Джоан Хол - Сердцу не прикажешь

— Это самое первое, на что я обращаю у мужчин внимание, — сказала Карла. — Это я про улыбку.

— А я первым делом на попку смотрю.

Фриско и Карла разом обернулись и с недоуменными лицами уставились на подругу. После некоторой паузы они хором заговорили:

— Да брось ты…

— Что, правда?!

— Чего ж не правда? — Джо пожала плечами. — Мне нравится, когда у мужика упругая попка. — И она полувопросительно приподняла бровь, обернувшись в сторону Фриско. — Как, у этого Маканны упругая попка?

— Понятия не имею. Я даже не обратила внимания, — воскликнула Фриско, тоненько хохотнув.

В действительности она очень даже обратила внимание. У Лукаса Маканны была не только упругая задница, но также и длинные спортивные ноги, тонкая талия, широкая и мускулистая грудь и сравнительно широкие плечи. И крупные ладони с длинными красивыми пальцами, на фалангах которых чуть виднелись темные волоски.

О да, она все это отлично заметила. Однако вовсе не собиралась признаваться в этом кому бы то ни было, и в первую очередь Джо.

— Я была расстроена обстоятельствами нашей первой встречи, — подавленным тоном призналась она.

— Э! Покраснела, покраснела! — с ухмылкой сказала Джо.

Фриско вздохнула и ответила ей слабой покорной улыбкой.

— Может, и так. Что поделаешь.

— Господи, как жаль, что у тебя такие неприятности, — и Карла сопроводила свои слова невеселой улыбкой.

— Да у тебя и аппетита нет, — Джо глазами показала на тарелку, с которой Фриско почти ничего не съела. — Чья сегодня очередь платить?

— Моя, — сказала Фриско и опять тяжело вздохнула. — Такое чувство, словно не с той ноги встала: весь мир сегодня против меня.

— Слушай, Фриско, а ты и вправду нервничаешь из-за предстоящей встречи? — заинтересованно осведомилась Карла.

— Ну… — Фриско неопределенно взмахнула рукой. — Наверное, я просто устала. В голову лезут мысли о пляже, морском бризе, пенистых мягких волнах.

— Чего ж тут удивительного! Ты ведь в следующее воскресенье отправляешься на Гавайи. Так ведь?

— Да, и не могу дождаться этого дня. — Фриско вздохнула и закусила нижнюю губу. — Но только прежде мне предстоит пройти через эту довольно-таки неприятную встречу.

— Ты, главное, не волнуйся, — сказала ей Джо. — Прежде всего он мужик, вне зависимости от того, много у него бабок или нет. — Голос подруги приобрел явную резкость. — Ты, дорогая моя, спокойненько пойдешь на встречу и выслушаешь его предложение. И если, не дай Бог, он попытается хоть чем-то огорчить тебя, ты сразу же дашь мне знать.

— И мне! — как эхо откликнулась Карла. — Уж мы тогда о нем позаботимся. Ты ведь понимаешь, что у нас всегда есть в запасе способы…

Почувствовав, как влажный туман опять застилает ей глаза, Фриско растроганно обнялась с подругами.

— Спасибо вам, славные вы мои. Я… я… — она с трудом проглотила слюну. — Спасибо, что вы у меня такие… такие славные.

— Глупости! — хотя тон Джо был резким, глаза ее светились небесной голубизной и выражали искреннюю нежность.

— Что-то мы сегодня расчувствовались, соплей напустили, — сказала Карла и, не таясь, вытерла влажные глаза. — Где именно у тебя назначена встреча с этим самым Маканной? Ты так и не сказала. — И Карла, сама того не ведая, заговорила тем же, что и Джо, тоном, выражавшим априорное неприятие Маканны.

Сплошь один Маканна… Фриско едва заметно поежилась.

— Неподалеку от моей квартиры на соседней улице есть один бар. Ты хорошо знаешь это место.

— Знаю, — подтвердила Карла и кивнула. — Мы как-то выпивали там. Вроде бы вполне миленькое местечко, насколько я припоминаю.

— Да, там очень уютно, — подтвердила Джо. Затем в ее голосе опять зазвучал металл. — И не трусь. Ты пойдешь туда и жестко поговоришь с этим уродом.

Глава 10

Джо было легко советовать. Советы вообще легко давать, а вот… Так думала Фриско час спустя после того, как закончила ужинать с подругами.

Она опоздала минут на пять, и когда пришла, он уже поджидал ее. Устроившись в самом углу за столиком, который казался более уединенным, чем все прочие столы в этом заведении, он сидел, вертя в руках бокал пива. Выглядел Лукас Маканна прямо-таки дьявольски привлекательным. На лице его застыло выражение смертельной скуки.

Направляясь в его сторону, Фриско обратила внимание, что несколько посетительниц — кто украдкой, а кто и внаглую — посматривали на него.

— Ну привет, Фриско Бэй, — голос его прозвучал возбуждающе, очень сексуально, в нем явно слышался сдержанный смех.

— Я ведь, имейте в виду, сэр, могла бы своим приветствием мигом сбить с вас ваше благодушие, — парировала Фриско, усаживаясь на стул, который он предусмотрительно отодвинул, желая поухаживать.

Маканна хохотнул; смех прозвучал мягко, а его близкое дыхание заставило колыхаться ее волосы. Уверенность Фриско куда-то испарилась.

— Ой, мне уже страшно, — смеясь, признался он, обогнул столик и уселся на свое место.

— Ну? — Фриско придала своему лицу бесстрастное выражение. — Может, сразу и перейдем к делу? Завтра у меня много работы, тяжелый день.

— Но сейчас ведь только десять минут девятого! — сказал он и поднял руку, подзывая официантку. — Что вам заказать?

— Спасибо, ничего. Единственное, что я хочу, так это поскорее закончить нашу беседу. И ничего больше.

— Фриско Бэй! — Хотя его голос оставался все таким же приятным, но к интонации примешивались предупредительные нотки. И Фриско подумала, что зарываться не стоит, она ведь в каком-то смысле зависит от него.

— Ладно, я выпью бокал «зинфанделя». Если можно, со льдом.

— Лед для разбавки? — он улыбнулся. — Знаете, я почему-то никак не могу отделаться от ощущения, что вы не вполне мне доверяете.

— Возможно, это происходит как раз потому, что я и вправду не доверяю вам, — излишне откровенно выпалила она.

Он хохотнул.

У Фриско началась легкая нервная дрожь, и чтобы как-то с ней справиться, она стиснула зубы. Проклятье, у этого человека прямо-таки деморализующий смех.

Подошедшая официантка выслушала от него заказ и машинально, как бы даже не отдавая себе отчета, потерлась бедром о его локоть.

Лукас сделал вид, что ровным счетом ничего не заметил.

Однако Фриско очень даже хорошо все видела, и нарочитое отсутствие реакции со стороны Маканны странным образом взволновало ее. Она сказала себе, что это решительно не ее дело, и разволновалась еще пуще.

Если жест официантки был продиктован желанием обратить на себя внимание — и в этом смысле объяснимым, то уж решительно непонятной была реакция Фриско на увиденное. Фриско тихо сидела, дожидаясь, пока официантка вернется с заказом и вновь уберется восвояси.