Стефани Бонд - Красавец с обложки журнала

Сэм повернулся и направился к выходу. Меня охватил леденящий душу ужас.

— Сэм?

Он повернулся. В его глазах засветился странный огонек.

— Да?

— Я… гм… а здесь водятся горные львы?

Он заразительно засмеялся.

— Не волнуйся, Кензи. На этой горе я и есть самое опасное животное.

Я пожелала Сэму спокойной ночи и долго прислушивалась к его затихающим шагам. Затем скатала полотенце и подоткнула его в щель под дверью. На всякий случай. Потом подошла к окну и, благодаря тусклому свету, излучаемому фонарем, висевшим на телефонном столбе, разглядела Сэма. Он шел в сторону своего дома. Вот он вошел в боковую дверь, которая вела в кухню. Я заметила, что он не выключил свет на крыльце. Я подумала: а вдруг он сделал это специально для меня? Ну почему этот человек так беспокоит меня? Сэм был не первым привлекательным мужчиной, с которым я переспала. К тому же мы с ним совершенно не были похожи друг на друга.

Но почему же тогда меня так влечет к нему?

Я вспомнила, что завтра мне придется встать очень рано, выключила свет и с трудом добралась до постели. Энджел, уже собравшуюся пристроиться рядом, я выкинула на пол.

Прошло полчаса, а я так и не смогла уснуть, даже несмотря на то, что мое тело ломило от усталости. Боже, как темно! Но больше всего меня пугала полная тишина. Не было слышно ни звука громко работающего у соседей телевизора, ни сирены или стрельбы на улице, ни свиста вентиляции, ни скрипа распахиваемых окон. Из зверинца до меня не доносилось ни звука.

Я услышала стук и испугалась. Мои руки сами потянулись к телефону, стоявшему на тумбочке, но потом я поняла, в чем причина. Я включила свет и увидела Энджел. Она поставила передние лапки на матрац и била хвостом по полу. Я вздохнула.

— Ладно, можешь спать со мной. Но если будешь храпеть, пеняй на себя.

Энджел растянулась вдоль моих ягодиц. Я улыбнулась, представив себе Хелену на моем месте. Хотя я уже ничему не удивилась бы: моя начальница была полна противоречий. С одной стороны, она ни перед чем не останавливалась и могла ради своего любимого дела свернуть горы, но с другой — она консультировалась с медиумом и верила в проклятья. Я решила, что она неспроста послала меня в Джэр-Холлоу, чтобы нянчиться с Сэмом. Может, моя начальница решила таким образом избавиться от самой мысли о возможности существования проклятий?

Я оставила лампу включенной и уставилась на часы. В таком положении я пролежала до двух часов ночи, думая только о том, в какую дурацкую ситуацию я попала, причем по собственной вине. Мне никогда и в голову не пришло бы, что в тридцать один год моя жизнь станет более бессмысленной, чем она была в двадцать один. Самое неприятное заключалось в том, что виновата в этом была я сама.

Когда мне стало совсем плохо, зазвенел будильник. Энджел спрыгнула с кровати и забилась в угол. Выключив звонок (кстати, более громкого будильника в жизни не слышала), я слезла с постели и подошла к окну. Интересно узнать, как выглядит мир в половине пятого утра.

Природа еще спала. Деревья замерли. Не шевелился ни один листок. На стоявших на поляне «вольво» и пикапе блестели капельки росы. Мне казалось, будто я одна в целом мире. Правда, потом я увидела Сэма, который что-то делал на своей кухне. Да, ради такого мужчины можно проснуться пораньше.

Затем я вспомнила, почему опоздала в то утро на работу…

Решив не думать об этом, я пошла умываться и одеваться. Раз уж мы собрались ехать на ферму, надо одеться так, будто собираюсь кататься на лошади: красные кожаные ботинки, юбка в шотландскую клетку, которая доходила до колен, серый шелковый свитер и красная куртка. Стянула волосы на затылке в узел и вставила в уши простенькие сережки. Свой костюм я завершила, повесив на шею длинную золотую цепочку с незамысловатой подвеской. Скромненько, но со вкусом.

В больнице было довольно холодно, поэтому я надела на Энджел желтый свитер и такого же цвета бант. После этого повела ее на прогулку. Мы бродили вокруг здания больницы. Было еще темно, но вокруг раздавались какие-то странные шорохи и треск. По всей видимости, лесные твари уже проснулись и были очень недовольны нашим появлением. Я стала уговаривать Энджел поторопиться, но в этом не было необходимости: она тоже ужасно боялась. Схватив собачку в охапку, я понесла ее домой. А затем взяла свой рюкзак и, увидев, что уже половина шестого, спустилась вниз по лестнице. Там меня ждал Сэм.

Он сидел за столом, на котором был все такой же жуткий беспорядок, и читал газету.

— Доброе утро. Как спалось?

— Замечательно, — соврала я. — Здесь так тихо.

— Так оно и есть. Разве это не прекрасно? Как поживает твоя голова?

— Нормально.

— Хорошо. — Он, судя по всему, наконец-то понял, что я уже одета. По крайней мере, он внимательно осмотрел меня с ног до головы. — Вот, значит, что ты решила надеть…

В каком смысле. Что он хочет этим сказать?

— Ты говорил, что мне понадобятся ботинки.

Сэм посмотрел на мою обувь и провел языком по внутренней части щеки.

— Говорил. Хочешь кофе?

— Можно.

Он встал и налил полную кружку кофе. Сегодня на Сэме были надеты футболка и старые потертые джинсы.

— Сливок у меня нет. Но есть сахар.

Я не хотела показаться слишком требовательной, отрицательно покачала головой и взяла кружку.

— Пошли, партнер. — Он натянул на себя кожаную куртку и поднял с пола здоровую кожаную сумку.

Партнер? Мы шагали по гравию, шелестевшему под тяжестью наших ног, к пикапу Сэма. Когда мы подошли к машине, он забросил сумку на заднее сиденье. Рядом с местом водителя он положил большой металлический ящик.

— Ты хранишь здесь припасы?

Сэм кивнул.

— А еще инструменты, гаечные ключи и ремни на случай, если придется успокаивать разбушевавшееся животное.

Я и не знала, что его работа требует применения физической силы.

— Ты когда-нибудь получал травмы?

— Несколько раз меня лягнули и укусили. — Он улыбнулся и открыл мне дверцу. — Только виной этому были женщины, а не мои пациенты.

Я ухмыльнулась и вспомнила Вэл Джессум. Мне показалось, что эта женщина вполне может и взбрыкнуть.

Ферма Бренигара выглядела великолепно. Меня поразило разнообразие пейзажа: здесь можно было увидеть все, от вспаханных полей до огромных деревьев и красных сараев.

— Бренигары разводят коров? — спросила я.

— Да, — подтвердил он. — Но в своей статье тебе лучше использовать слово «скот».

Мы поехали по грязной, разбитой дороге. Машину так сильно трясло, что я несколько раз ударилась головой о потолок. Когда мы наконец остановились, я поняла, что сама не смогу выбраться наружу.