Неидеальные. Откровения о любви (СИ) - Лейк Оливия

— Удачи тебе в этом, — нажала на ручку двери. Ну что тут еще сказать…

— Алена, — поймал мою ладонь и к губам прижал, — я скучал.

— Дима, я не буду…

Его взгляд тут же переменился: из ласково-жаждущего в надменно жесткий.

— Срок еще не вышел. Ты моя, Алена. Все лето будешь моей.

— Твоя невеста…

— Не твоя забота, — прервал грубо, затем потянулся к бардачку и достал какие-то бумаги.

— Что это? — удивленно спросила, когда положил мне на колени.

— Документы на машину, — сухо ответил. — Оформлена на тебя. В конце августа доставят. Ничего сверхъестественного, не беспокойся.

— Но мне не нужно, — перевела на него ошеломленный взгляд. — Я не просила…

— Алена, хватит из себя правильную девочку строить! Ты спишь с обеспеченным мужчиной и получаешь за это подарки. Как всякая уважаемая любовница. Смирись!

Хотелось врезать ему, как следует, но я отчего-то рассмеялась. Все это казалось диким фарсом, совершенно со мной не связанным. Дима хмыкнул. Очень чувствовалось, что он тоже впервые в подобной ситуации и не знал, как нужно вести себя. Теперь верю, что первая в его жизни любовница.

— Ты сейчас серьезно?

Он порывисто взлохматил темные волосы и сквозь зубы выругался:

— Блядь, — затем взглянул непривычно растерянным взглядом. Господин прокурор так не умел. Это кто-то другой. — Алена, я хочу позаботиться о тебе, веришь ты мне или нет. У тебя дочка… — замолчал на мгновение. — С машиной удобнее, ну?

— У меня нет прав.

— Так получи! Я могу тебе их нарисовать, но все же лучше научиться водить. Во избежание, как говорится.

— Дим, не нужно. Правда.

— Почему? — спросил, прищурившись. Неужели правда не понимал? — Ты мне не будешь ничего должна, Алена. Ты и так дала много.

Но не все — подумала про себя. Осталось еще мое сердце. И я не хотела, чтобы оно было разбито.

— Так вышло, Дим, что я привыкла рассчитывать только на себя. Считай это моей философией.

— Знаешь, — он приблизил ко мне лицо, — если это уловка, чтобы меня зацепить, то сработало. Если нет, то ты очень непрактичная женщина.

— Ты зато практичный! Слишком даже.

Запал злости, с которого мы начали, стремительно переродился в запретное и мучительное притяжение. Оно томительным ожиданием и сладким туманом ползло по коже. Соски заострились и болезненно остро терлись об тонкую ткань футболки.

— Ален, я соскучился, — шепнул, обжигая дыханием. Обдавая чувственным ароматом колючего холода и буйного моря. — А ты? — но ответить не дал, напал на меня. Готовую к атаке, но абсолютно безоружную против лавины эмоций, пронзавшей самую душу.

— Я не могу сегодня, — ответила, задыхаясь.

— Лечитесь, — выпустил меня из объятий. — Позвони, как сможешь. Буду ждать.

Я уходила от него совсем в другом настроении. Задумчивой и сбитой с толку. Дима порой удивлял: махровый эгоист мог быть заботливым и понимающим.

— Проводила? — с порога поинтересовалась мама.

— Да, — коротко ответила, уйти в спальню хотела — пора Катю купать, нужно пижаму свежую достать. — Мам, пожалуйста, не нужно его больше пускать. И принимать такие подарки.

— Аленушка, я просто растерялась, — оправдывалась мама. — Такой приятный мужчина.

— Ага, конечно…

Естественно, если не знать подробностей, можно подумать, что Небесный настроен очень серьезно, но мы с ним знали реальную расстановку фигур на шахматной доске. Нас обоих это устраивало. Всех устраивало.

Еще целый месяц мне так казалось. Еще месяц я тонула в грешных объятиях своего личного обвинителя и палача. Ждала сентября со странным удушливым чувством мнимой свободы. Я уже понимала, что не обрету ее в полной мере: физически да, эмоционально нет. Эту зависимость нужно будет лечить и прорабатывать. Но я справлюсь. Скоро все закончится. Скоро… А пока:

— Ален, тут к тебе пришли на индивидуальную тренировку, — в зал заглянула наш администратор. Я удивленно обернулась и увидела за ее спиной Иру, будущую госпожу Небесную…

Глава 16

Алена

— Здравствуйте, — проговорила, едва слышно.

— Здравствуйте… Алена.

— Извините, я не очень поняла… Я не даю индивидуальные уроки.

— Зря, — Ирина улыбнулась стервозно. — У вас можно поучиться тому, как умело трахаться с чужими мужьями.

Я пораженно молчала. А что тут скажешь? Ее злость и желание унизить логичны и понятны. Кто знает, как я поступила бы на ее месте. Только я не на ее. Мы по разные стороны. Сейчас мне нужно решить, что делать: лгать или признавать ее правоту?

— Ира, вы не так поняли.

Я решила лавировать между правдой и ложью. Говорить, что я не такая и меня принудили, смысла не имело. Если бы Ира винила в произошедшем Диму, то разбиралась бы в первую очередь с ним, а не ко мне приходила. А сама я… Наверное, все же не настолько невинная овечка, чтобы лицемерно перекладывать вину исключительно на Небесного: слишком много чувствовала в его объятиях. Наши отношения изменились, неуловимо, едва заметно. Стали нежнее и трепетней. Он спрашивал про дочь, про мое настроение и здоровье мамы. Я с привычной колкостью пресекала душевные разговоры, но с каждым днем становилось сложнее. Дима великолепный манипулятор, что уж говорить: он приручал меня как дикого зверька — медленно, но верно. Это пугало и настораживало.

— А как иначе это можно понять? — Ира сделала шаг ко мне. — Как ты его соблазняла? Так? — и вильнула бедрами. — Или так? — эротично сжала грудь, обтянутую узким топом. — Покажи мне. Может, научусь чему, — попросила с ядовитой усмешкой.

Мне стало жутко противно от этой ситуации. Ира, конечно, в своем праве, но и я не девочка для битья.

— Я никого не соблазняла. А вам лучше уйти.

— Ты меня выгоняешь?! — изумленно и очень демонстративно выкатился большие голубые глаза. — Ты ж никто! Я уничтожу тебя!

— Вопросы со своим мужем, — не сдержалась, выделила слово так, чтобы уязвить, ведь Дима ей никакой не муж, — решайте дома. Не втягивайте посторонних.

— Не останешься от него, устрою тебя райскую жизнь. Начну с работы, — и оглядела меня презрительно. — Ты ведь шлюха. Как тебе детей доверяют вообще?! Ты какой пример девочкам подать можешь?! — сделала шаг ко мне. — Думаю, когда родители узнают о низкой социальной ответственности хореографа их маленьких деточек, то тебя не возьмут ни в одно приличное место.

— Вы мне угрожаете? — я была спокойна внешне, но внутри разрывало от обиды и страха. Я не могла лишиться работы, но и ковриком для ног быть не намерена!

— Будешь зарабатывать своим неприличным местечком. Это ты умеешь. Только не с моим мужчиной, ясно? Иначе следующим этапом заявлю на тебя в опеку. У тебя ведь дочь, правильно? Мать-проститутку да за вознаграждение легко лишат родительских прав.

Опять грозят отнять дочь! И в этот раз Дима может как помочь, так и не помочь. Условно завтра перебесится и забудет обо мне, а его невеста отомстит. Для оскорбленной женщины не бывает такого понятия, как срок давности.

— Уходите.

— Надеюсь, мы поняли друг друга, — и достала из крохотной сумочки деньги. Бросила на пол с улыбкой превосходства. — За занятие.

Ира ушла, а я осталась смотреть на громко хлопнувшую дверь. Ее угрозы не выглядели пустыми. Господи, да где же я так провинилась, что мне покоя не дают?! Я ведь не хотела связываться с Небесным. Я вообще ничего не делала, чтобы привлечь его! Но в карму мне прилетит за это обязательно. И скоро. В этом я убедилась быстро.

Через полчаса меня вызвала к себе Инга, хозяйка студии.

— Алена, — она покачала головой, — ко мне тут одна дамочка заходила…

Я молчала. Ну, все понятно.

— Она такого наговорила про тебя. Честно скажу, мне все равно, что и как у тебя с личной жизнью, пока это не касается работы. Это Ирина грозила испортить репутацию клубу. Ты знаешь, как родители относятся к личной жизни учителей.

— Я не учитель, — поправила вяло.