Стелла Камерон - Милые развлечения

– Я не понимаю.

– Так пойми. И я уже почти сказал ему то же самое. Если здесь что-нибудь изменится, это убьет меня.

Перис скосила взгляд на Эмму.

– Не говори так, Попс.

С перекрещенными на груди руками Эмма воплощала безразличие.

– Я скажу это, девушка. Он очень пожалеет, если вздумает тягаться со мной. И я лучше умру, чем уступлю Тобиасу Квинну.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

– Тебя трудно отыскать, старший брат.

При звуке голоса своего единокровного брата Тобиас вручил папку с документами ответственному по застройке и, стерев с лица раздражение, обернулся.

Яркие голубые глаза Найджела сияли очевидным удовольствием.

– Боже, как здорово снова увидеть тебя. Пусть даже мне чуть не пришлось нанять сыщика, чтобы тебя выследить.

Тобиас ожидал этого визита от по-мальчишески красивого Найджела.

– Кажется, до сих пор ни у кого не возникало проблем, как меня найти.

Его секретарша знала, что до полудня Тобиас будет в проектном бюро университета.

– У меня на это ушли часы, – сказал Найджел. Густые черные ресницы, темные взъерошенные волосы. Воплощение очаровательного, надежного, преданного брата.

Внешность обманчива.

Найджел Квинн обманывал.

Он лгал.

Он использовал других и ни в грош не ставил никого, кроме собственной персоны.

Он пришел, потому что попал в беду, и ему нужна была помощь.

И он спал с бывшей женой своего брата – спал еще тогда, когда она была просто женой.

И, что больше всего уязвляло, Найджел считал Тобиаса дураком.

– Что у тебя? – спокойно спросил Тобиас. Для Найджела сегодня был не лучший день попытать счастья. Последняя встреча Тобиаса с Перис Делайт расстроила нечто большее, чем планы на сотрудничество с ее дедом. Она расстроила Тобиаса, и точка. Он не мог выбросить из головы эту женщину. И не только из головы. Он ощущал ее всем телом. Последнее время он слишком много работал. Ему нужно было отвлечься, отвлечься на мягкую, притягательную женщину, которая не напоминала бы большеглазую блудницу и не пудрила бы ему мозги. Блудницы? Его интересовали только настоящие женщины.

У Найджела, казалось, возникли сложности с ответом на вопрос.

– У тебя были причины прийти сюда? – коротко спросил Тобиас. Одна настоящая женщина. И скорее.

– Я кое о чем хотел поговорить с тобой.

Найджел, одетый в темно-зеленый костюм от Армани и рубашку хаки с вручную расписанным галстуком цвета зелени со ржавчиной, серьезно осмотрелся, как будто все вокруг его сильно интересовало.

– Квартиры?

Тобиас указал на вывеску, начинавшуюся со слова КВИНН – большими шестидюймовыми буквами.

– «Бруклин Тауэр, пятнадцать этажей – роскошные номера под офисы», – прочитал он вслух. И подумал: «Как же ты хочешь просить меня? Какую ложь ты состряпаешь, чтобы объяснить, зачем тебе нужно занимать деньги? Большие деньги?»

– Я говорил тебе, как благодарен за возможность пользоваться домом?

Нет, не говорил.

– Я все равно не живу там, – сказал Тобиас. Он не был уверен, захочет ли вообще когда-нибудь еще жить там.

– У меня было много времени на размышления. Все это пространство и время наедине с собой, кажется, сделали меня неврастеником. Вокруг себя я вижу сплошной бардак.

Видеть бардак – или устраивать бардак там, где раньше была спальня Тобиаса и Синтии, или в любом другом подходящем и неподходящем месте дома? Может быть, вместе с Синтией, которая любила грубый, бардачный секс. Лицо Тобиаса хранило безразличное выражение. Вокруг них сновали люди, прокладывая себе дорогу через нагромождения гигантских блоков, подготовленных для заливки фундамента. В отличие от большинства своих соперников, Тобиас предпочитал лично присутствовать на каждом этапе стройки.

– Тебе, может, трудно в это поверить, но я ищу родственную душу.

– Думаю, нам стоит подыскать более подходящее место для разговора, – сказал Тобиас. Лучше б он не знал, чего от него хотят. Он проверил часы. – Жаль, рановато для ленча.

– Не для меня, – быстро ответил Найджел. – Пошли. Я угощаю. Мы давно не виделись.

Как никогда. Тобиас прикинул, мог ли кто-нибудь догадаться, что Найджелу тридцать три – всего на три года меньше, чем ему.

Найджел уже направлялся к выходу уверенным, пружинящим шагом. Тобиас последовал за ним, попутно здороваясь с рабочими. Он сдал свою каску и догнал Найджела уже на тротуаре. Младший брат был ниже ростом на несколько дюймов, – когда они были подростками, это было еще одним источником соперничества между ними. Благодаря массе свободного времени Найджел прибавил в весе за последние годы. В этом он почти догнал Тобиаса, отличавшегося крепким телосложением.

Солнце поздних утренних часов дарило Найджелу загар. Идя рядом с Тобиасом, он являл собой картину красивого, здорового, преуспевающего молодого человека.

– У меня проблемы, Тоби.

Тобиас чуть не застыл на месте.

– У «Ями-Ями» сейчас должно быть пусто. Японская и китайская кухни. Устроит?

– Отлично. Меня все устроит.

– Тогда пойдем туда, – Тобиас продолжил путь, мысленно клянясь, что не даст себя втянуть в какую бы то ни было игру, придуманную Найджелом на этот раз.

Мимо прошли несколько студентов с тяжелыми пачками книг в руках. Все вокруг, казалось, дышало покоем и тишиной.

Ресторан был всего лишь в одном квартале на восток от Бруклина, в Университетском проезде. Бамбуковые жалюзи были приспущены, но Тобиас сумел рассмотреть внутри несколько посетителей.

– А здесь наливают, – рассеянно сказал Найджел, открывая тяжелую стеклянную дверь. – Я бы, пожалуй, пропустил стаканчик.

Они заняли столик на четверых около окна и уселись рядом, спиной к стене. Таким образом они могли видеть каждого, кто подойдет достаточно близко, чтобы услышать разговор.

– Водка с мартини, – сказал Найджел официантке. Тобиас заказал пепси-колу и подождал, пока официантка уйдет. Потом спросил:

– Что за проблемы?

– Я потерялся, – пробормотал Найджел. – Пустился на волю волн, – его рука слегка дрожала, когда он поднял ее, откидывая назад волосы. – Я никуда не выхожу, Тоби, и я до смерти напуган.

Прибыли напитки. Тобиас взглянул на Найджела и сказал официантке:

– Мы еще не готовы заказать. Подождите немного.

– Я знаю, никогда не думаешь, что придет конец, но он наступает рано или поздно, – продолжал Найджел. – Я слишком стар, чтобы пытаться обрести себя. Мне давно пора было остепениться и почувствовать себя обретенным, – он взял бокал с мартини и поднес к губам.

Тобиас терялся в догадках. Или это был другой Найджел, или тот же самый Найджел с совершенно другими речами.

– Скажи что-нибудь, – проговорил Найджел, проглотив коктейль. – Мне пришлось собрать все свое мужество, чтобы прийти сюда и рассказать тебе обо всем.