Пенелопа Уильямсон - Неукротимое томление

Всякий раз, когда Калеб напоминал ей об этом, она подчинялась и была благодарна ему за то, что ей не приходилось делать этого часто, хотя догадывалась о том наслаждении, которое он получает. Элизабет простодушно считала, что соитие не должно доставлять удовольствия супругам; в Библии ясно сказано, что это необходимо для продолжения человеческого рода. А Элизабет глубоко чтила святое писание.

Мать предупредила Элизабет в ночь перед свадьбой, что ей будет больно и выйдет немного крови, но все пройдет через два-три дня, однако боль не проходила до сих пор. Конечно, были и приятные минуты. Элизабет нравилось, что Калеб всегда целовал и ласкал ее, прежде чем овладеть ею. После этого он всегда шептал ей слова любви. Но Элизабет ненавидела мужа в те моменты, когда его твердая плоть проникала в нее, заставляя ее сжиматься от боли и ужаса. Всякий раз после близости молодая женщина чувствовала себя изнасилованной.

Элизабет решила переодеться до прихода Калеба. Едва она присела на единственный стул и стала вынимать из волос костяные шпильки, дверь отворилась и в комнату вошел ее муж.

— Сейчас будет светло, — сказал он, прикрывая рукой горящий фитиль и осторожно поднося его к масляной свече, стоящей на ночном столике. Молодой человек ласково посмотрел на жену.

— Я сейчас, — поспешно сказала она, улыбнувшись.

— Позволь мне. — Калеб взял у нее гребешок.

Молодая женщина откинулась на спинку стула, позволив мужу заняться ее волосами. Калеб так осторожно расчесывал великолепные пепельные волосы, что это доставляло Элизабет удовольствие.

— Что ты думаешь о докторе Сэвиче? — спросил он.

— Славный человек, — не задумываясь ответила Элизабет.

«Такой же добрый, как Калеб, — подумала она. — Он прекрасно воспитан, а кроме того, заботился обо мне в пути».

Вместе с тем Элизабет подсознательно угадывала в нем какую-то дикую необузданность.

— А Делия — непростая штучка. Настоящая задира. Нам придется много молиться, чтобы привлечь ее в лоно церкви, — заметил Калеб.

Он уже расчесал волосы Элизабет и сел перед ней, положив руки на колени и с любовью глядя на нее.

— Эта девушка много испытала в жизни, Лизи. Думаю, ей нужна надежная опека.

— А мне нравится Делия, — сказала Элизабет, стараясь верить, что так оно и есть.

Она немного завидовала девушке, которая бесстрашно шагала рядом с запряженными в повозку волами и простодушно радовалась тому, что видела. Казалось, пыль, мухи и другие трудности были ей нипочем.

Поднявшись со стула, Элизабет быстро юркнула под одеяло и прижалась к стене. Увидев, что Калеб раздевается, она ощутила тревогу и задрожала всем телом.

— Лизи... Как ты себя чувствуешь? — начал Калеб.

Мгновенно поняв, к чему он клонит, Элизабет заставила себя проговорить:

— Я очень устала, милый.

— Конечно, дорогая, у тебя был очень трудный день, — согласился Калеб, явно разочарованный ее ответом.

Элизабет испытала такое облегчение, словно гора свалилась с ее плеч. Страх прошел, и она расслабилась. Калеб лег рядом и взял ее руку.

— Знаю, что тебе тяжело, Лизи. Не думай, что я не понимаю, как горько тебе покидать Бостон и расставаться с семьей. Не сомневаюсь, ты будешь очень скучать по ним...

В голосе мужа Элизабет почувствовала неуверенность.

«Он и не подозревает, чего я лишилась, покинув Бостон. Калеб считает, что может заменить мне всех, но он ошибается».

— Вот увидишь, тебе понравится Мерримитинг, — продолжал он. — Доктор Сэвич сказал, что нам уже построили дом, как раз рядом с церковью. Кроме того, нам дадут небольшой надел земли. Появятся соседи. Ты не будешь скучать.

Калеб сжал ее руку.

— Понимаешь, Лизи, мое призвание — нести людям слово Божье. Такова воля Всевышнего.

— Понимаю... — покорно отозвалась Элизабет.

Ей хотелось, чтобы Калеб обнял ее, но она опасалась, что муж по-своему истолкует это.

Калеб так долго молчал, что Элизабет подумала, не заснул ли он. Но вдруг он спросил:

— Как ты думаешь, Лиз, у нас скоро может появиться ребенок? Ты ведь хочешь этого, правда?

Элизабет похолодела.

«Теперь уж он точно снимет с меня рубашку», — мелькнуло у нее в голове.

— Лизи? — повторил Калеб.

— Да... да, конечно. Ребенок — это замечательно, — поспешно проговорила она срывающимся, голосом.

Калеб вздохнул. Немного погодя, услышав его мерное дыхание, Элизабет успокоилась: он наконец заснул.

***

На следующее утро, не вступая в спор с Делией по поводу лошади, Тайлер молча подхватил ее и посадил в седло. А она между тем осыпала проклятиями хозяина гостиницы, сетуя на то, в каких условиях ей пришлось провести ночь.

Оказавшись на лошади, Делия сначала онемела от удивления, но что-то подсказало Тайлеру, что этим дело не кончится.

— Ни слова, прошу тебя, — быстро проговорил он, не давая ей опомниться.

Делия открыла было рот, но, поразмыслив, рассмеялась.

— Я только собиралась сказать тебе доброе утро, — слукавила она.

— Вот и хорошо, — кивнул Тайлер.

Он был мрачно настроен. Уже вторую ночь его преследовал хрипловатый голос и снились высокие округлые девичьи груди. Тайлер понял, что по уши влюбился в эту замарашку из таверны, к тому же совершенно безответно... хотя в это он едва мог поверить. Тайлер решил, что Делии просто вздумалось поразвлечься в последний раз перед тем, как стать степенной замужней дамой. Он не сомневался в этом до той минуты, когда она влепила ему пощечину.

Ночью прошел дождь, и теперь тяжелые свинцовые тучи ползли по небу. Вода капала с деревьев и карнизов домов, так что посреди грязного двора образовались небольшие лужи. Элизабет уже села в свою повозку и поджидала, когда Калеб запряжет волов. Она сидела нахохлившись как воробей, наглухо завязав накидку под подбородком.

— Сколько вы полагаете пройти сегодня? — спросил Калеб, расплатившись с хозяином и подзывая Тайлера к повозке.

— Думаю перебраться через Мерримэк, — ответил тот.

Мельком взглянув на жену, Калеб решил уточнить:

— Сколько все же мы будем в пути? Видите ли, Элизабет...

Тайлер тяжело вздохнул, подумав, что при таких темпах они попадут в Мерримитинг только к концу лета.

— Сегодня дорога не будет такой утомительной, — ответил он.

Калеб заметно повеселел и ободряюще похлопал жену по колену.

— Ну вот, сегодня тебе будет полегче, Лизи, — ласково проговорил он.

Элизабет с тоской посмотрела на затянутое тучами небо.

— Наверное, дождь зарядит на целый день, — сказала она.

— Зато нас не будут допекать мухи, — пошутил Калеб.

Тайлер не спеша пошел к Делии. При его приближении она так лучезарно улыбнулась, что у него захватило дух. Ее необыкновенные золотистые глаза сверкали, заставляя сердце Тайлера бешено биться. Подавив улыбку, он бросил на Делию сердитый взгляд, приторочил ее мешок к седлу и вывел иноходца на дорогу.