Стефани Бонд - Красавец с обложки журнала

Доктор Лонг оказался прекрасным специалистом. В его клинике были приемная и две смотровые. Везде царили идеальная чистота и больничный запах. Я не могла оторвать взгляд от работающего Сэма. Хорошо, что у меня был фотоаппарат, благодаря которому я могла делать вид, будто ищу лучший ракурс.

— Давай посмотрим на тебя, Мистер, — сказал он и развернул каталку.

Я увидела кровь, а потом… не помню, что случилось потом.

— Вы еще не занимались сексом?

Я уставилась на телефон и поплотнее прижала трубку ко рту.

— Джеки, ты меня слушаешь? У него есть любовница. Он живет в бревенчатом доме, содержит настоящий зверинец и лечит домашних животных. И я пробыла здесь всего два часа. Когда, по-твоему, мы успели бы заняться сексом? Правда, травму уже получила.

— Что?!

— Как только увидела кровь собаки, грохнулась в обморок.

— С тобой все в порядке?

— Да, ударилась головой. Сэм сказал, что сотрясения мозга у меня нет.

— О-о, а доктор Лонг случайно не взял тебя на руки и не отнес на кровать?

— Нет, но он наклеил кусок пластыря на мой лоб. Потом попросил уйти в жилой дом, чтобы я ему не мешала.

— Ясно. Где ты будешь жить?

— Над его больницей есть комната. Мы с Энджел поселились там. А сейчас я на кухне в его доме.

Услышав свое имя, собачка гавкнула из-под кухонного стола, где она пряталась. В ответ собаки Сэма, которые были закрыты в соседней комнате, дружно залаяли.

— И как выглядит его дом? — спросила Джеки.

— Дом… деревянный. — Я взглянула вверх. — Такое ощущение, будто люстра сделана из костей животных. Думаю, из оленьих рогов. А мебель обтянута кожей.

— Наверное, там уютно. Как ты думаешь, его подружка живет с ним?

— Ее нижнего белья на кухне я не заметила, если ты это имеешь в виду.

— Ты видела его спальню?

— Я забрела туда, но только потому, что искала ванную.

— И?

— Там нет занавесок.

— Это хороший знак. Ты не заметила: в ванной нет женской косметики или других принадлежностей?

— Не интересовалась.

— Врешь!

— Ладно, интересовалась, но только тем, нет ли там таблеток от головной боли.

— И?

— Ничего женского я там не видела. Но рядом с большой спальней, где сейчас заперты его собаки, есть еще одна ванная. Может, ее вещи там.

— Думаешь, это серьезно?

— Я не ходила к ним, но лают они действительно грозно.

— Не пытайся запутать меня. Я имела в виду Сэма и его подружку.

— Это не мое дело, — ответила я.

— Точно, — саркастически заметила Джеки. — Как поживает твоя аллергия на мужчин?

— Она никуда не делась. — Я даже хлюпнула носом, чтобы доказать ей это. — Как съездили на побережье?

— Прекрасно. — Джеки блаженно вздохнула. — Я так счастлива! Думаю, Тед — это тот мужчина, которого я ждала всю жизнь. Единственный…

Я пошевелила губами.

— Это здорово, Джеки! Правда, здорово! Но разве ему обязательно быть единственным?

— Что ты хочешь сказать?

— Он один из тех мужчин, вместе с которыми можно провести всю жизнь?

— Да, я хочу, чтобы со мной был только один мужчина, он.

Я шмыгнула носом и услышала, как кто-то приближается к кухонной двери.

— Сэм идет. Перезвоню тебе позже.

Пока я вешала трубку, Джеки еще что-то говорила. Последними ее словами, которые я услышала, было что-то типа «ипохондрик» или «нимфоманка» — я не совсем разобрала.

Сэм вошел в комнату. Он еще не успел снять белый халат. Выглядел он очень усталым, но улыбался.

— Здесь хорошо пахнет.

Мне почему-то почудилось, будто я домохозяйка, которая дождалась своего мужа, пришедшего домой после тяжелого трудового дня. Я еле удержалась, чтобы не обвить руками его шею.

— Как дела у Мистера? — спросила я.

— С ним все будет в порядке. — Сэм взял меня за руку, которой я прикладывала ко лбу кусок влажной ткани, и отвел ее. — Вопрос в том, как дела у тебя.

— Обычная шишка, ничего страшного. — Находясь рядом с ним, я чувствовала, что мое сердце колотится с удвоенной силой. — Извини, что причинила беспокойство.

Сэм улыбнулся, но в его глазах я заметила волнение. Он потрогал шишку.

— У тебя не кружится голова?

— Нет. — По крайней мере когда он не касался меня.

— Ты хочешь спать?

— Скорее я просто устала.

Казалось, его успокоило то, что с моей головой все было в порядке. Потом он большим пальцем убрал волосы с моего виска.

— У тебя был тяжелый день.

Я облизала губы.

— И у тебя.

Сэм тоже облизал губы.

— Кажется, я не очень хорошо тебя встретил.

Я, сама того не ожидая, приоткрыла рот. Он медленно подошел ко мне. Каждый нерв в моем теле затрепетал. Потом он обнял меня и поцеловал. Грудь моя напряглась. Мышцы живота резко сжались.

Я вырвалась из его объятий и коснулась своих губ.

— Мы не должны, — выдавила я из себя, судорожно глотая воздух.

— Почему?

— Потому что, — чтобы выиграть время, я поднесла руку к носу, — потому что я здесь для того, чтобы работать, Сэм.

Сэм запустил пальцы в свои волосы и застонал.

— Ладно. Мы оба взрослые люди и сможем прожить эту неделю так, чтобы ты потом ни о чем не жалела.

Казалось, он пытается взять себя в руки. Должна признать, я почувствовала приступ гордости за себя. Он пару раз вдохнул и выдохнул, а потом засмеялся.

— Но если ты передумаешь, только позови.

Пережить эту неделю будет сложнее, чем я думала.

— А пока, — сказал Сэм, — почему бы нам не поесть? — Он снял белый халат и повесил его на стул. — Хочешь чаю?

Судя по всему, собаки Сэма услышали его голос. Они залаяли так громко, что это стало почти невыносимо.

— Сколько у тебя собак?

— Всего три.

— Всего три?

Он улыбнулся.

— Я с огромным удовольствием приютил бы любую бездомную собаку. Между нами говоря, я думаю, что люди специально выбрасывают их на улицу, чтобы они нашли дорогу сюда. Я беру их к себе.

— Правда?

— Как правило. Но потом я ищу для них новый дом. Три собаки, которые сейчас живут у меня, оказались менее симпатичными, чем остальные, поэтому я решил оставить их себе. Хочешь, включу музыку?

Сэм не дождался моего ответа и включил радио. Раздались звуки фольклорной мелодии, которую передавала местная станция. Когда я села за грубо сделанный стол, меня все еще трясло после его поцелуя. Передо мной стояла тарелка с картофельным пюре, жареным цыпленком, зеленой фасолью и сухарями. Энджел вылезла из-под стола и, поскуливая, стала тереться об мою ногу.

— Она все еще побаивается: здесь все незнакомое и чужое, — сказала я.

Двумя руками Сэм взял большой кусок жареного цыпленка.

— Наверное, приезд сюда шокировал вас обеих.