Заноза для бандита (СИ) - Гауф Юлия

— Она так строго тебя воспитывала?

— Нет, — я помотала головой. — Наоборот, мне разрешалось все. Но единственное, о чем просила бабуля — получить образование. Только мне кажется, что терять время я не могу себе позволить.

— Хочешь, я с ней поговорю? — неожиданно предложил Андрей. — Ты на выходных собираешься?

— Я сама, — отказалась я от предложения. — У бабушки День Рождения, вся семья собирается.

— Надеюсь, я приглашен?

Я не знала, что ответить. На дачу приедут родители, будут лишь свои. Из друзей лишь пара бабулиных подруг с мужьями. И если я приведу Громова — не будет ли это выглядеть странно?

Зачастую, размышляя, я начинала нервно расхаживать по комнате, не контролируя это действие. Вот и сейчас я встала, думая, что ответить Андрею, чтобы еще раз с ним не разругаться, и когда проходила мимо стула, на котором он сидел, мужчина резко схватил меня, потянув на себя.

В себя я пришла, сидя на его коленях.

— Ну, что скажешь? Я приглашен? — Андрей держал меня за талию. Крепко, словно я вырывалась.

А я не вырывалась. Конечно, непонятно, как я умудрилась снова оказаться к нему так близко, но… мне интересно! На коленях мужчины, если так можно выразиться, я сидела один раз в жизни — в пятом классе, когда мы ехали с классом в театр. И «мужчиной» был мой одноклассник, с которым я крутила любовь — он носил мою сумку, дергал за косички, и списывал домашки. А потом, подлец, ушел к моей заклятой вражине — Жанночке. Училась она лучше, чем я, и выбор между нами двумя был очевиден.

Ну, хоть на коленях посидеть успела!

— А если я скажу, что ты не приглашен?

— Тогда, боюсь, и тебе придется пропустить праздник Александры Филипповны, — с показным сочувствием произнес мужчина. — А ты ведь так ее любишь…

— Мне без тебя теперь никуда не выйти? — я повернулась к нему лицом, и сдвинула брови на переносице.

— Если я разрешу — выходи, — пожал плечами этот нахал.

Нет, вы это видели? Пользуется своим положением, и даже не скрывает своего от этого удовольствия! Но и я стала чуть хитрее, и спорить с ним не стану. Не сейчас.

— Ладно, приходи уж, — проворчала я. — Только родителям мои не хами…

— Буду паинькой. Даже с этими твоими… сущностями!

Сущности? Это он про моих маму и папу? Да как он…

— Андрей, я тоже буду паинькой, — с милой улыбкой сказала я. — Но только в том случае, если ты будешь уважительно относиться к моей семье! Какие бы ни были мои родители — я их люблю и уважаю!

«Хоть недостатков у них больше, чем достоинств, — подумала я. — И любить я их предпочитаю на расстоянии!»

Андрей кивнул, и еще крепче прижал меня к себе одной рукой, а другой медленно провел по моей спине. Я непроизвольно выгнулась, поддаваясь ласке, а затем спохватилась: не увлекаться!

Хоть и интересно — а что дальше? Посмотрим! Остановиться я всегда успею, но и отталкивать Андрея сейчас не хочется. Настроение такое… игривое, близость мужчины нервирует и щекочет нервы, вызывая странные ощущения: легкие нотки страха, предвкушение, неправильность, и желание большего.

И вот, Андрей просунул руку под мою футболку, и с нажимом провел по спине до застежки бюстгальтера. Да, это волнует! Он словно приручает меня, приучает к своим прикосновениям. Сердце мое застучало быстрее, грудь начала вздыматься выше от участившегося дыхания, и я перекинула ногу через его бедра, садясь лицом к лицу. Чтобы быть ближе. И из интереса.

Интересно, а Олег бы решился на такое, если бы я ему действительно нравилась? Хотя… ну его! Почему-то, думать сейчас об Олеге казалось неправильным. Да и не хотелось.

Андрей воспринял мой жест, как разрешение быть смелее, чем он сразу же воспользовался. Миг — и я сижу на нем в одном лишь кружевном бюстгальтере, а мужчина с эгоистичной жадностью смотрит на меня, взглядом лаская занывшую грудь.

— А это что еще такое? — хрипло спросил Андрей, проведя по моему плечу, замотанному в пищевую пленку.

— Ммм… татуировка.

— Чертовка! — Андрей, глядя мне в глаза, медленно стянул одну бретельку, а затем вторую. — Надеюсь, ты набила мое имя?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Почти, — я потянулась к щеке мужчины, и провела по ней. Колючая какая! — Это Сэйлор Мун!

— Мультяшка? А что, вы похожи, — Андрей притянул мое лицо к своему, и впился в губы поцелуем. Чуть жестко, эгоистично, властно. Оказывается, именно так я и люблю: когда его язык ласкает меня, заставляя подчиниться, завоевывая. Когда губы прикусывают, а затем нежно целуют — на грани. Когда крепко прижимают к себе, впиваясь в мое тело почти до синяков, до легкой боли.

Как в тумане, сжимаемая в объятиях Андрея, я почувствовала, что бюстгальтера на мне уже нет. И когда он успел? Чуть шершавая рука мужчины накрыла мою грудь, сжав ее. Я застонала, и Андрей почувствовал, что нужно быть нежнее. Легкая цепочка поцелуев по шее, и вот, жадные мужские губы сомкнулись на моем соске, влажно лаская, и заставляя вжиматься в мужчину. Раскачиваться на его бедрах, и крепче приживать его к своей груди.

Андрей чуть прикусил сосок, заставляя меня вскрикнуть, а затем подул на него, заставив меня дрожать. «Кажется, пора остановить это! — с сожалением подумала я. — Слишком далеко я зашла. А может… может, позволить ему? Нужна мне эта девственность, как рыбе зонтик!»

Андрей, кажется, уловил мое сомнение, и поднялся со мной на руках со стула. Несколько головокружительных мгновений — я вот я уже лежу на своей кровати, а Андрей нависает сверху.

— Нет, хватит! — успела я произнести, но Андрей снова поцеловал меня. Даже еще более жадно, чем в прошлый раз. Я непроизвольно раздвинула ноги, словно ведомая древним инстинктом, и обвила их вокруг бедер мужчины, сжимая его, и заставляя вжиматься в меня сильнее. Чтобы я могла почувствовать его желание.

Тело мое жило, будто, собственной жизнью. Мозг мой взял отпуск, и верховодили сейчас инстинкты, которые знали, что делать. Я потянула Андрея за футболку вверх, и он послушно приподнялся, позволяя раздеть себя.

Да, я знала, как вести себя здесь и сейчас именно с этим мужчиной. Откуда-то я поняла, что ему понравится, если я проведу ногтями по его спине, как кошка. А еще, я знала, что ему понравится, если я проскользну рукой между нашими телами, снова заставив его приподняться, расстегну его джинсы, и…

«Что я творю!» — ужаснулась я, обхватив его член ладонью. Вернее, постаравшись обхватить. Твердый, большой, бархатистый… Андрей застонал, толкнувшись в моей руке, и я ответила синхронным стоном. Было в этом что-то запретное, пошлое, заставляющее сходить с ума от чужого желания. Я, как загипнотизированная, водила по мужскому члену вверх-вниз, иногда сжимая его чуть крепче, иногда ослабляя хватку, и ловила стоны Андрея своими губами. Поцелуй его стал еще глубже, еще жарче.

— Хватит, — Андрей схватил меня за руку, а я снова потянулась к нему, словно у меня забрали нечто жизненно важное. — Иначе я кончу вот так… подожди.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Андрей резко поднялся, и начал быстро снимать с себя джинсы. Я лежала на кровати — растерянная, со сбившимся дыханием, полуголая, и принимала решение. «Будь что будет! Я это сделаю, — решилась я, и потянулась к своим джинсам, расстегивая их. — Пусть это не любовь, но я его хочу!»

Андрей сел в кровати, схватившись за края моих джинсов, помогая избавиться от них. И вот — я уже в одних трусиках, за края которых взялся Андрей, стягивая их по бедрам вниз. Сейчас… сейчас…

В дверь раздался звонок. И еще один. И еще.

— …..! — высказался Андрей, и я оттолкнула его, садясь в кровати. — Пусть проваливают!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Вдруг это бабушка, — ответила я. — Одевайся, ко мне просто так никто в такое время бы не пришел.

Я быстро натягивала на себя одежду, вспомнив, что футболка и лифчик остались на кухне. Уже покидая комнату я услышала:

— Это будет интересно!

— Что будет интересно? — переспросила я, обернувшись.