Заноза для бандита (СИ) - Гауф Юлия

Я встала со стула, слегка смутившись, и начала оттирать краситель. Приятно, конечно, но разве преподаватель должен позволять себе такое? Даже временный преподаватель!

Хотя, пусть позволяет, мне не жалко.

В дверь снова раздался звонок, и я, продолжая тереть губы, банально сбежала с кухни, чтобы открыть дверь этим ремонтникам, крикнув на ходу:

— Давид, наверное, это…

Андрей. За дверью стоял именно он, и выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Он оглядел мои губы — красноватые, и распухшие от трения, словно от поцелуев, и весьма бесцеремонно отодвинул меня, проходя в квартиру.

— Привет, Давид. Какая неожиданная встреча.

Я оперлась спиной о дверь, про себя соглашаясь со словами Андрея. Просто вечер неожиданных встреч.

ГЛАВА 9

— Привет, — кивнул Давид. — Да, зашел на чай. У Марины замечательный чай, знаешь ли. И она очень гостеприимная девушка.

— Знаю. Очень гостеприимная, как я погляжу, — Андрей перевел взгляд с Давида на меня, очень зло оглядев мой расхристанный вид. Ну да, волосы взлохмачены — я совсем недавно их высушила, а потом крутилась около зеркала, любуясь новой прической. Губы покраснели и немного распухли, и выгляжу я сейчас далеко не красавицей.

В прихожей повисла тяжелая тишина. Давящая. Я молчала, не зная, что сказать, а Андрей с Давидом переглядывались, странно при этом улыбаясь. «Мужчины!» — раздраженно подумала я, и решила прервать тишину.

— Проходи на кухню, — обратилась я к Андрею. — Кстати, Давид — мой преподаватель, я так удивилась…

— Так удивилась, что пригласила его к себе? — договорил за меня Андрей, а затем обратился к Давиду. — И часто ты ходишь вечерами по квартирам студенток?

— Только начал, и уже втянулся, — ответил Давид.

— Идемте пить чай! — немного повысила я голос, нервничая от непонятной ситуации. Наверное, я могу понять Андрея — он не ожидал, приехав ко мне, встретить здесь Давида. И я ведь должна играть роль его девушки, а не чаи распивать с другими мужчинами… но Давид?! Почему он так странно себя ведет? Ведь еще пару минут назад все было прекрасно.

— Иди, — Андрей кивнул в сторону кухни. — Иди на кухню. А я провожу Давида. Ему пора.

Давид хотел что-то произнести, но посмотрев на несколько испуганную меня, он передумал и, подойдя ко мне, нагнулся и поцеловал в щеку.

— До встречи в университете, мне и правда уже пора, — Давид протянул руку, собираясь погладить меня по плечу. Дружеский жест, но, видимо, он стал последней каплей, переполнившей чашу терпения Андрея, который перехватил руку Давида, и буквально выволок его в коридор.

Я замерла в нерешительности: что делать? Вдруг они подерутся — видно ведь, что не особо ладят. Разнимать? Или лучше не вмешиваться в мужские разборки? Я сделала шаг к входной двери, а затем развернулась, и направилась на кухню.

Ну их! Пусть сами разбираются! Да и вряд ли будут драться — взрослые ведь мужчины, а не школьники.

Я сделала музыку громче, и достала из холодильника жаркое. Пора поужинать, раз уж пропустила и завтрак, а на обед съела лишь маленькую пачку сухариков.

— I’m your Venus,

I’m your fire at your desire, — напевала свою любимую песню.

Микроволновка гудела, разогревая мой ужин, и в этот момент я услышала, как открывается входная дверь. На кухне показался Андрей, еще больше недовольный, чем десять минут назад.

А еще меня обвинял в том, что я бука!

На себя бы посмотрел!

— Чтоб я больше его здесь не видел! — Андрей сел за стол, и принюхался. — Поужинаем!

«Мда, если тебя не приглашают — пригласи себя сам, — подумала я. — Наглость, поистине, второе счастье».

— Пожалуйста, — поставила я перед Андреем свою тарелку. — А кого приглашать к себе домой я сама решу как-нибудь. Без указок и подсказок. Руки иди мыть.

Я кивнула на руки и увидела на костяшках кровь.

— Ты его избил? — возмутилась я.

Андрей встал со стула, и отправился в ванную, решив проигнорировать мой вопрос.

— Что на тебя нашло? Указываешь мне, с кем общаться и кого приглашать… это нормально, по-твоему? Давид — мой преподаватель, и ты не имеешь…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Имею, — ответил, наконец, Андрей. — Он давно действовал мне на нервы, а тут еще это. Не смей с ним общаться, и чтобы я рядом с тобой его больше не видел. Лучше тебе выполнить мою просьбу!

Я уже открыла рот, чтобы высказать Громову все, что думаю о его запретах, но передумала. Меня всегда раздражало, когда парни позволяли себе помыкать моими подругами — контролировать их круг общения, читать сообщения в телефоне, и тому подобное. Никогда не понимала — зачем такое позволять? Даже если великая любовь — такое ни к чему хорошему не приведет. Но, одно дело, когда твой парень пытается качать права, а другое — чужой человек.

Однако, лучше промолчать. Промолчать, и сделать по-своему. Давид мне симпатичен, но я не влюбилась в него, как половина нашей группы. Мне льстит его внимание, он приятен мне внешне, да и интересов у нас общих — множество, как сегодня выяснилось. Но я не так уж им и очаровалась. Зато теперь, после запрета Андрея, мне с необъяснимой силой захотелось общаться с Давидом как можно больше.

— Ничего я с ним не сделал, — с отвращением произнес Андрей. — Не делай такое лицо! Врезал пару раз, некоторым это полезно.

— Приятного аппетита! — пожелала я со вздохом, махнув рукой на этого мужлана.

И почему в мужчинах столько агрессии?

— Приятного… так! Что ты с собой сделала?

Заметил! Не прошло и года!

— Любой девушке время от времени хочется сменить имидж! — с умным видом произнесла я, и почему-то встревожилась. — Некрасиво?

— Красиво, но непривычно, — после небольшой паузы произнес Андрей. — Только, я надеюсь, это смывается?

— Через месяца полтора смоется. Ты так переживаешь, будто это твои волосы я выкрасила в розовый, — сказала я и хихикнула, представив Андрея с такой экстравагантной прической. Даже в столице мужчины не рискнули бы так кардинально менять имидж, а в нашей глуши мужчины даже ногти зачастую не стригли, а, такое чувство, что отчекрыживали плоскогубцами. Лишь бы не показаться приверженцем нетрадиционной любви.

Пожалуй, про татуировку я пока промолчу. Краска то смоется, а вот тату…

Я взглянула на руки Андрея. Ногти были обрезаны коротко и аккуратно. «Красивые руки у него, — невольно отметила я. — Пальцы — длинные, руки, видно, сильные. Только вот костяшки сбиты.»

— Тебе все покоя не дает мой разговор с Давидом? — Андрей нахмурился, проследив мой взгляд. — Надеюсь, ты не влюбилась в него?

Сначала я хотела ответить, что очень даже влюбилась, но решила не играть с огнем. И помотала головой.

— Вот и замечательно, а то я уже готов был подумать, что ты влюбляешься раз в неделю. То в моего никчемного братца, то в еще более никчемного Давида.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Давид — не никчемный! — я обиделась за мужчину. — Он преподает. Это, знаешь ли, нелегко. Нужно сначала окончить университет, получить степень, и только тогда…

— Да-да, Давид — идеал, только ты многого о нем не знаешь, — раздраженно перебил меня Андрей. — Ну а я никаких университетов не оканчивал, а добился гораздо большего! Кого-то всю жизнь папочка протаскивал — и в универ, и в аспирантуру, и дипломы за него писали, ну а я в это время работал.

«Да, ты всего сам добился. Только каким путем ты пошел?» — подумала я, и снова промолчала. Кажется, Андрея и самого злит тот факт, что у него нет высшего образования. И я сделала неожиданную для себя самой вещь — поделилась с ним тем, чем делилась с подругами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А я бросить хочу. Знаю, что экономиста из меня не выйдет, сообщу бабушке на выходных.

— И куда ты пойдешь? — Андрей был заинтригован.

— На парикмахера-стилиста. Я уже многое умею, подруг стригу сама, и многие прически научилась делать. Так что я либо возьму академический, либо просто заберу документы. Если бабушка не будет против, — в конце фразы я смутилась.