Джоан Хол - Сердцу не прикажешь

— Точно так же думала и я, — сказала Фриско, припомнив свои недавние размышления.

— В бизнесе всегда есть крупные рыбины, которые хотят и, что самое главное, могут сожрать рыбку помельче. — Джо выглядела не на шутку расстроенной. — Сильный мужчина, слабый мужчина — все они вечно играют в свои мужские игры.

— Тут речь вовсе не об играх, Джо, — Фриско отхлебнула лимонной воды «Перье». — Дело в том, что отец запросто может потерять свою фирму.

— И кто же именно пытается оттяпать у него компанию? — поинтересовалась Джо, хорошо поставленный голос которой приобрел оттенок официальности: так разговаривают полицейские, которые ведут допрос.

— Даже не оттяпать в буквальном смысле, — Фриско почувствовала необходимость быть корректной в данной ситуации.

— Ну хорошо, так кто же именно пытается это сделать, Фриско? — сочла нужным задать вопрос Джо.

— Этого человека зовут Лукас Маканна. Его компания поставляет сталь для «Острого лезвия».

— Впервые слышу такое имя.

— А мне оно известно, — вмешалась Карла. — Хотя этот человек практически никогда не дает интервью, в мире бизнеса рассказывают легенды о его стремительном взлете. Ты бы тоже, Джо, могла слышать про него, если бы читала в газетах еще что-нибудь, кроме сообщений о преступлениях.

— Светские сплетни прикажешь читать, так, что ли? — поинтересовалась Джо, чей голос приобрел уничижительный оттенок.

— Нет, я имею в виду новости бизнеса, — парировала Карла аналогичным же тоном. — Я вот о чем, Джо.

— Подумать только! Кого, скажите, интересует… это дерьмо, которое они пишут про бизнесменов?!

Карла с выражением неподдельного шока на лице обернулась в сторону Фриско и повторила:

— Кого… что?..

— Агент Джо-Линн Колман, выбирайте выражения! — оборвала подругу Фриско, намеревавшаяся придать разговору подобающее направление. — Мы ведь, черт возьми, находимся в общественном месте.

— Да плевать я хотела на эти общественные места! — и Джо элегантно тряхнула своими светлыми волосами, как бы отмахиваясь от обвинений подруг.

— Что, на все общественные места?! — И Карла в деланном испуге широко раскрыла глаза, как бы недоумевая.

Фриско не пришлось ничего говорить: у Карлы всегда была эта способность легко и непринужденно разряжать конфликтные ситуации. Фриско прикрыла ладонью рот и сдавленно захохотала.

Карла также рассмеялась.

Джо усмехнулась.

Каждая из подруг, как случалось за все эти годы уже не раз, вдруг ощутила дружеское единение с остальными. За такие вот мгновения они особенно любили друг друга.

— Ну ладно, смехуечки в сторону, — Джо, как обычно, первая сделалась серьезной. Она вновь повернулась к Фриско. — Скажи, неужели твой отец действительно ничего не может предпринять, чтобы отшить этого могучего Маканну? Наверняка это какой-нибудь очередной пижон, изображающий из себя крутого воротилу.

Фриско подумала, что, доведись Лукасу Маканне услышать эту убийственную характеристику, он лопнул бы от негодования.

А может, и не лопнул бы… Фриско печально покачала головой.

— Увы, к сожалению, отец ничего в данной ситуации не может сделать. — Она тяжело вздохнула и затем решила признаться: — Разве только я одна и могла бы предотвратить катастрофу.

— Ты?! — хорошенькое, как у сказочной феи, лицо Карлы сморщилось в гримасу. — Но как же так, Фриско, ты ведь не имеешь прямого отношения к фирме? Что же ты можешь предпринять?

— Вот это как раз и есть часть проблемы… Я толком и сама ведь пока не знаю, — и Фриско перевела тревожный взгляд с одной подруги на другую. — Этот человек позвонил мне сегодня утром. Сказал, что придумал, как разрешить сложившуюся ситуацию и предложил позднее повидаться, чтобы обсудить свой план. — Она посмотрела на изящные золотые часики, висевшие на запястье, и вздохнула. — И мне пришлось согласиться встретиться с ним в восемь, чтобы за бокалом вина все неспешно обсудить.

— Это значит — через час, — сказала, сверившись со своими часами, Джо, которая всегда отличалась практичным подходом к делу.

— Те его фотографии, которые помещались в газетах, были очень неудачные, — задумчиво произнесла Карла. — Он хоть симпатичный?

— Слушай, при чем тут его внешность? — нетерпеливо перебила подругу Джо.

Но Карлу не смутили резкие слова, и ровным голосом она ответила:

— Ну интересно же.

Джо фыркнула, выражая свое презрение.

— Симпатичный ли он? — Фриско поднесла руку к виску и принялась осторожно массировать, желая хоть как-то уменьшить головную боль. — Нет. Во всяком случае, вовсе не такой, как мужчины в журналах мод.

— А какой же? — не унималась Карла.

— Ка-арла… — Джо укоризненно покачала головой, что должно было обозначать отчаяние. — Может, успокоишься, в конце-то концов? Неужели это так уж важно, в самом деле?!

— Но я же объяснила тебе, что я просто…

— …интересуешься, — резко оборвала ее Джо. — Я это уже слышала. Но черт тебя побери, неужели сложно понять, что в данный момент Фриско совсем не до того, как именно этот человек выглядит!

— Черт побери? — и Фриско слабо покрутила головой, которая разболелась не на шутку.

— Ох… — Карла смутилась. — Ты прости меня, Фриско.

Фриско улыбнулась ей. Она очень любила эту дурочку, которая в действительности была совсем неглупой женщиной и лишь для удобства надевала на себя маску этакой вот легкомысленной дамочки. Впрочем, равным образом Фриско любила и Джо, несмотря на то, что эта самая Джо старалась выглядеть бывалой женщиной, разговаривала со всеми жестко, а ее ангельские губы подчас исторгали такие словечки, что у всех окружающих прямо-таки уши вяли.

— Да все нормально… — поспешила успокоить ее Фриско. — Я ничуть не в претензии. А что касается его внешности… — Она нахмурила лоб и задумалась. — Ну, понимаешь, он из тех мужчин, при первом взгляде на которых думаешь — хищник. Этакий крутой бизнесмен, очень мужественный… Понимаешь, о чем я?

Карла поспешила утвердительно кивнуть.

Джо картинно закатила глаза.

— Очень миленько! Кинг-Конг завоевывает цивилизованный мир бизнеса!

Карла уничтожающе взглянула на подругу.

Это, впрочем, не произвело никакого впечатления на Джо.

Позабыв на мгновение о головной боли, перестав также думать о том, что время поджимает, Фриско не утерпела и рассмеялась.

— Вот что у него действительно красивое, так это улыбка, — продолжала она и тотчас же упрекнула себя в явной неискренности, потому что если и определять словами улыбку Маканны, то следует называть ее обезоруживающей и неотразимой.

— Это самое первое, на что я обращаю у мужчин внимание, — сказала Карла. — Это я про улыбку.