Элис Клейтон - Уолбэнгер (ЛП)

Мой мозг определенно относился к разряду этого «всего», когда я внезапно почувствовала, как он вытекает у меня из ушей и заливается за шиворот.

— Кроме нее, — пробормотала я, когда мой мозг уже основательно выкипел.

Саймон мрачно хохотнул и вылез из машины. Его взгляд был устремлен на меня, пока он обходил автомобиль и открывал мне дверь.

Я выбралась наружу, взяв его за предложенную мне руку, и едва заметила, что он выводит крошечные круги на внутренней стороне моей левой руки большим пальцем своей правой. Едва заметила, блин. От этого прикосновения у меня мурашки побежали по телу, а Нижняя Кэролайн приосанилась. Нервы? Искрились по всему телу, как фейерверк.

Мы зашли в здание, где он еще раз придержал для меня дверь. Саймон, правда, очарователен, должна отдать ему должное.

— Так откуда ты знаешь Бенджамина и Джиллиан? — спросила я, взбираясь по ступеням впереди него.

Я точно знала, что он оценивает мои ноги, да и почему бы нет? У меня отличные ножки, а сейчас они еще и подчеркнуты моим маленьким, летящим платьем.

— Бенджамин много лет был другом моей семьи. Я знаю его практически всю свою жизнь. Он еще и занимается моими вложениями, — ответил Саймон, когда мы дошли до первого этажа и начали подъем на второй.

Я оглянулась через плечо, подтвердив то, что он поглядывает на мои ноги. Ха! Попался.

— Ооо, твои вложения. Осталось несколько сберегательных облигаций с дней рождения, Скрудж? — поддразнила его я.

Он хохотнул.

— Ага, вроде того.

Мы продолжили подниматься.

— Это любопытно, ты так не думаешь? — спросила я.

— Любопытно? — спросил он.

Звук его голоса разливался по мне, как теплый мед.

— Ну... я имею в виду, что Бенджамин и Джиллиан оба нас знают, а мы встретились вот так на вечеринке, и ты именно тот, кто несколько недель меня по ночам веселил. Мир тесен, как я понимаю?

Мы сошли с верхней ступеньки, и я вытащила ключи от квартиры.

— Сан-Франциско — большой город, но в некоторых смыслах и он может казаться городишком, — ответил он. — Но да, это любопытно. Даже сказал бы, интригующе. Кто знал, что милый дизайнер, с которой меня хотела свести Джиллиан, окажется Девушкой в розовой ночнушке? Если бы я знал, может, и поймал бы ее на слове, — сказал он, а его чертова ухмылка вернулась на красивое лицо.

Блин, почему он не может и дальше вести себя, как сволочь?

— Да, но Куколка в розовой ночнушке ответила бы отказом. Все-таки, тонкие стены, да и вообще... — подмигнула я, сжав руку в кулак, и стукнула ей по стене рядом с дверью.

Я слышала, как за дверью верещит Клайв, так что нужно было поскорее оказаться в квартире, прежде чем он начнет завывать.

— Ах да, тонкие стены. Хммм... Что ж, спокойной ночи, Кэролайн. Мир все еще в силе, да? — спросил он, повернувшись к своей двери.

— Мир в силе, если ты меня снова не разозлишь, — рассмеялась я, прислоняясь к дверному косяку.

— О, можешь на это рассчитывать. И, Кэролайн? Говоря о тонких стенах…— сказал он, открывая дверь, и оглянулся на меня.

Он прислонился к косяку, постучав кулаком по стене.

— Да? — спросила я, немного переборщив с мечтательностью в голосе.

Ухмылка снова появилась на его лице, и Саймон сказал:

— Сладких снов.

Он еще раз стукнул по стене, подмигнул и зашел внутрь.

Хм. Сладкие сны и тонкие стены. Сладкие сны и тонкие стены... Мать вашу. Он меня слышал. 

Глава 7

Тык.

— Рррр.

Тык. Цап, цап. Тык.

— Прекрати.

Цап, цап, цап. Бодание.

— Я понимаю, что ты не умеешь пользоваться календарем, но ты должен же знать, какой сегодня день — это воскресенье. Серьезно, Клайв.

Сильное бодание.

Я перевернулась, откатившись прочь от бодания и настойчивого тыканья Клайва, и скрылась с головой под одеялом. Перед глазами продолжали мелькать образы прошлого вечера. Легендарное появление Саймона на кухне Джиллиан. Его друзья, называющие меня Куколка в розовой ночнушке. Бенджамин, сложивший два и два, когда узнал, что я — Куколка в розовой ночнушке. Поцелуй с Саймоном. Ммм, поцелуй с Саймоном.

Нет, никаких поцелуев с Саймоном! Я закопалась поглубже в одеяло.

Сладкие сны и тонкие стены... На меня волной накатило унижение, когда я вспомнила его прощальные слова. Я зарылась под одеяло еще глубже.

Мое сердцебиение ускорилось, пока я думала о том, насколько унизительно все получилось. Сердце, не обращай никакого внимания на девушку под одеялом.

Прошлой ночью я явно обошлась без сновидений, но чтобы точно избежать ситуаций, когда кто-то (а именно Саймон) услышит, как я кричу в приступе страсти, я спала с включенным телевизором. Открытие того, что Саймон слышал возгласы, издаваемые мной во время сна о нем, оставило меня в такой прострации, что я нескончаемо долго переключала телевизионные каналы, пытаясь отыскать нечто такое, что не было бы похоже на меня, реагирующую на собственную версию Эротического Сна с Саймоном в главной роли. Я остановилась на рекламном канале, из-за которого, конечно же, заснула позже, чем планировала. Все, что они продавали, пленяло. Мне пришлось вырывать телефон из собственной руки в 3:30 ночи, когда я чуть не заказала измельчитель «SlapChop»... это если ничего не упоминать о потраченном получасе (а мне его никогда не вернуть), в течение которого я смотрела, как Баузер пытался впарить мне коллекцию песен пятидесятых.

И все это шло вдобавок к звукам музыки Томми Дорси, доносящимся из-за стены. Они вызывают на лице улыбку. Себя не обманешь.

Я лениво потянулась под одеялом. Следя за тенью Клайва, преследующего меня и пытающегося сообразить, как пробраться ко мне, я подавила смешок. Он пытался залезть, нагибаясь под разными углами, а я пресекала его продвижение. В конце концов, он возобновил свое тыкательно-царапательно-бодательное наступление, и я высунула голову, смеясь над ним.

Я смогу справиться с ситуацией с Саймоном. Мне не обязательно вести себя так, будто я абсолютно унижена. Конечно, моя «О» пропала, может, и навсегда. Конечно, мне снились эротические сны о моем чересчур привлекательном и излишне самоуверенном соседе. И конечно, названный сосед слышал все эти сны и прокомментировал их, оставив за собой последнее слово этим, и без того крайне странным, вечером.

Но я смогу с этим справиться. Конечно, смогу. Я просто признаю это раньше него...сделаю ход конем, вот и все. Не обязательно, чтобы последнее слово всегда оставалось за ним. Я смогу оправиться от произошедшего и поддерживать и дальше наше смехотворное перемирие.