Оливия Карент - Кракле

Алек рассмеялся вместе с собеседником, а тот, успокоившись, продолжил:

— А еще у них есть дочь. Но у нее какие-то проблемы, насколько я знаю. Она давно нигде не появляется и…

Но Алек не дослушал и равнодушно махнул рукой:

— Можешь не продолжать! Все понятно. Любовные девичьи разочарования, личные неурядицы…

— Наверное, так! — усмехнулся собеседник и согласно кивнул головой. Оба переключились на обсуждение другой темы.

Вот так и получилось, что этот разговор не внес никакой ясности в вопрос о том, кем в действительности были Олимпия, Джордж и Лора друг другу. Так уж нелепо сложилось, что в беседе ни разу не была упомянута их общая фамилия — Хендрикс, а только псевдоним Олимпии, известный по ее романам.

27

Как-то вечером, возвращаясь домой, Алек заметил остановившийся около ворот его особняка знакомый ярко-красный автомобиль, из которого быстро выскочил тот впечатляющий красавец, которого Алек «про себя» называл «павлином».

На этот раз «павлин» был одет в бирюзового цвета комбинезон и нежно-салатовую прозрачную рубашку, небрежно расстегнутую на груди. На ногах «красавчика» Алек разглядел темно-бирюзовые туфли с салатовой отделкой. Роскошные черные волосы были перевязаны такой же темно-бирюзовой лентой.

Лимузин Алека остановился рядом с воротами как раз в тот момент, когда вышедшая из дома Лора стремительно пробежала по дорожке и бросилась на шею своему неотразимому красавцу-«павлину».

— Антуан! Лорелея! — одновременно воскликнули они, не замечая ничего и никого вокруг.

Алек, выйдя из машины, какое-то время молча наблюдал пылкую встречу, затем бесстрастно произнес:

— Добрый вечер.

Лора, услышав это приветствие, мгновенно замерла в объятьях своего ослепительного приятеля. Тот с невозмутимым видом осторожно опустил ее на землю и спокойно откликнулся:

— Добрый вечер.

— Добрый вечер, господин Редфорд! — поспешно добавила Лора, плотно приникнув плечом к груди своего сногсшибательного «павлина», будто ища в нем тем самым надежную защиту и поддержку. — Я… все приготовила… немного неуверенно продолжила она. — И ухожу… Уже четверть девятого… — как бы оправдываясь, сообщила Лора, с благодарностью взглянув на своего приятеля, крепко обнявшего ее за плечи.

Алек почувствовал, что они стоят перед ним сплоченным единым монолитом. Он выдержал длительную паузу, затем, вдруг приняв решение, неожиданно предложил:

— А может быть, поужинаем вместе? — и, заметив неподдельное изумление, отразившееся на лице Лоры, добавил: — Кстати, Лора, почему бы вам не познакомить меня с вашим… другом? И все-таки не поужинать всем вместе? Или вы, Лора… избегаете моего общества? — Алек пристально вглядывался в ее донельзя растерянное лицо.

— Н— нет… Что вы, господин Редфорд! Почему «избегаю»? Нет, конечно! Я… мы… — взволнованно и сумбурно начала говорить Лора. Потом подняла лицо, вопросительно посмотрела на Энтони и, уловив его ответ, уже более спокойно сказала: — Мы с удовольствием принимаем ваше приглашение, господин Редфорд. Позвольте вам представить моего друга Энтони Деверо. Антуан, это мой хозяин — Александр Редфорд.

Алеку показалось, что Лора как-то по-особому выделила слово «хозяин», подчеркнув тем самым разницу между собой и своим другом Энтони с одной стороны и им, Алеком, с другой.

— Рад знакомству, господин Редфорд, — спокойно, с достоинством, произнес Энтони и слегка поклонился.

— Взаимно, господин Деверо, — так же невозмутимо и вежливо отозвался Алек и, выбросив руку в сторону своего особняка, радушно пригласил: — Прошу!

28

Алек вряд ли мог разумно объяснить сам себе, отчего вдруг поступал сейчас подобным образом. Но в то же время ясно отдавал себе отчет в том, что во многом на этот шаг его подтолкнуло желание узнать поближе этого неотразимого «павлина». Зачем ему, Алеку, это было нужно — оставалось загадкой. Но перебороть себя и свое желание он не смог. И в результате сегодняшним вечером за общим столом оказались он сам, Лора и этот ее экстравагантный Деверо.

Все трое чувствовали себя не совсем уверенно. Чтобы немного разрядить напряженность обстановки, Алек, на правах хозяина, предложил что-нибудь выпить.

— Я думаю, — сказал он, — что Лоре понравится мирабель[5]. А вот вам, господин Деверо… Или можно называть вас Энтони?

— Буду рад! — коротко откликнулся тот.

— Ну что ж! Я тоже буду рад, если вы будете называть меня Александром,

— и дождавшись, когда Энтони согласно кивнул, продолжил: — Так вот… Вам, Энтони, я предложил бы выпить за компанию со мной… на ваш выбор… шхедам[6] или плимут. Или что-то другое? Что бы вы хотели, Энтони?

Энтони безразлично пожал плечами и, улыбнувшись, ответил:

— В общем-то, я равнодушен к спиртному. И особой разницы между джинами не нахожу. Так что, полагаюсь на ваш вкус, Александр.

— Хорошо. Тогда начнем с плимута, — невозмутимо согласился Алек. — И можете не волноваться! Мой шофер доставит вас, куда пожелаете.

За плимутом последовал шхедам, затем абсент, кюммель, джулеп…[7]

Лора вдруг догадалась, что Редфорд почему-то стремился напоить Энтони. Она забеспокоилась. Но быстро обменявшись с Энтони взглядами, поняла, что тот вполне контролирует ситуацию, и не так просто будет довести его до расслабленного хмельного состояния. Редфорд явно не предполагал, что Энтони окажется столь стойким и крепким к воздействию алкоголя.

Но все же спиртное немало поспособствовало раскрепощению собеседников, как ни казалось им, что они все четко осознают и держат себя «в руках».

— Честно говоря, — произнес Алек, — я не предполагал, что проведу сегодняшний вечер в компании. Лора, как выяснилось, справляется успешно не только с обязанностями поварихи. Круг ее знакомых весьма обширен! И все считают своим долгом непременно навестить ее, так сказать, при исполнении служебных обязанностей. И не только здесь, в моем доме. Но и в моем офисе тоже. Да-да! Не удивляйтесь! На вас, Энтони, я обратил внимание еще тогда. И это вполне объяснимо. Думаю, вы не обидитесь, если я откровенно признаюсь, что ваши наряды…

Энтони добродушно засмеялся и согласно кивнул:

— О, Александр! Вы не первый, кто это говорит. Так что, какие могут быть обиды?.. Что касается моих, как вы сказали, «нарядов», то кто-то же должен пропагандировать новейшие изыскания модельеров! Почему не я? Не так ли?

— Конечно, — усмехнулся Алек. — Но мне кажется, что стремление всегда шагать в ногу с модой — бесперспективно.