!

Аня сейчас подумала, что выражение «взрыв мозга», скорее всего, не такое уж и образное. По крайней мере, сейчас она действительно чувствовала, что от Светкиного объяснения её голова сейчас лопнет.

— Так. Или ты нормально объясняешь, что случилось. Или я кладу трубку. Я ни слова не поняла из того, что ты сейчас сказала. Кто такая Костинская, при чем здесь её инста, мой шеф и то, где я была вчера?

Аня постралась успокоиться и приготовилась либо услышать адекватное объяснение, либо отключить звонок.

— Костинская Полина — девушка твоего шефа, — словно припечатала Светка. — Я подписана на неё в инсте. И вот сегодня она выложила пост о том, как важно заботиться о любимых, дарить им тепло, ласку и бла-бла-бла. Короче всё это к их совместной с твоим больным начальником фотке.

Аня стояла словно облитая ледяной водой. Девушка… Заботиться о любимых. Любимых… Дарить тепло и ласку…

— Ну и что? В чем здесь моя вина? — постаралась ответить ровным голосом, чтобы не выдать подступающие слезы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ну как же, — похоже, на том конце собеседница всё-таки растерялась, засомневавшись в рациональности предъявляемых претензий. — Ты ж говорила, что весь день у него была, а Полина пишет, что она не отходила от больного…

— Всё правильно, — как-то обреченно отозвалась Аня после секундного молчания, — я днем была сиделкой, а она всю ночь не отходила от его постели…